Жрец Хаоса. Книга ХV - М. Борзых Страница 9

Учитывая предыдущий опыт обнаружения мага воздуха, я в этот раз не стал заморачиваться с бутылкой из-под игристого вина. Попросту создал магией иллюзий очки со стёклами такого же цвета и толщины, хотя бы отчасти гасящие яркие отсветы от пламени. И, признаться, это помогло. Мы с Гором поднялись повыше для того, чтобы обзор был лучше. Далеко не сразу я заметил точку, мелькавшую, словно маленькая искорка, то в одном, то в другом месте. Здесь уж даже зрение горга пасовало. Скорость перемещений у этой искры была такова, что я и не представлял себе питомца, который бы мог в полете ей соответствовать.

— Видишь вон ту мелочь, носящуюся между столпами пламени? — обратился я к Гору.

Тот согласно угукнул.

— Можешь разглядеть, что это или кто это и на чём он летает?

Гор молчал едва ли не минуту, пока не ответил:

— Ребёнок. На вид лет двенадцать-тринадцать от силы. А верхом не то на магически усовершенствованном беркуте, не то на сапсане. В общем, птичка какая-то, шустро летающая. Нам с ней явно не тягаться.

То, что мы в воздухе по сравнению с этим магом всё равно что беременные черепахи, мне было понятно и самому. Подозреваю, что и Тенишев за такой букашкой бы не угнался. Потому действовать я решил наверняка. Создав благословение Рассвета и накрыв им как можно больший квадрат пространства, я попытался пустить его с небес на голову ничего не подозревающему магу. В последний момент что-то почувствовал даже не он, а его питомец.

Магическая птичка, видимо, загривком почувствовала, что их ждут неприятности и попыталась резко увильнуть в сторону, не дав мальчишке выпустить очередную молнию и создать новый столп пламени. Но уйти из-под благословения у парочки не вышло. Это я понял, потому как резко замедлился питомец вместе со своим всадником. Теперь уж и мы с Митрием Сафаровичем вполне могли вступить в игру.

Выдав парочку фейерверков для привлечения внимания Тенишева, я сам же и ринулся в погоню, пытаясь отловить доступными мне иллюзорными плетями соперника и оттянуть его подальше от вспышек пламени. Выходило откровенно хреново. Мой резерв после спасения Эсрай и Шанталь не восстановился и на половину, когда я решил благословениями Рассвета по площадям бить. Потому плети у меня хоть и получались, но были медленными и тонкими, не способными удержать, а лишь слегка мешающими летающему всаднику. Однако здесь уже на помощь пришёл Тенишев. Стоило сапсану узреть теневые плети, как тот резво рванул прямиком в огненный столп. Только чудом Митрий Сафарович успел перехватить парочку самоубийц и спеленать в теневой кокон.

Я видел глаза, полные ужаса и слёз мальчишки, но никак не пытался препятствовать Митрию Сафаровичу, лишь прокричал в надежде, что тот меня услышит:

— Не усердствуйте сильно, там ребёнок. Резерв у него пуст. Гарантирую.

Ответ я услышал практически в собственное ухо, от чего невольно вздрогнул. Кокон тьмы плыл возле меня, а сам Тенишев не показывался, продолжая слияние с собственной стихией:

— Князь, не обманывайся. Если это ребёнок, то я девственница после десяти лет работы в борделе. Не смотри на это слезливое лицо. Он явно из корпуса янычар. Этих сучат с детства тренируют, вырабатывая беспрецедентную преданность своему султану и полное отсутствие пощады к иностранцам. Таких… щенков ещё в колыбели давить надо, пока из них матёрые волчары не вырастают. Знал бы ты, сколько у нас на Кавказе дел такие «дети» натворили — глотку бы ему перерезал, не задумываясь. Ты, может, и не заметил, но перед тем, как мы его окончательно спеленали, его птичка прямым курсом в пламя шла, чтобы самой сгореть и янычарёныша испепелить во избежание допроса. Так что нежности от меня не жди. И раз уж ты такой глазастый, я бы тебя попросил здесь ещё кружочек навернуть. Вдруг ещё одна такая букашка проявится.

Что ж, местный контекст для меня был далёк от понимания. Однако же кого попало командующим Кавказским военным округом не назначили бы. А потому я решил выполнить просьбу Митрия Сафаровича, вновь поднимаясь с Гором в небо и оглядывая черноморскую огненную вакханалию, где между столпами пламени метались два феникса, поочерёдно притушивая то один, то другой источник пламени.

Я ещё с четверть часа кружил над Чёрным морем, но так и не увидел запасного мага воздуха, который бы занимался диверсиями, продолжая дело юного янычара. А значит, у меня появлялась возможность проверить ещё одну гипотезу.

Время близилось к полуночи, когда я ушёл порталом в общежитие столичной академии магии, а конкретно — в комнату к Усольцеву Петру. Я там бывал лишь однажды, когда мы обсуждали возможность посещения снов эмпата, но позже отказались от затеи делать это в общежитии.

В полночь пятницы Усольцев, как прилежный курсант, сидел за учебниками, по уши закопавшись в конспекты. Из-за соседней двери сквозь шум льющейся воды басом что-то напевал моющийся в душе Урусов. Пётр при чтении жевал какую-то булку, которая при виде меня, выходящего из портала, у него поперёк горла встала. Бедолага закашлялся, после едва-едва прожевал и проглотил кусок плюшки, прежде чем осипшим голосом спросить:

— Какими судьбами?

— Если я скажу, что появилась возможность провести ещё один эксперимент с твоими силами и заодно получить медаль за локализацию природного катаклизма, ты же не поверишь?

Пока Пётр хлопал глазами, скрипнула дверь душа и из-за спины раздался голос Павла:

— Он не поверит, а я поверю. Петя, что ты смотришь на него квадратными глазами? Бросай конспекты и натягивай полевую форму. Наш Юра, похоже, вновь ввязался в какой-то блудняк и предлагает нам последовать его примеру. А зная Юру, если выгорит, то нам не только лабораторию спишут, но ещё и премию дадут. А деньги нам с тобой ой как нужны.

— А если не выгорит? — просипел Пётр, откладывая конспекты и учебники.

— Тогда получим выговор с занесением на постамент самого красивого и богатого памятника за счёт империи! — хохотнул Урусов и принялся одеваться.

Глава 4

Изначально, планы у меня были лишь в отношении Петра. Что же касается Павла, то, прикинув так и этак, я решил закинуть его в Херсонесскую крепость и прикомандировать к кому-нибудь из алхимиков, чтобы на месте из имеющихся травок-муравок лечебную алхимию варганил. Уж чему-чему, а этому Урусовых, судя по их специализации, должны были с детства