Сонный воин 5 - Алексей Викторович Широков Страница 2

— Может быть, — дураком Тимофей не был, и понимал, что любой навык, облегчающий взаимодействие с окружающими, будет полезен при любых обстоятельствах. Его битва — это не одинокий поход героя против дракона. Демон использует людей против людей, так что без помощи обойтись просто не получится. Но всё же подсознательно парню хотелось чего-то эдакого, что сделает его ещё сильнее. Да и просто хотелось поворчать. Людям всегда кажется, что могло бы быть и лучше. И Тим был не исключением. — Ладно, чего уж там. Лучше скажи, я правильно поступил, что не прикончил бабку? До сих пор голову ломаю. Эта старая стерва изрядно попила крови у нашей семьи. Вышвырнула мать из дома, пыталась забрать Ирку. Да и к сектантам пошла сама. Конечно, она не ожидала, что её попытаются превратить в монстра, да и момент для подката эти твари в белых плащах подобрали идеальным, но всё же. Это ведь она сама бесконечно гналась за силой, пытаясь занять место повыше. И именно на честолюбии её и поймали.

— Но стоит ли это смерти? — циклоп откинулся в кресле задумчиво крутя в руках кубок с разбавленным водой вином. Привычки родины плотно въелись в его кости и отказываться от них кузнец не собирался. — Конечно, нет человека — нет проблемы, но чем тогда ты будешь отличаться от тех, с кем борешься?

— Всем! — Тим не собирался играть в эти философские игры. — Я, конечно, не идеал смирения, но уж точно не собираюсь уничтожить мир. Так что всем. Пусть мои методы и далеки от света, но по-другому заразу не выжечь. Только огнём и мечом, отсекая заражённые части!

— А твоя бабка — она зараза? — сбить Кедалиона было весьма непросто и уж точно не мальчишке, прожившему меньше дней, чем циклоп выпил амфор вина. — Мне вот кажется, что ты для себя давно уже всё решил. А сейчас просто ищешь себе оправдания, точнее хочешь, чтобы я его нашёл.

— Человеку свойственны слабости. — юноша старался не врать себе, если это возможно, поэтому спокойно отнёсся к тому, что его мотив так легко раскусили. — Я тоже не железный, да и стараюсь не убивать без причины. К тому же родня как никак, своя кровь. Я больше переживаю о том, что она расскажет главе клана Курбских. Всё же она слишком много видела и слышала. Хотя… с другой стороны только призрачные волки не слишком вписываются в картину нашего мира. Духовное оружие у некоторых одарённых имеется. А из остального лишь сам факт того, что я в курсе планов демона по захвату мира может смущать. Откуда именно, вот главный вопрос.

— Так скажи правду, — пожал плечами циклоп. — в таких вещах вообще лучше не врать. Всего тоже говорить не следует, но так или иначе тебе всё равно придётся открыться кому-либо.

— Да я как бы уже, — Тим вспомнил состоявшийся совсем недавно разговор с Добровольскими и тяжело вздохнул. Кроме Хагенов о нём наверняка уже знал Великий клан Доливо. И пусть сами они вряд ли стали бы трепаться, опасаясь потерять перспективного жениха, но мало ли в клане шпионов? А может и наоборот, слили кому-то информацию, опасаясь проблем, связанных с юношей. Ведь даст он выхлоп или нет, это ещё вилами по воде писано, а неприятностей можно огрести уже прямо сейчас. Ну а насчёт демонов… кто сказал, что это не сам Тим придумал? Доказательство то никаких нет. — Остаётся лишь придерживаться легенды, что я был избран каким-то божеством чтобы спасти людей от козней демона. Что, по сути, так и есть, если я правильно понимаю мотивы Грёзы, что не факт.

— Не факт, — подтвердил Кедалион. — Грёза непостижима. Я прожил многие сотни лет и до сих пор не устаю удивляться всему её многообразию. Может быть это и позволило мне продержаться в обезлюдевшем храме до твоего появления. Сейчас вот пытаюсь вспомнить, чем я там занимался и всё будто смазано. Словно я муха, попавшая в смолу и там пересидевшая поток времени. И это тоже был замысел Грёзы, я в этому уверен. А значит нет смысла ломать голову. Может быть твоя миссия действительно спасти свой мир. А может вся эта возня с Сепху для тебя лишь песочница для развития, а впереди ждут такие свершения, что все миры содрогнуться. Кто знает? И есть ли смысл гадать о том, что будет впереди, изменить ты всё равно ничего не можешь. Разве что опустить руки, сдаться.

— Вот уж хрен! — Тим сжал кулаки. — Я не успокоюсь, пока не уничтожу эту погань! А дальше… дальше посмотрим. Вряд ли меня тут выращивают как скотину на убой. Слишком сложно. А значит ещё побарахтаемся. Ладно. Пойду я. Сегодня мне не до рейдов, устал. Отдохнуть хочу, а то скоро опять в школу. Никак не привыкну к этому. Ночью бьёшься с монстрами, уничтожаешь подручных демона, а потом как ни в чём не бывало идёшь в школу и грызёшь гранит науки. А кругом все такие счастливые, будто ничего и вовсе не происходит. Нет, я понимаю, что они ничего не знают, но всё равно немного дико.

— Главное не начинай считать себя выше них только потому, что ты мир спасаешь, а они просто школьники. — кузнецу всё это было знакомо, пусть сам он ничего такого никогда не испытывал. — И не потому, что ты не делаешь ничего особого. Наоборот, ты на самом деле вершишь историю. И можешь искренне собой гордиться. Просто такие мысли первый шаг к тому, чтобы начать считать обычных людей ничего не значащим быдлом. Серой массой, которой не жалко пожертвовать, если это тебе нужно. И с одной стороны, здоровый эгоизм и готовность пожертвовать кем-то ради дела это необходимый навык для настоящего правителя, как бы цинично это не звучало, но с другой — это путь в пропасть. Как только станешь считать остальных недостойными себя — начнёшь терять человечность. По капле, по крупинке, но безвозвратно. И кто знает, кем ты в итоге обернёшься. Может тот же Сепху по сравнению с тобой, любимчиком Грёзы, малым дитём покажется.

— Не дождётесь, — Тимофей криво усмехнулся. — У меня как у человека ещё слишком много дел. Семье надо помочь, с девчонками разобраться. Погулять с ними как следует. А то это что, станешь нелюдью,