Игорь Атаманенко - Шпион судьбу не выбирает Страница 75

Радости Оксаны не было предела, но Константину было не до сантиментов. Надо было срочно поставить в известность своих работодателей, что он угодил в больницу. Отослав жену расплатиться с таксистом, Костя бросился к телефону.

Ответила женщина. Поинтересовалась, где он сейчас находится. Узнав, что он в московской больнице, пожелала ему скорейшего выздоровления и посоветовала через день прогуляться в парке. Это означало: изъять тайник.

Через час Константин, спрятав в палате захваченные из дому джинсы и майку, как ни в чем не бывало, опять разгуливал по больничному двору…

Глава пятая

Тайник в Измайловском парке

К вечеру 20 июля 1983 года над Москвой нависла грозовая туча. Хлынул дождь, разогнав послеполуденную духоту и запоздалых туристов, бродивших у храма возле Серебряно-Виноградного пруда в Измайлово.

Поднимая фонтаны брызг, по шоссе неслась одинокая машина. Вспышка молнии осветила на мгновение дипломатический номер посольства США в Москве. Авто остановилось неподалеку от окруженного рвом собора, из него вышел атлетического сложения молодой человек и осторожно достал из багажника тяжелую спортивную сумку. Воровато оглядевшись, нырнул в заросли кустарника. Промокший до нитки, он выполз оттуда через минуту и вновь придирчиво осмотрелся. Никого. Только дождь, да всполохи молнии. Иностранец облегченно вздохнул, небрежно бросил пустую сумку в багажник, уселся за руль и был таков.

Далеко за полночь чекисты вернулись из Измайлово. В кустах, где ползал под дождем любитель ночных прогулок из американского посольства, они обнаружили огромный валун — камень-тайник, внутри которого находились инструкции, микрофотоаппаратура, вопросник, шифрблокноты и крупная сумма денег в советских рублях.

О содержимом тайника, несмотря на поздний час, начальник Управления наружного наблюдения доложил генералу Карпову.

— Михал Трофимыч, думаю, что выемку тайника должны произвести в ближайшее время. Организуешь там стационарный пост. К дежурству привлечешь «альфовцев». Получателя «закладки» взять с поличным. Доложишь немедленно! Все понял?

— Так точно, товарищ генерал-майор!..

…Рано утром следующего дня, едва солнце позолотило коричневую воду рва, у зарослей кустарника появился кучерявый молодой человек привлекательной наружности с сумкой в руках. В этот час на аллеях парка не было ни души. Молодой человек посмотрел по сторонам, нагнулся и скрылся в зарослях.

Через минуту он ползком, таща за собой сумку, выбрался на тропинку. Резко выпрямился и тут же присел — от неподъемной тяжести и нахлынувшего страха подкосились колени.

Сидя на корточках, снова огляделся. Нет, ничего опасного, просто раздался гудок вынырнувшей из тоннеля электрички.

«Быстрее, быстрее отсюда!» — страх гнал его от этого места. Панический, но… не безосновательный.

Озираясь по сторонам, кучерявый с трудом вскинул сумку на плечо и тут же оказался в объятиях скорохватов из «Альфы».

На первом допросе Вишня сначала старательно выкручивался, ускользал, как обмылок из ладоней, а затем развернулся во всем блеске своего предательского дарования: прямая ложь, ложь в форме умолчания, наконец, подтасовка и сокрытие фактов. Признавал только то, что уже было известно Карпову и Казаченко.

Однако, как только генерал объяснил, что, лишь сотрудничая со следствием, можно рассчитывать на снисхождение, Вишня тут же развернулся на сто восемьдесят градусов и стал давать правдивые показания, выкладывая все до мелочей.

Устный контракт о сотрудничестве начал действовать и Вишня с пафосом представился — «Паганэль».

Казаченко, сдерживая улыбку, перехватил взгляд Карпова — задержанный значился в файлах КГБ как объект оперативной разработки «Вешний».

— Очень приятно, господин «Паганэль»! — Карпов пальцами отбил по крышке стола барабанную дробь. — У вас очень звучное имя, но на текущий момент нас более интересует, когда, где и как вы должны осуществить следующий сеанс связи с вашими работодателями?

Вишня открыл инструкции, изъятые из валуна, и коротко сказал:

— Я должен заложить тайник на сороковом километре Приморского шоссе, в том месте, которое в инструкциях проходит под кодовым названием «Сорок».

