Найди меня, держи в своих руках – не отпускай - Ольга Токарева Страница 2

Аслан упал на колени и склонил голову к ногам повелителя степей.

— Встань, Аслан, у тебя впереди много дел. Смотри не подведи меня и свой народ. А теперь ступай. Мне еще нужно уговорить дочь уехать из дворца, а это дело, пожалуй, самое трудное.

После ухода главнокомандующего хан велел собирать шатры и отправляться во дворец. Что поделать, не любил Джунгар каменные стены. Давили они на его своей холодной сыростью, задыхался он в них. То ли дело бескрайние просторы степи. Вскочил на коня и несешься на нем, словно вольный ветер. Душа распахивается от восторга, красоты и свободы. Магия воздуха бушует в теле хоть и малыми крохами, но вот тянет его на широкие просторы степи. А дочь — маг земли, унаследовала дар от матери, но степи не жалует, любит комфорт и удобства.

Вскоре на том месте, где недавно были раскинуты шатры великого правителя Джунгар-хана, осталась лишь примятая степная ковыль.

* * *

Аслан с тремя воинами, двумя предсказательницами и парой рабов, отправился на конях к границе их государства. Шаманку брать не стал: старая уже, да и помощи от нее никакой, редко когда на старуху нахлынивает предвиденье. Но ни разу за свою жизнь не обманула шаманка: все, что хану предсказывала, сбылось.

Через два дня пути Аслан разбил шатры недалеко от проезжего тракта. Одного из воинов отправил навстречу путникам. Велел не показываться им на глаза, просто разузнать подробности: сколько в почтовых дилижансах людей едет, охрана имеется или нет, да прикинуть расстояние до прибытия к их лагерю.

Хотя Ханай, кинув гадальные кости, сказала, что путники пожалуют к ним через семь дней, нужны подробности. Как раз успеет весточку дать Великому хану, а тот успеет выехать с несравненной Бахирой из дворца. От мысли о том, что его любимая хаши будет извиваться под чужим мужским телом, пробрало до костей от неприязни.

Аслан сжал кулаки и вошел в шатер к девушкам. Молодая предсказательница сохла по нему уже давно, но он был верен лишь одной деве.

— Что еще твои гадальные кости рассказали?

Девушка глубоко вздохнула; ее высокая грудь сразу привлекла внимание черных глаз мужчины. Пола дорогого шелкового халата специально съехала с белоснежной ноги девушки, открывая и будоража взор смотревшего на нее мужчины.

Аслан вскинул голову и встретился с черными глазами девушки, полными желания.

— Ханай, ты очень красивая девушка, но мое сердце отдано другой. Рассказывай.

Черные ресницы девушки опустились, скрывая от главнокомандующего нахлынувшее разочарование. Тонкие кисти рук перебирали небольшой мешочек, внутри которого что-то тихо шуршало. Ханай закрыла глаза, еще раз встряхнула мешочек и высыпала из него гадальные кости. Распахнув черные ресницы, она обвела взглядом разбросанные в разные стороны предметы ворожбы и подняла виноватый взгляд на Аслана.

— Кости в который раз показали, что у мужа, что движется к нашей степи, сердце давно занято другой женщиной.

— Ни один муж не устоит перед красотой несравненной Бахиры. — Аслан уверенно выпрямил спину, смотря на предсказательницу с насмешкой.

Девушка продолжила:

— Взрослый муж, сильный духом и телом. В тех местах, где он был, о его храбрости слагают легенды. Вижу возле него много детей, своих и чужих. Все мысли и душа взрослого мужа принадлежат любимой… Не сможет красота Бахиры увлечь его сердце.

Рука Аслана мгновенно сжалась на шее предсказательницы.

— Как ты, мерзкая змея, можешь оскорблять нашу хаши?

Ханай захрипела от нехватки воздуха, на лице от удушья медленно проступала синева. На жесткий захват мужских рук на шее у девушки опустились тонкие руки Зурбай. Ее тихий голос привел главнокомандующего в чувство.

— Сильнейший из мужей степи, прошу тебя, не губи жизнь Ханай. Она лишь поведала то, о чем говорят гадальные кости. Ведунья много раз их разбрасывала, но они неизменно падают с одним и тем же раскладом. Есть только один способ заставить сильного мужа полюбить нашу несравненную Бахиру…

Пальцы Аслана медленно разжались; его торс высоко поднимался от тяжелого дыхания. Отшвырнув от себя Ханай, он приказал:

— Говори!

Зурбай села на мягкий ковер напротив главнокомандующего, взяла руки мужчины в свои и посмотрела на него с улыбкой в глазах.

— Расскажу то, что поведала мне моя бабушка. Есть много способов заставить мужчину полюбить. Мужчина любит глазами, но не всегда женская красота привлекает его взор. Часто бывает, что в некрасивую девушку влюбляется самый красивый и отважный муж, бывает и наоборот. Порой мы неподвластны нашему сердцу и душе. Но можно затуманить разум, и тогда глаза увидят красоту там, где ее нет, и сердце забьется чаще. Я говорю о дурманящих напитках, но бывает — и они не действуют. Узнай имя странника, а все остальное я сделаю сама.

Ведьмочка выпустила из своих пальцев горячие шершавые ладони главнокомандующего и встала, продолжая улыбаться.

Ханай, забившись в подушки на своем ложе, тихо плакала. И кто знает, по какой из причин ее плечи сотрясались в рыданиях. Может, оттого что осталась жива, а может, оттого что горит в жилах и венах огонь нерастраченной любви?

— Не плачь. — Аслан бросил хмурый взгляд на девушку, поправил широкий пояс на своей талии и молча вышел из шатра.

Зурбай бросилась к Ханай, погладила своими тонкими пальчиками спину подруги, шепча:

— Не плачь. Предлагала ведь тебе отворотного зелья сварить, а ты отказываешься. Не понимаю, зачем так страдать? Зачем разум напрасными надеждами терзать? Выпил зелье — и сердце свободным стало.

Ханай отняла подушку от своего лица и с грустью посмотрела на подругу.

— Молодая ты еще и глупая… Без любви пусто.

— Ну знаешь! Я ей как лучше, а она — пусто. Да лучше пусть будет пусто, чем так, как ты, страдать! — выкрикнула гневно маленькая ведьмочка и выбежала из шатра.

Предсказательница, тяжко вздохнув, встала. Воспоминания подбросили сверкающие огнем черные глаза любимого.

«А как близко были его матовые горячие губы! И пусть они изменили цвет от злобы, но чаще они манят своей багряной красотой захода дневного светила. И пусть я была недалеко от смерти, но как предрекла шаманка: „Он обратит на тебя взор лишь после того, как его рука коснется твоего тела“. А ради этого можно стерпеть многое. Зурбай еще девочка и не понимает, чего говорит. Лишь когда ее сердце потеряет покой, вот тогда ни одно зелье не поможет».

Поднеся к губам кувшин, Ханай сделала из него