Кукла на цепочке - Алистер Маклин Страница 89

– Достаточно. – Джордж внимательно просмотрел список. – Учитывая мои ограниченные возможности, я должен подумать. С большинством пунктов все ясно, особенно со взрывчаткой. Управляемые ракеты «земля – земля» – это, надо полагать, противотанковые снаряды, хотя вы об этом не упоминаете. С ракетами «земля – воздух» тоже проблем не будет, так же как и с пластиковыми минами, гранатами и дымовыми шашками.

Он сделал паузу, отпил немного бренди и нахмурился.

– И все же кое-что я не вполне понимаю, и это мне не нравится. Я говорю не о том, что вы, по всей видимости, собираетесь вести небольшую войну, пусть даже оборонительного характера. Это не мое дело. – Джордж протянул список ван Эффену. – Как считаешь?

Ван Эффен потратил на изучение списка не больше времени, чем Джордж.

– Спецификации, – сказал он и вернул список приятелю.

– Совершенно верно. – Джордж окинул строгим взглядом присутствующих и сосредоточил внимание на Аньелли. – Это грозное оружие. Но оно станет еще и крайне опасным, когда попадет в руки тех, кто составлял этот список.

Аньелли тоже посерьезнел. Он явно чувствовал себя неуютно.

– Боюсь, что я не понял.

– В таком случае я вам объясню. Дело в спецификациях, как сказал мой друг Стефан. Вот здесь у вас указана взрывчатка – и никаких спецификаций. Снаряды – то же самое, и это касается снарядов обоих типов. Какой тип взрывателей? Какие детонаторы? А запалы? Тут даже не сказано, электрические или химические, быстродействующие или нет. Ни один взрывник не составил бы вам такого списка. Это сделал какой-то любитель, причем вопиюще некомпетентный. Кто?

Аньелли некоторое время внимательно изучал свою рюмку. Потом сказал:

– Я и есть тот некомпетентный любитель. Но мне ассистировали трое моих товарищей.

– Помоги нам, Боже! – сказал ван Эффен. – Да вам нельзя доверить коробку бенгальских огней! Я хотел бы спросить вас, и не в первый раз: где же ваши взрывники?

Аньелли огорченно улыбнулся и поднял руки.

– Я буду с вами совершенно откровенен, – начал он, и ван Эффен понял, что Аньелли на ходу сочиняет какую-то ложь. – У нас небольшое затруднение. Двоих наших экспертов вызвали по делу, и они вернутся не раньше чем через пару дней. Но мы подумали, что вы, господа, оба специалисты по взрывам и…

– Нет проблем, – сказал Джордж. – Мы понимаем, что вам нужно, и можем дать вам простые инструкции, как пользоваться подобными вещами, чтобы вам не оторвало ваши глупые головы. Ракеты – другое дело. Чтобы их запустить, нужен специально обученный человек.

– Сколько требуется времени на обучение?

– Неделя, может быть, дней десять. – Джордж жутко преувеличивал, но эти четверо были такими профанами в военном деле, что подобное преувеличение могло стать их страховкой. – И я должен сказать, что мы со Стефаном люди не военные, в ракетах понимаем немногим больше вашего.

Аньелли немного помолчал, потом спросил:

– А вы знаете кого-нибудь, кто в них понимает? Я имею в виду человека, который умеет обращаться с ракетами.

– Знаю.

В голосе Джорджа прозвучала легкая нотка нетерпения. Он давал понять, что не может не знать таких людей.

– И кто же это?

Джордж посмотрел на Аньелли с жалостью:

– У него нет имени.

– Но должны же вы его как-то называть?

– Лейтенант.

– Почему?

– Потому что он и есть лейтенант.

– Уволенный, конечно?

– Конечно нет. Уволенный лейтенант для меня бесполезен. Я думал, что вы, господин Аньелли, понимаете, что такие люди, как я, не имеют дела с пешками.

– А, ясно! Это ваш поставщик?

– Господин Аньелли, вы же не настолько наивны, чтобы ожидать от меня ответа на подобный вопрос. Я подумаю, что можно для вас сделать. Куда вам доставить груз?

– Это зависит от того, как скоро вы можете его поставить.

– Завтра к полудню.

– Боже милостивый! – Аньелли недоверчиво посмотрел на Джорджа и улыбнулся. – Кажется, я зашел в нужный магазин. Каким образом вы доставите товар?

– На военном грузовике, конечно.

– Конечно! – Аньелли слегка задумался. – Это немного усложняет дело. Я полагал, что вы доставите товар послезавтра. Не мог бы я позвонить вам завтра и уточнить время и место? И нельзя ли на несколько часов отложить доставку?