Место известное — в этом районе трасса Ленинград — Зеленогорск имела ответвление к дачам сотрудников генерального консульства США в Северной столице. Среди них были и разведчики ЦРУ, «сидевшие под корягой», — действовавшие под дипломатическим прикрытием. Кому же конкретно выпадет кон изымать тайник? Посовещавшись, контрразведчики пришли к выводу, что с таким ценным агентом, каким был «Вешний-Паганэль», может работать только резидент ЦРУ в Ленинграде Лон Дэвид фон Аугустенборг, находящийся в СССР под прикрытием вице-консула.

Карпов доложил Андропову о задержании «Вешнего-Паганэля» и передал свои соображения, у кого тот может находиться на связи.

Став генеральным секретарем ЦК КПСС, Юрий Владимирович продолжал живо интересоваться всем происходящим в недрах Комитета, который он возглавлял в течение пятнадцати лет. Как только Андропов услышал имя вероятного оператора «Вешнего», он вызвал Карпова к себе на Старую площадь.

Не успев перешагнуть порог кабинета, генерал услышал:

— Леонтий Алексеевич, считай, что задержание американца — это моя личная просьба…

— Юрий Владимирович! — Карпов взял патетическую ноту. — Любая ваша просьба — это приказ, который выполняется беспрекословно!

— Я в тебе, Леонтий Алексеевич, никогда не сомневался. — Андропов одобрительно закивал головой. — Однако есть нюанс… Аугустенборга надо взять не только во что бы то ни стало, но и с поличным…

— По-другому, Юрий Владимирович, и быть не может! Резидент будет взят во время выемки тайника!

— Это хорошо… Вместе с тем хочу, чтобы ты до конца проникся важностью успешного проведения мероприятия… На это у меня есть причины различного свойства и значимости…

Первая, и она, надеюсь, для тебя совершенно очевидна. С моим уходом с поста председателя и до настоящего момента не разоблачен ни один американский агент или разведчик. В то же время наши разведчики из вашингтонской и нью-йоркской резидентур «сыплются» с подозрительной регулярностью. Как раз накануне задержания вами как бишь вы его окрестили?..

— «Вешний», Юрий Владимирович…

— Да, так вот… Накануне задержания «Вешнего» два разведчика, — Андропов бросил взгляд на настольный календарь, — Завадский и Ковалев, действовавшие под прикрытием сотрудников нашего посольства в Вашингтоне, были объявлены персонами non grata и высланы из США. По инициативе ЦРУ это событие раскручено американской пропагандистской машиной так мощно, что западный обыватель воспринимает заявление Рональда Рейгана о том, что СССР — «империя зла», как непреложную истину…

— Полностью с вами согласен, Юрий Владимирович!

— Да погоди ты полностью со мной соглашаться… Пойми, захват американца с поличным на тайниковой операции мог бы, если не оправдать в глазах мирового сообщества нашу разведактивность на территории США, то хотя бы уравнять наши шансы с американскими спецслужбами, а также вынудить администрацию Рейгана оправдываться и извиняться…

Кроме того, есть еще и причина личного свойства… Моя неприязнь к его отцу — Дэвиду фон Аугустенборгу. Он так же как и я в 1956 году был послом в Венгрии. По абсолютно достоверным данным, именно через его руки проходили деньги ЦРУ, подпитывавшие будапештский путч, имевший своей целью свержение в Венгрии социалистического строя… Как ты знаешь, в феврале 1957 года меня отозвали в Москву в связи с прекращением работы на посту Чрезвычайного и Полномочного посла Советского Союза в Венгрии… И хотя я получил новое назначение, стал заведующим международного отдела ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран, что, несомненно, являлось повышением, тем не менее считаю, что восхождение на властный Олимп мне далось слишком большой кровью… А виновником моей безвременно прерванной дипломатической карьеры я считаю посла США в Будапеште Дэвида фон Аугустенборга. — Андропов перевел дыхание. — Я хочу, чтобы ты лично занялся резидентом… Даю три дня на разработку плана… Федорчука, нового председателя, я проинформирую сам…

«Да вы, Юрий Владимирович, в прекрасной форме — голова варит, и еще как! Надо же, такой монолог выдать на едином дыхании!» — подумал Карпов.

— Ты все понял, Леонтий Алексеевич?..

— Так точно, товарищ председа… Виноват, товарищ генеральный секретарь! По долгам отца должен расплатиться его сын — резидент ЦРУ в Ленинграде Лон Дэвид фон Аугустенборг. Не сомневайтесь, Юрий Владимирович, Карфаген будет разрушен!