Агентство неслыханной щедрости - Анна Ротш

Агентство неслыханной щедрости

Урок первый

— Что-о-о-ож!..

Некрия ударила по коленям, качнулась на стуле и прыгнула взглядом на оконную раму.

— Бежать некуда.

Подмечено было как никогда верно. Это и вызвало у неё смех, который она смогла сдержать только после того, как уже его обронила.

— Вы меня не так поняли.

Она подняла на него до неприятного безобидный взгляд, а на пятой секунде отвернулась: на этот раз уставилась на колени, где в мёртвой хватке держала уже подписанный договор. Соглашение о неразглашении, прямые обязательства, косвенные – ей запрещено было всё. Всё, кроме прямой обязанности.

— Предоплата?

— Пятнадцать золотых, — гордо кивнула она. — Через неделю ещё десять.

Едва массивный каблук мужской туфли коснулся пола, павлинье перо промелькнуло возле носа его обладателя. Ни капли не удивившись этому, он тяжело вздохнул и кивнул, дав слово супруге, которая, в принципе, не требовала чьего-либо одобрения.

Она почти не отличалась от него – эмоции, мимика, тон – всё было подобным. Различными или даже «живыми» оставались только движения: ловко, словно девчонка десяти лет, она встала с кресла и подбежала к рабочему столу супруга. Мешок с золотом на самом краю лежал возле черепа то ли барана, то ли тупоголового животного, но она зачем-то, обернувшись на грузный затылок, полезла в самый центр. Резким, однако тихим движением смахнула с него сразу несколько важных бумаг. И пока они неспешно кружились в воздухе, она как в ни в чём не бывало подобрала золото и вернулась на место. Молча подкинула мешок, монеты которого даже приземлившись в хрупкие ладони не переставали звенеть в ушах его будущего обладателя.

— Здесь явно больше, — с недоверием посмотрела Некрия сначала на тугую верёвку, которой обмотали ткань, а потом на женщину. — Но это… не похоже на ошибку.

— Ваши познания в счёте — вот что похоже на ошибку, — сухо ответила она, заметив, как Маэль с недоверием покосился на мешок. — Вам же отдали то, что вы заслужили. Ни монетой больше.

— Вот и… Славно! Та-а-ак… когда я могу приступить?

— Дважды направо, вниз по левой лестнице, третий выход в сад.

Суетливо она полезла в карман. Среди ручек, бумаг и книг найти блокнот оказалось тем ещё испытанием. Стерпеть же на себе пронизывающий демонический взгляд – перебором. Поэтому как ни в чём не бывало она вернулась в свою прежнюю позу и нервно затеребила ручку сумки холодными пальцами.

— Он любит «эти», — поморщился Маэль.

— Ядовитые, — кивнула ему супруга, словно понимания, но не в силах вспомнить название.

— Цветы?

— Да, — едва не улыбнулась ей женщина и сильно закашляла, прикрыв рот кружевным платком. — Вот!.. опять…

Не сводя с девушки безмолвных горящих глаз, Маэль протянул супруге другой платок.

— У неё аллергия, — искоса посмотрел он на жену, когда та замешкалась. — И это тоже…

— Не разглашается, — кивнула Некрия.

Не дав неловкости повиснуть, она наклонилась к сумке, убрала в неё документы с деньгами, перекинула её через плечо и встала.

— Дважды направо, вниз по левой лестнице. Пя… третий выход в сад.

— А вот с памятью проблем у вас нет, — смяла женщина платок. — Как… любопытно.

Кислая улыбка расползлась по девичьему лицу, поэтому чтобы скрыть её, она глубоко поклонилась, задержалась в такой позе с пару секунд и, поднимаясь на ходу, направилась к двери.

Она спустилась без ошибок, хотя до чёртиков боялась зайти не в ту дверь. Даже выйдя в сад страх до конца не отступил, а сковал с новой силой: мужчина в россыпи белоснежных цветов и правда выглядел странно.

Поправив сумку, она быстрым шагом направилась к нему. О диалоге, о стратегии думала, а он взял, и разрушил всё до жути радостным: «а вот и вы».

Сильней она сжала бретель сумки и глубоко поклонилась.

— Вас, видимо, не предупредили о том, что я в курсе происходящего?

— Видимо, — тихо отозвалась она.

— Это как раз в их духе.

Некрия отступила, стоило услышать ей его тихий смех, и тут же сделала шаг обратно. Выпрямилась. Если она сейчас сбежит, то Берта её уволит. Та уже ни раз заикалась о сокращении штата, который как раз состоял из начальницы и неотёсанного стажёра.

Тихим, почти не различимым для глаза движением она просунула руку в сумку, чтобы вытащить записную книжку, а вытащила лист договора. Попробовала убрать его обратно – шум от него показался ей бесцеремонным. Поэтому ей ничего не осталось другого, как свободной рукой залезть в сумку и вытащить на этот раз хотя бы кусок уголька для дальнейшей работы.

— Где же ты…

— Прямо перед вами.

Она оцепенела. До боли сжала что-то подходящее.

— Не в-вы, — затараторила она. — То есть не ты. Н-нет, не то, что… Вы не так п-по…

Дёргай ни дёргай – рука отказывалась слушаться. По этой же причине соскользнула сумка с её плеча и упала на вымощенную тропинку. Обернувшись на шум, мужчина с любопытством посмотрел на разбросанные вещи и растерянный вид их обладательницы.

— Р-ручка, — только и смогла пояснить она, когда тело стало поддаваться приказам.

— Это карандаш.

Теперь он смотрел на неё со всем вниманием, которое до этого целиком и полностью принадлежало цветам. Сидя где-то в её ногах, щурясь несуществующего солнца, он не заметил, как бесцеремонно разглядывал незнакомку.

— В-вы здесь…

Она повернула лист неисписанной стороной, сложила его несколько раз и старательно вывела заголовок – «Характеристика Господина». Буквы вышли кривыми, хоть и читаемыми, но лезть в сумку для того, чтобы найти в ней удобную подложку… Ей от одной мысли стало не по себе.

— Присоединяйтесь.

Некрия непринуждённо откликнулась на приглашение, и только опустившись на колени, пришла в себя.

— Прошу прощения!.. Я не должна была так опрометчиво…

Он потянул её за руку. Преимущество не только в статусе, превосходство — в силе. И будь то враг, будь дальний родственник и даже хрупкий цветок — каждый стремительно оказывается в месте, где оканчивается сила его обладателя.

— Вы не поранились?

Едва он выпустил её руку, как девушка вскочила с земли.

— Я что-то не то сказал?

— Так вы ими недовольны? — затараторила она и нервно затеребила перепачканный клочок бумаги.

— Отнюдь, — ещё громче засмеялся он. — Это делает их краше в моём сердце.

— В вашем?..

Едва она поднесла карандаш к листку, как взгляд словно нарочно зацепился за мужчину, который неспешно поднимался с земли. В руках он держал букет сорванных белых люпинов.

— О-у!.. — обрадовалась она. — Вам они настолько ненавистны, что вы срываете их голыми руками? Боюсь здесь не обойти без по…

— Это для папеньки.

Рослый мужчина, с острыми чертами лица и низким голосом… улыбался широко и искренне.

—