Рождество по-драконьи. Лучшие враги - Леси Филеберт Страница 5

В голове проносились обрывки мыслей: «Интересно, они проверяют реку?», «А что, если тут водятся ледяные пираньи? В Валтарии ведь всякое возможно..», «Проклятье, а ведь платье было новое, мама расстроится...», «Плыви, Кьяра, просто плыви. Ты дракон. Ты сильнее этой воды!».

Сколько я так плыла? Даже не знаю... Время под водой тянулось, раз в несколько минут я выныривала, чтобы сделать короткий глубокий вдох, ныряла и плыла дальше — до тех пор, пока уже даже у меня не начало сводить от холода ноги. Врожденная морозоустойчивость — штука, конечно, отличная, но даже ледяные драконы замерзнут через час пребывания в ледяной воде. Это я так долго плыла, что ли?

Пора было выбираться на берег, и сердце снова заколотилось, но теперь это был страх не воды, а того, что ждало меня на поверхности. Свобода? Или желтые глаза, готовые встретить меня насмешливым взглядом?

Собрав остатки сил и храбрости, которых, к моему удивлению, оказалось не так уж и мало, я начала медленно всплывать.

Содрогаясь всем телом от холода, я все-таки осторожно вынырнула, стараясь сделать это бесшумно, под прикрытием нависшей над водой ледяной глыбы. Вынырнула с тихим, свистящим звуком, который сама же и издала, пытаясь заглотнуть драгоценный воздух и не выдать себя истеричным рыданием. Очень хотелось впасть в истерику, но у меня не было такой возможности.

И огляделась.

Пейзаж сменился. Вокруг возвышались мрачные, полуразрушенные каменные здания — руины какого-то города. Поезда и саликидов не было видно. Только бесконечные снежные равнины и странные, угрюмые скалы. Я сделала это... Я сбежала!

Воздух кристально чистый, вокруг — никого. Вот и чудненько. Можно было хотя бы согреть себя магией.

Я отплыла подальше от полыньи и выползла на берег, который здесь был усыпан не снегом, а обломками темного камня. Рухнула на спину, кашляя и отплевываясь, несколько минут просто так и лежала, глядя в свинцовое небо Валтарии, и пыталась понять, жива ли я еще, или это уже — весьма специфический отдел Ада для нерадивых принцесс.

Пару минут спустя сидела на берегу уже обсохшая благодаря бытовым чарам, обняв себя за колени и рассеянным взглядом провожая льдины, проплывающие мимо по реке. Меня трясло, просто от осознания полной безысходности. К этому моменту я уже многократно попробовала телепортироваться в Лакор или воспользоваться связным браслетом-артефактом, но вся эта магия не работала: аномалии гор, которыми была окружена страна Валтария, не давали мне связаться с близкими. Я была одна, на вражеской земле, в одном лишь платье, без связи, без возможности уйти... И меня ищут, чтобы запереть в темнице и использовать как разменную монету против моих родственников. Просто блеск.

Зигорра внутри меня заурчала, но на этот раз не яростно, а почти испуганно. Даже она понимала масштаб катастрофы.

Так, спокойно, Родингер. Паника — это роскошь для тех, у кого есть запасной план. А у меня его нет. Значит, нужно импровизировать.

Мысли путались, тело дрожало от адреналина. Пора было действовать. И для начала — сменить внешность. Саликиды искали принцессу с длинными, как смоль, волосами и в роскошной мантии? Что ж... Значит, в первую очередь надо было перестать быть таковой.

Дрожащими руками я достала из голенища сапожка чудом уцелевший маленький кинжал. С ним я никогда не расставалась, это был подарок отца на мое шестнадцатилетие. «Каждая уважающая себя принцесса должна иметь при себе изящный кинжал. На всякий случай», — сказал он тогда.

Вот и пригодился, пап! Твоя маленькая драконица собирается сделать себе новую прическу, в стиле «выживальщица в Аду».

Думаю, отец гордился бы мною сейчас.

«С-с-скорее, он пребывал бы в перманентном ужас-с-се», — тут же подала голос Зигорра.

Ой, помолчала бы лучше, а? И так тошно! Я просто пытаюсь себя морально поддержать! Ты сама лучше бы поддержала меня хоть как-нибудь!

«Я поддерживаю — с-с-силой, — прошипела Зигорра. — Без драконьей с-с-силы ты не с-с-смогла бы уплыть так далеко».

Я вздохнула, признавая правоту внутреннего зверя.

Ладно, засчитано.

«То-то ж-ж-же».

И с тоской взяла в руку прядь своих длинных прямых черных волос. Они были моей гордостью, предметом зависти многих придворных дам. Я их так лелеяла... Жаль было до физической боли. Но еще больнее было бы оказаться в темнице.

Резко провела лезвием по волосам, и тяжелая прядь осталась у меня в руке. Дальше — вторая прядь, третья... Я работала кинжалом быстро, не глядя на свое отражение в воде, боясь, что передумаю.

Через пару минут моя голова стала непривычно легкой, а вокруг меня на снегу лежали бесформенные клочья некогда прекрасных волос. Глянула на себя в отражении воды. Теперь на моей голове красовалось нечто, отдаленно напоминающее каре, кривое, неровное, но с задачей смены имиджа оно должно было справиться.

Я подумала и потратила несколько минут на небольшую завивку волос бытовыми чарами: с волнистыми волосами стала еще меньше походить на себя. Вышло даже вполне красиво, хоть и жуть как непривычно. Я обычно ходила с длиннющей толстой косой и даже представить себе не могла, что когда-нибудь добровольно отрежу себе волосы. Было бы неплохо вообще сейчас их перекрасить, но я остановила себя от этого необдуманного шага, так как не знала, какой цвет волос наиболее в ходу в этой стране Валтарии и могла ошибиться, окрасившись в светлый цвет, которого тут у граждан вообще может не быть.

Собрала срезанные волосы, скомкала их вместе со своим платьем, которое, несмотря на простоту, всё же четенько так указывало на мой статус, ну вот хотя бы из-за серебряной нити. Обувь полетела туда же. Пальцы сами вспомнили простейший заклинательный жест, и на ладони вспыхнул ослепительно-синий огонек. Вскоре осталась лишь кучка пепла, которую я тщательно стряхнула в воду вместе со снегом вокруг.

Проблема возникла со связным браслетом-артефактом: слишком приметная вещь, я не могла его при себе оставить, это уникальный браслет, вот только он был сильным артефактом, который я не смогла бы сжечь при всем желании. Пришлось просто кидать его в воду и придавливать камнями в надежде на то, что до браслета никто не доберется. Выбора у меня всё равно не было.

Поднялась во весь рост, любуясь своим, кхм, преображением в отражении реки.

Красотка, однако! В кружевном кроп-топе и шелковых шортиках, которые были предназначены