Кот в пальто - Евгения Владимировна Малинкина Страница 20

– Что не так было с водителем до вас?

– Ой, да тут такое дело. Да что уж говорить, давнее.

Водитель замялся, не решаясь продолжить, но информация распирала изнутри. Даша ждала. Водитель вздохнул, ему очень хотелось рассказать. Поэтому он заговорил шёпотом, хотя в салоне автомобиля, кроме них, больше никого не было.

– Понимаете, у Юлии Владимировны и того водилы. В общем, у них там шуры-муры случились. Ясное дело, Роман постоянно на работе. Но он всё равно узнал и выгнал его, а потом нанял меня. Но я вам ничего не говорил. Я-то уж на чужих жён зариться не буду, можете мне поверить.

Даша, глядя на него, охотно верила. Должно быть, в этот раз Роман подошёл к выбору водителя с особой тщательностью.

– Вы что-то слышали о сегодняшнем происшествии?

– Страшная трагедия, и надо же, как не повезло мужику. Сколько таких случаев! Задыхаются в гараже. Что ему взбрело в голову ставить машину в гараж? Наверное, у них так принято?

– Где?

– Так в Финляндии. Он же там жил, не знали?

– Вы об этом.

– Я с ним не был знаком. Видел только год назад, когда он коттедж принимать приезжал. Они тогда с Романом повздорили, мне их разнимать пришлось.

– Повздорили?

– Так опять из-за Юлии Владимировны, но я вам ничего не говорил. Роман шибко ревнивый. Но он её ревнует неспроста. Вы не подумайте, семья у них крепкая, хорошая, – сделал вывод водитель, сворачивая на просёлочную дорогу, ведущую к коттеджному посёлку.

Навстречу им из леса вывернули две машины, одна из которых полицейская.

– Мне кажется, это Игорь Алексеев. Мы же должны с ним поговорить, а он уезжает.

– Вот сейчас вас доставлю к Роману, а дальше будете вместе ловить полицейского.

Шлагбаум на въезд в посёлок был открыт. Охранника нигде не было, но в будке лежала шерстяная собака алабай. Она скучающим взглядом проводила машину и закрыла глаза.

В коттедже Кирпичёва всё было нараспашку: и двери, и окна, и гараж, в котором стоял зелёный «форд» с финскими номерами.

Даша почувствовала тяжесть, горло словно кто-то схватил железной рукой. Она начала задыхаться. Водитель остановился, Даша выскочила из машины, хватая воздух ртом. В голове зашумели голоса, будто несколько человек заговорили разом. Где-то вдали загудел поезд. Голоса исчезли, будто их и не было. Постепенно она выровняла дыхание. Водитель коснулся её локтя.

– Что с вами? Укачало?

– Наверное, – хрипло, будто не своим голосом, ответила Даша.

– Бывает, подышите ещё или прямо идите к Роману, он вас чаем напоит. Он у себя, в доме.

Водитель сел в машину, брошенную им посреди дороги, и припарковался на свободном месте у коттеджа Голубковых.

* * *

Роман сидел на диване в гостиной. Даша сразу определила, что тот пьян. Когда он успел? Они разговаривали по телефону чуть больше часа назад. Собирались вместе идти в полицию.

– А, это вы… Садитесь, Дарья. Как вас по батюшке?

– Андреевна.

– Андреевна, Андреевна. Значит, ваш батюшка был Андрей и назвал вас Дашей.

Даша поняла, что к полицейскому они вряд ли сегодня попадут.

– Садитесь, Дарья Андреевна, хотите чаю, кофе или чего покрепче? Я вот Лёху его же виски поминаю. – Роман показал на стоящую на столе бутылку. – А может, вы голодны? Сейчас Юлька что-то сообразит. Юлька!

– Ваша жена уехала в город вместе с дочкой. А ваш водитель привёз меня сюда. Мы договорились поговорить с Алексеевым. Помните?

– Точно! Я не могу идти. Вот так. Ноги что-то ослабли.

Роман замолчал, глядя в одну точку, потом громко всхлипнул и уронил голову на руки.

– Может быть, я лучше пойду? – спросила Даша.

Роман поднял голову и с удивлением уставился на Дашу, будто только что заметил её присутствие. Потом икнул и махнул рукой.

* * *

Даша вышла на улицу.

Ну и ситуация. Понятное дело, за несколько дней потерять сразу троих близких. Но зачем тогда было вызывать её с работы? Видимо, стресс – штука непредсказуемая.

Водителя в машине не было. Даша решила поискать тётушку, а потом, если не получится уехать домой на машине Романа, то пойти на станцию и возвратиться на электричке. Тащиться по просёлочной дороге ей не очень хотелось. Она не думала, что придётся сегодня ехать в деревню и надела лёгкое весеннее пальто и туфли.

У коттеджа Песковских играл мальчик.

– Никита? – вспомнила Даша имя.

– Здравствуйте.

– Меня зовут Даша, твой папа дома? Или мама?

– Дома. Папа сегодня не на работе. Мы ездили на кладбище, а потом ещё дядя Лёша умер. Как вы думаете, мы тоже скоро умрём?

– Нет, конечно. Вы будете жить долго-долго.

Мальчик удовлетворённо кивнул.

– Я зайду к твоим родителям?

– Заходите.

Никита побежал впереди.

– Папа, мама, к вам Даша какая-то пришла!

Из столовой вышел Песковский.

– Павел, здравствуйте.

– Здравствуйте. Мне кажется, мы знакомы.

– Дарья, Даша. Я из журнала «333 кв. м», Роман наш спонсор.

– Что-то такое я слышал, да-да. Вы ко мне? Хотите взять у меня интервью? Только я в недвижимости ничего не понимаю. Это у нас Роман дома продаёт.

– Нет. Мы должны были с ним идти в полицию. Но сейчас, мне кажется, ему нужна ваша помощь.

– Что случилось? – Песковский стал натягивать кроссовки, и по излишне размашистым движениям Даша поняла, что её собеседник тоже нетрезв. Конечно, сегодня были похороны.

– Роман пьян. Мне кажется, ему не очень хорошо.

Песковский замер и снова стянул кроссовку.

– Нам сейчас всем не очень хорошо. Ерунда, оклемается.

Из столовой наверх прошмыгнула та самая конопатая плотненькая девушка, которую Даша видела из окна танцующей в наушниках.

В холл вышла жена Песковского – в милых веснушках на лице и руках. Она легонько подтолкнула мужа к столовой.

– Паша, иди, всё остынет. Здравствуйте, я Вера. Извините его, у нас тут сумасшедший дом. Я только и делаю, что бегаю и всех успокаиваю. Сначала этот кошмар с Голубковыми. Тётю Валю жалко, Катеньку. Катя моя ровесница, но они с Полинкой дружили. По уму-то Катя была ребёнок ребёнком. Полинка моя, как узнала о Кате, из комнаты только поесть выходит, а на похороны сама напросилась, я брать не хотела, такой стресс для подростка. И Никитку пришлось с собой тащить. А тут ещё Кирпичёв, будь он неладен! Да что я такое говорю?! Земля пухом. Нехороший был мужик, но тут уж что говорить, теперь вроде как не положено о плохом.

– Смерть Голубковых очень странная. Может быть, вы что-то знаете об этом?

– Даша, что мы стоим на пороге? Проходите в столовую, – спохватилась