Николай Зорин - Сестра моя – смерть Страница 55

– Он сказал, что не станет переписывать завещание, – произнес Андрей тихим, проникновенным голосом, и тогда Каролина и тетя Саша крепче прижались ко мне и тоже отчего-то заплакали.

Эпилог

Весь день шел дождь. А когда зазвонил телефон – долгим, междугородным звонком, полило так, что от треска капель по железному подоконнику заложило уши, словно при взлете самолета. Это нам еще предстоит, подумала я по-французски, настраиваясь на разговор.

Мама стояла рядом с растерянным видом, напряженно всматривалась в мое лицо и изо всех сил пыталась понять, о чем идет речь – по-французски она не понимала ни слова.

– Ну что? – спросила тревожно, когда я повесила трубку.

– Объяснил, где нам лучше встретиться, чтобы не потеряться, и описал, во что будет одет, чтобы мы его сразу узнали.

– А! – Она с облегчением вздохнула. – Вещи я уже собрала, а все остальное…

– Все остальное купим на месте.

– Кто бы мог подумать, боже мой, кто бы мог подумать, что вот так… – Мама всхлипнула, я приласкалась к ней, поцеловала в теплую мягкую щеку. – Доченька моя, милая моя доченька! – Она обняла меня за шею и притянула к себе. – Я его никогда ни в чем не винила. А теперь… Сама не знаю, горько и страшно.

– Ничего, как-нибудь. – Я погладила ее по лицу, стирая ладонью слезы.

Я не знала, как ее утешить, что сказать. Постелила постель, укрыла одеялом, завела будильник, выключила свет и легла.

Дождь стучал и стучал о подоконник, не давая уснуть. Завтра утром мы улетаем в Париж. К отцу. На похороны. Мама страшно волнуется: после стольких лет разлуки – как-то они встретятся?

Примечания

1

Люблю и ненавижу (лат.).