Обещание на крови - Лиз Мистри Страница 3

А Куини все не останавливалась:

– Я же не размахиваю АК–47 перед твоим носом? Или «Хеклер унд Кох»? Или «Сиг СиДжи 550»?

Едва подавив раздраженный вздох, Джеззи потерла усталые глаза. Что ее выводит больше? Чертово клацанье спиц или бесячая манера Куини на любое событие приводить три дурацких бесполезных примера? Чтобы отвлечься от перестука, она снова посмотрела в лобовое стекло. Снег все падал и падал, густой и настойчивый, размывая обзор, и если бы Джеззи то и дело не включала дворники, лобовое стекло залепило бы окончательно, и они не видели бы того, за чем следили. Хотя Куини было все равно: она полностью сосредоточилась на шерстяном ужасе, который рождали ее спицы. Клацанье ускорилось в такт словам Куини, словно ее рот и руки работали в едином темпе.

– И кстати, ты будешь рада моим спицам, когда мы столкнемся с бандой бешеных подростков… или собак… или с пьяницами…

Боже, опять эта троица чертовых примеров. Я больше так не могу.

– Ладно-ладно, я поняла, Куини. Просто не…

– О не-е-е-ет! – проорала Куини так внезапно, что Джеззи подпрыгнула. – Это все ты со своей гребаной болтовней! Я ошиблась!

Куини потянулась к кнопке, зажгла лампочку на потолке, и салон залил яркий свет.

– Посмотри, что ты натворила, ДжейЗи! – прорычала она. – Что я из-за тебя наделала! Это все твой паршивый бесконечный треп. Это же подарок моей второй половинке, а ты все испортила. Посмотри, в каком оно виде.

Прошипев сквозь зубы, Джеззи бросила взгляд на ярко-оранжевое нечто, сотворенное Куини. Несмотря на раздражение, она не смогла сдержать улыбку. Здесь было отвратительно все – от омерзительного оранжевого цвета до ошибок в петлях, из-за которых все вязание было усеяно дырками. Даже обладая буйной фантазией, Джеззи представить себе не могла, как этот предмет одежды должен в итоге выглядеть. Но Куини была раздосадована не столько дырками или мерзким цветом, сколько тем, что один рукав оказался намного короче другого. Джеззи нахмурилась.

– Ты вроде должна вязать все части свитера по отдельности?

– Хм-м-м… Хотя что ты знаешь о вязании? Да будет тебе известно, это специальный метод. Я так делала, когда вязала одежку моему мелкому племяннику.

Гадая, как такое могло случиться со свитером, Джеззи потянулась к кнопке и выключила лампу.

– Мы должны приглядывать за предполагаемой наркофермой, а не корпеть над твоим вязанием и объявлять всем в округе, что мы тут торчим. Никакого света. К тому же завязывай с этим делом. Ты наделала столько ошибок, потому что вяжешь в темноте.

Куини хмыкнула, но никак не прокомментировала высказывание Джеззи.

– Можно подумать, эти придурки из «Ори-Дерись» хоть на что-то способны. Накачаются старой доброй наркотой, отлетят и вырубятся мордой в унитаз. Они нас не заметят, даже если мы прилетим к ним на срущем радугой единороге.

– Я тебя услышала, Куини. Это и правда дурацкое задание, но такова наша работа.

– Ну-ну… Сидеть на жопе ровно хрен знает где и наблюдать за кучкой несчастных тупиц, которые мнят себя выше закона, пока наши коллеги ведут лакомые дела.

Куини была права. Дурацкое задание. Все знали, что жители Стуррача – ветхой деревеньки неподалеку от более респектабельной и куда более крупной деревни Фолдхаус – брошены на произвол судьбы, и не без причины. До тех пор, пока их темные делишки оставались в пределах поселения, их просто игнорировали. Полиция не желала тратить драгоценное время, гоняясь за призраками, тем более что суд в девяти случаях из десяти все равно отказывал в возбуждении дела за отсутствием состава преступления.

В связи с чем возникал вопрос: зачем их с Куини сюда прислали? Это что, еще одно наказание злопамятного старшего детектива-инспектора Дика – настолько мудака, что для них он из Дика превратился в Муди́ка, – который отправил их обеих прямиком в низшую лигу, называвшуюся «команда Г»? Этот ублюдок отказался называть их командой В, показывая, что считает их полным говном. И, в отличие от остальных, не давал им вести настоящие расследования. Джеззи подозревала, что Дик просто мстит. Такой мелочный человек получил так много власти… Но Джеззи решила не зацикливаться на мотивах его поступков. И неважно, насколько дурацким было их задание, она выполнит его максимально хорошо, даже несмотря на то, что в пару ей досталась такая тупица, как Энни Маккуин.

Стуррач был скорее поселком, нежели деревней, – несколько скученных домов по сторонам изрытой выбоинами дороги. С единственным местом притяжения местных жителей – пабом, метко названным «Ори-Дерись». Легенда гласила, что несколько веков назад поселок основал клан Старроков, которые по мере распространения проказы планировали укрыться здесь от остального мира. Джеззи понятия не имела, правда это или нет. Одно оставалось несомненным: жители окрестных деревень, особенно ближайшей – Фолдхауса, – если и не боялись, то точно избегали местных. Они были отделены друг от друга жалким клочком поросшей травой земли шириной в двадцать метров, который прозвали «Гиблой землей». Со стороны Стуррача по всему периметру ржавели старые автомобили, у которых было разворовано все, включая руль и покрышки, а также валялись старые стиральные машины и холодильники. Вся эта помойка будто служила барьером, отделявшим Стуррач от остального мира.

К сожалению полицейских Уэст-Лотиана и Бордерса, особенно Джеззи и Куини, большое начальство шотландской полиции закрывало глаза на все возрастающую активность в этом злачном месте и постоянные жалобы жителей соседнего Фолдхауса на поток различных видов наркотиков, что растекался по всей округе. Из-за чего Джеззи пришлось этой ночью морозить пятую точку в замшелой полицейской машине с напарницей, которую понизили до констебля и которую она едва знала и не горела желанием узнать получше.

Джеззи боялась, что эта промозглая, депрессивная, снежная ночь заставит Куини поднять тему, которую Джеззи не собиралась обсуждать, – инцидент, из-за которого ее, именитого сержанта-детектива, однажды ставшую детективом месяца в своем отделе, понизили до младшего констебля. Джеззи чувствовала, как Куини на нее смотрит, и меньше всего ей хотелось, чтобы ее выводили на признания.

Но любопытство Куини мчалось на Джеззи со скоростью поезда, и, уложив вязание в сумку и поставив ее под ноги, Куини скрестила руки под пышной грудью и развернулась к Джеззи.

– Итак… Ты в курсе, что меня понизили в звании из-за инцидента со спицами, но никто не знает, почему ты, уважаемая сержант-детектив, сделавшая головокружительную карьеру, месяц назад пустила все под откос.

Джеззи поджала губы. Она не собиралась ничего рассказывать Куини. Ее руководство было заинтересовано в том, чтобы причины, по которым Джеззи понизили в должности, оставались в тайне, но ее бесило, что вездесущая пресса вывалила ее грязное белье на всеобщее обозрение. Но в любом случае чем