Любовь с шипами - Дэни Маниэро

Дэни Маниэро

Любовь с шипами

Глава 1 Встреча в лесу

Лола ненавидела запах гниющих яблок. Он висел над усадьбой как проклятие — сладкий, удушливый, напоминающий о том, чего уже не вернуть.

Когда-то сады её отца славились на всю Артжению: алые розы оплетали мраморные колонны, а грушевые деревья склонялись к пруду, будто заглядывая в зеркало. Теперь розы поглотил чертополох, груши усыпали землю гнильцой, а в пруду плавала только ржавая брошь матери последнее, что та успела швырнуть в воду перед смертью.

Лола шла по лесу, обнимая себя за плечи сквозь потертый шерстяной плащ. В корзине — три яйца, горсть лесных орехов и книга. Всегда книга. «Сказания о Люминарских рыцарях» с потрепанным корешком — подарок отца на шестнадцатилетие, за неделю до того, как он заложил последнего коня. Страницы пахли плесенью и надеждой.

...а вчера младший принц велел повесить сокольничего за то, что ястреб упустил добычу! — мужской голос из-за поворота заставил Лолу замереть. Она прижалась к стволу сосны, пальцы впились в шершавую кору.

— Эдрик? Да он ещё цветочки! — фыркнул второй. — Старший, Кассиан, на прошлой неделе в таверне «Черный вепрь»..

Шепот слился с шелестом листьев. Лола не разобрала слов, но дрожь в голосе рассказчика сказала достаточно

Она закрыла глаза, представляя принцев. Видела их только раз — на расстоянии, во время королевского выезда. Кассиан в черном камзоле, с лицом, высеченным изо льда. Эдрик, смеющийся так звонко, что мурашки бежали по спине. А между ними принцесса Алирия.

Говорили, она носила платья, сшитые из паутины и лунного света, но Лола запомнила её глаза.

Холодные, как лезвие ножа в предрассветной росе

Тропа сузилась, погрузившись в чащу, где дубы сплетались ветвями в готические арки. Воздух звенел тишиной — неестественной, пульсирующей. Лола замедлила шаг, почувствовав запах крови раньше, чем услышала стон.

Умоляю... - женский голос, мелодичный и надломленный. — Мой брат заплатит вам выкуп! Три целковых? — хрипло рассмеялся кто-то. — Нанять чистую девку в борделе дороже выйдет. Нет уж, дорогуша. Сначала мы с тобой позабавимся, а потом, может, отдадим брату за ВЫКУП

Лола кралась на цыпочках, сердце колотилось в висках. Сквозь папоротники она увидела их: пятеро оборванцев с кривыми ножами и красивую девушку в простом платье, прижатую к дереву Её руки были подняты в защитном жесте, но не дрожали. Не дрожали!

Девушка выпрямилась. С распущенными волосами цвета воронова крыла и разорванным рукавом, она сейчас выглядела как королева на эшафоте.

— Мой отец сожжёт ваши семьи на кострах, — произнесла она четко, словно диктуя указ.

Ваших детей будут кормить псам...

Удар. Кровавая полоса расцвела на её щеке.

Лола не помнила, как вышла из укрытия. Тело двинулось само годы голода сделали его лёгким, как тень.

— Эй! — позвала она. — На тракте рыщет стража. Не вас ли ищут? Через несколько минут они будут здесь.

Бандиты замерли. Шрамоглазый сунул нож за пояс.

Лжёшь, девчонка.

— Проверим?

Лола вытащила из кармана рог — старый, с трещиной, найденный в развалинах часовни.

Прижала к губам. Звук вышел хриплым, но гулким, как зов потустороннего зверя.

— Демоны! — один из них отпрыгнул. — Это охотничий рог лорда Вейла!

Они не знали, что лорд Вейл умер в прошлую зиму. Не видели, как её ладони потеют, обхватывая рог.

— Бежим! — скуля, кинулся в кусты самый молодой. Остальные последовали, спотыкаясь о корни.

Тишина. Лола опустила рог, вдруг ощутив дрожь в коленях. Только сейчас она разглядела девушку: высокие скулы, острый подбородок, глаза два кобальтовых озера, где плавала смертельная насмешка.

Закралось сомнение, что девушка так проста, как кажется. Если бы не бедное платье, ее можно было бы принять за...

Между тем та вытерла кровь с губ и достала из декольте перстень с королевской печатью. И надела на палец.

— Ты... Приблизься.

Лола замерла. Теперь, когда адреналин схлынул, её пронзил ужас. Это же та самая принцесса Алирия. Та, что сожала целую деревню за то, что крестьяне посмотрели на её карету.

— Я приказала, — голос принцессы звенел, как разбитый хрусталь.

Шаг. Ещё шаг. Лола уловила аромат — мирра и что-то металлическое, будто кто-то спрятал кинжал в шкатулку с благовониями.

Твоё имя?

Лола д'Марлен, ваше высочество. Дочь...Мертвецов, Алирия кивнула на её платье, перешитое из занавесок.

Ты пахнешь нищетой и глупостью. Почему помогла?

Лола сжала кулаки. Вспомнила отца, пьющего вино из кубка с отколотой рубиновой вставкой.

«Мы — кровь древних баронов, доченька. Даже в грязи надо держать спину прямо»

— Потому что это правильно, — выдохнула она.

Принцесса рассмеялась. Звук напоминал падение стеклянных бус в бездонный колодец.

О, божественная простота! — Она схватила Лолу за подбородок, ногти впились в кожу.

— Я бы и сама справилась. И получила бы удовольствие, расправляясь с этими ублюдками. Ты их спасла, не меня.

Простите, — на всякий случай повинилась Лола. — Я не поняла. Меня обмануло ваше плетье..

— Приняла за бедную девку? Это хорошо, я хотела незаметно встретиться с одним человеком.

Что ты хочешь за твою «помощь»? Хочешь сказку? Добродетель, вознаграждённую золотом?

Хорошо.

Алирия сорвала с шеи цепь с аметистом в форме слезы.

— С завтрашнего рассвета ты — моя фрейлина. Я научу тебя... - она провела пальцем по синяку на своей щеке, -...играть в правильные игры.

Лола не успела ответить. Где-то заскрипели колёса, зазвучали крики. Настоящая стража, наконец-то

— До завтра, дикарка, — Алирия сунула ей цепь в руку. Камень обжёг кожу. — Приди в чёрном.

Красный тебя съест.

Дорога домой пролетела как кошмар. Лола трижды останавливалась, ее тошнило. Аметист жёг карман, как уголь.

Сумасшедшая, — прошептала она, глядя на усадьбу. Луна освещала облупленные колонны, превращая их в бледные надгробия. — Она сумасшедшая, а я вдвое больше.

Но когда она легла на соломенную постель, пальцы сами потянулись к книге. К рыцарю на иллюстрации, пронзающему дракона. «Добродетель всегда...» — начало фразы съела плесень.

Ветер ворвался в щель ставня, погасив свечу. Где-то завыла лиса — то ли смеялась, то ли предупреждала.

Глава 2 Золотая клетка

Утром Лола отправилась во дворец, оглядываясь по сторонам. В столице она бывала нечасто.

Она шагала по мостовой, выложенной плитами с высеченными драконами — каждый камень стоил больше, чем годовой урожай её усадьбы.

Внезапно раздался шум, и люди бросились врассыпную. Лола оглянулась — по мостовой ехала золотая королевская карета. Серебряные колеса, усыпанные сапфирами, вздымали облака пыли, а стражники разгоняли зазевавшихся на пути.