Развод в 46. В его компании меня не существует - Виолетта Весна

Виолетта Весна

Развод в 46. В его компании меня не существует

ГЛАВА 1. Нулевая должность

— В моей компании тебя не существует, — сказал Сергей.

Он произнес это без злости. Так же сообщал подрядчику, что смета не пройдет согласование, или объяснял менеджеру банка, почему ставка должна быть ниже. Спокойный голос, ровная спина, ладонь рядом с закрытой папкой. За двадцать четыре года брака я научилась узнавать момент, когда муж уже договорился с собой и пригласил остальных только для оформления решения.

Мне было сорок шесть, и большую часть взрослой жизни я решала проблемы этой компании. Ни одна из них прежде не начиналась с необходимости доказать, что я там была.

Адвокат Сергея сидел между нами, хотя широкий стол позволял выбрать любое место. За его спиной висела фотография Нижнего Новгорода, сделанная с высоты: река, мост, ровные кварталы. С такого расстояния не было видно ни пробок, ни просроченных поставок, ни людей, которые с утра выясняли, кто забыл заказать крепеж.

— Повторите, пожалуйста, — попросила я.

Сергей посмотрел на адвоката. Тот раскрыл папку.

— Инна Сергеевна, речь идет исключительно о юридической структуре, — сказал он. — Вы никогда не состояли в штате общества, не занимали руководящей должности и не являлись участником. Сергей Павлович предлагает вам соглашение, которое избавит обе стороны от длительного спора.

На стол легли девять страниц. Я не стала брать ручку, которую адвокат предусмотрительно положил справа от меня.

— Как вас зовут? — спросила я.

Он на секунду растерялся.

— Вадим Леонидович Корнев.

— Вадим Леонидович, вы сказали три разных вещи. В штате меня не было. Должности не было. Участником записан Сергей. С этим я не спорю. Откуда следует, что спорить не о чем?

— Я не говорил, что спорить не о чем.

— Вы предложили избавить меня от спора до того, как назвали предмет.

Сергей отвел взгляд к окну. В октябре темнело рано, но сейчас было только половина пятого. На стекле отражались лампы переговорной и наши лица. Мое оказалось ближе остальных: темные волосы, серебряная прядь у виска, спокойное выражение, которого я не чувствовала.

— Ин, давай без этого, — произнес Сергей. — Мы оба понимаем, кто создавал компанию и кто за нее отвечал.

Сокращенное имя, которым он пользовался дома, в чужой переговорной прозвучало фамильярно.

— Именно поэтому я задаю вопросы.

Я придвинула соглашение. На первой странице стояло: квартира в Советском районе переходит в мою собственность после государственной регистрации раздела. Следом шло условие: я отказываюсь от требований в отношении доли в ООО «Северный контур», его доходов, стоимости активов и любых выплат, связанных с деятельностью общества.

Формулировка занимала семь строк. Квартира — две.

— Где оценка? — спросила я.

— Квартиры? — уточнил Вадим Леонидович.

— Компании.

— Для соглашения она не требуется. Стороны вправе определить условия по своему усмотрению.

— Значит, оценки нет.

— У нас есть управленческие данные.

— Они приложены?

Он перелистнул две страницы, хотя знал ответ.

— В соглашении указан состав имущества, которое передается вам.

— А состав имущества, от которого я отказываюсь?

Сергей положил ладонь на папку. Короткие ногти, знакомый шрам возле большого пальца. Когда-то мы вместе разгружали первые коробки с крепежом в арендованном складе. У меня остался шрам на ладони, у него — на пальце. Потом он нанял водителей и перестал бывать на разгрузках, а я продолжала приезжать, когда счет в накладной не совпадал с фактическим количеством.

— Компания в долгах, — сказал он. — Ты знаешь это лучше многих. Я оставляю тебе квартиру без ипотеки и не прошу участвовать в обязательствах.

— Какие обязательства ты предлагаешь мне не делить?

— Рабочие.

— Сумма?

— Она меняется каждый день.

— Тогда должна быть дата, на которую ее посчитали.

Вадим Леонидович вмешался прежде, чем Сергей ответил:

— Инна Сергеевна, при желании вы можете привлечь консультанта. Наше предложение действует десять календарных дней.

Я посмотрела приложение. Там перечислялись квартира, обстановка и автомобиль, которым Сергей пользовался последние четыре года. Автомобиль оставался ему. Про дачу под Бором не было ни слова. Про деньги на двух счетах тоже. Возможно, адвокат готовил первый вариант, рассчитанный на привычную Инну: уточнить, кого надо вызвать на объект завтра, проверить зарплатную ведомость, заказать подарок дочери и не портить вечер спором о своем.

— Когда зарегистрирован «Северный контур»? — спросила я.

Сергей усмехнулся, но быстро вернул лицу деловое выражение.

— Ты была рядом. Должна помнить.

— Помню. В апреле две тысячи восьмого. Мы были женаты шесть лет. Стартовый взнос внесли с общего счета после закрытия вклада. Это есть в ваших управленческих данных?

Вадим Леонидович снял очки, протер их салфеткой и снова надел.

— Источник первоначального финансирования не определяет автоматически текущую стоимость бизнеса.

— Поэтому я спросила об оценке.

Сергей подался вперед.