– Это можно устроить. – Джордж посмотрел на ван Эффена. – Господин Аньелли может позвонить сюда? Скажем, часов в десять утра?

Ван Эффен кивнул, и Джордж улыбнулся Аньелли.

– Пока не могу вам точно сказать, но ориентировочно все это выльется в десять-двенадцать тысяч долларов. Мы предлагаем самые большие скидки во всей Европе. Оплата в долларах, гульденах или немецких марках. Если требуются какие-либо услуги, стоимость возрастает.

Аньелли встал и улыбнулся. Он снова почувствовал себя уверенно.

– Да, конечно. Цена не кажется мне чрезмерной.

– Один момент, – любезно заметил ван Эффен. – Вы, конечно, понимаете, господин Аньелли, что если я перееду в другой отель и зарегистрируюсь там под другим именем, то вам будет очень и очень нелегко снова нас разыскать?

– Нелегко? Да это может быть просто невозможно! – Аньелли нахмурился. – Но почему вы об этом заговорили?

– Потому что между нами есть взаимное доверие, не так ли?

Аньелли озадаченно посмотрел на лейтенанта:

– Естественно.

– Ну а если оно есть, то отзовите ваших соглядатаев из вестибюля, из ресторана и от черного хода.

– Моих соглядатаев?

По выражению лица Аньелли было ясно, что он нисколько не смущен, но старается выиграть время.

– Если вы этого не сделаете, мы сбросим их в канал, предварительно хорошенько связав, и уедем.

По лицу Аньелли ничего нельзя было прочитать.

– Играете наверняка, да? Пожалуй, вы бы действительно так и поступили. – Он улыбнулся и поднял руку. – Очень хорошо, соглядатаев уберу. Но я не имел в виду ничего дурного.

Когда гости ушли, ван Эффен сказал Джорджу:

– Ты мог бы сделать хорошую карьеру в преступном мире. Правда, теперь уже поздно. Уверен, что, работая против тебя, полковник давно бы уже получил апоплексический удар. Могу поспорить, что Аннелизе и понятия не имеет, какой ты замечательный лжец. Ты поймал Аньелли на крючок, перехитрил его, деморализовал, чуть ли не подчинил себе. Может быть, ты поговоришь сегодня с Васко и предложишь ему работу в качестве лейтенанта нашей армии – конечно, после того как он сделает необходимые изменения в своей внешности? Мы не должны забывать, что у Аньелли была возможность видеть Васко довольно близко.

– Думаю, с этим проблем не будет. – Джордж протянул лейтенанту список Аньелли. – Я бы немало дал, чтобы увидеть лицо полковника, когда он узнает о том, что именно должен приобрести для нас к утру. Ты-то увидишь его не позже чем через час. Тебе не приходит в голову, что Аньелли может заявиться туда вместе с Риорданом и Самуэльсоном?

– Мысль, конечно, интересная, и я об этом думал.

– Ну?

– Что «ну»?

– Он еще спрашивает! Теперь мы знаем, что Аньелли – это Аннеси.

– Скорее, мы уверены в этом на девяносто девять процентов. Не забывай, что я никогда не видел ни тех Аннеси, что мы посадили, ни тех, что удрали.

– Из того, что ты их не знаешь, еще не следует, что они не знают тебя. Братья Аннеси наверняка тебя знают: видели твои фотографии в газетах во время суда и следствия. Как, по-твоему, будет реагировать этот Аньелли, когда поймет, что перед ним не просто ненавистный лейтенант ван Эффен, но лейтенант, чью сестру он держит в какой-то темнице, испытывая на ней последнюю модель пыточных тисков?

– Будет интересно посмотреть на него в этот момент.

– Полковник де Грааф прав, – пробормотал Джордж. – Ты непостижим. Просто какая-то хладнокровная рыба!

– «Твои десять центов помогут убить британского солдата. За такую цену это выгодная сделка, самая выгодная из всех, какие тебе когда-либо приходилось заключать». Так обычно говорят сборщики денег, стучащие оловянными кружками в ирландских барах Соединенных Штатов. Особенно в ирландских барах северо-восточных штатов. И особенно в Нью-Йорке. А в Нью-Йорке – в Квинсе, в районе, где плотность ирландского населения наивысшая. Десять центов. Это все, о чем они просят. И конечно, сборщики стучат этими кружками во время «ирландских вечеров», ирландских лотерей, ирландских танцев и прочих ирландских мероприятий.