Коля ничего не боится - Валентина Анатольевна Филиппенко

Валя Филиппенко

Коля ничего не боится

Знак информационной продукции (Федеральный закон № 436–ФЗ от 29.12.2010 г.)

Литературно-художественное издание

Для среднего школьного возраста

Главный редактор: Лана Богомаз

Руководитель проекта: Дарья Михайлова

Литературный редактор: Мария Замятина

Арт-директор: Таня Галябович

Корректоры: Екатерина Баженова, Зоя Скобелкина

Компьютерная вёрстка: Ольга Макаренко, Александра Агеева

Иллюстрации: Евдокия До

© Текст, В. Филиппенко, 2025

. ООО «Альпина Паблишер», 2026

* * *

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Посвящается всем моим страхам,

которые тоже хотели мне помочь

1

В тот вечер я долго не мог уснуть и вертелся в кровати. Можно было даже подумать, что в бока и в шею мне упирались камни, но мне мешало спать не одеяло или сбившаяся простынь. Кое-что другое.

Это был страх, мой самый-самый большой страх, какой только мог вместиться на чердаке под крышей, в школьном дворе или в моей голове. И вы ни за что не угадаете, чего я боялся, пока не дочитаете эту книгу до конца. Уж поверьте!

Страшно? Подождите, еще рано. Все только начинается.

Мои родители только легли спать и громко, уютно сопели (а папа даже храпел). Я слышал это очень хорошо через стенку. В пятый раз перевернул подушку и глянул в окно. Кот Лаки сидел на подоконнике и следил за пустой улицей и фонарями. Он у нас почти лысый и при этом кучерявый, поэтому сквозь его уши просвечивался тот самый фонарь. Лаки мог бы быть котом Бэтмена, если бы у Бэтмена был кот.

Вот он повернулся и посмотрел на меня внимательно, как умеют только очень умные коты. Если бы он мог говорить, то наверняка сказал бы:

– Кхм, кхм! Пора представить и этого мальчика.

И продолжил бы:

– Коля Репетуров, одиннадцать лет, учится в пятом классе. Серый пояс по джиу-джитсу, сломанный нос, сломанный палец и три валентинки на 14 февраля.

Про валентинки, Лаки, ты, конечно, зря. Лучше бы сказал про мой Клуб Смелых. В нем сейчас пять человек: Витя – мой одноклассник, Женя – из седьмого класса, Марго – из третьего, а еще в клубе есть почетный гость – мой дедушка Толя. И кот – кот Лаки.

Два раза в неделю мы с ребятами собираемся за школой, где стоит электрическая будка и пахнет булками с кухни. Или у меня дома, когда холодно. Дедушка к нам присоединяется редко, Лаки – иногда. Меня часто просят взять кого-нибудь еще в наш клуб, но я уже расчертил три листа в тетрадке на пять столбцов, поэтому до мая «расширяться» мы не будем.

Что мы делаем, когда собираемся? Прыгаем через лужи, тренируем выносливость, берем в руки пауков и богомолов, заходим в темные комнаты, забираемся на крыши, читаем вслух стихи, которые написали сами, и раз в месяц сдаем анализ крови. И много чего еще другого делаем, в общем. Мой папа в шутку называет нас «биохакеры», но вообще мы просто смелые. Клуб Смелых.

Я вот люблю играть с собаками, приручать их – я прямо мастер в этом деле. И прыгать сальто – с гимнастики умею. А еще я не боюсь зубных врачей. Бегаю быстро и по брусьям лажу отлично. Но так я, кажется, совсем не усну. Поэтому хватит на сегодня. Гасите фонарики и телефоны. Спокойной ночи!

P. S. Темноты под кроватью я тоже не боюсь!

2

Привет! Как ваши дела? Вы уже пришли из школы или еще сидите на уроке?

Ответьте честно, я не расскажу вашим мамам и бабушкам.

Я вот сижу на подоконнике на первом этаже школы и оттираю с кроссовка зеленую гуашь. И не потому, что меня оставили после уроков, нет! А потому, что у меня будут брать интервью.

Так получилось, что наша учительница внеклассного чтения и руководитель школьного театрального кружка еще и журналистка. Правда, по ней этого не скажешь: у нее лицо не учительницы, а девочки. Сложно представить, что Ксения Александровна пишет статьи для сайтов и ставит у нас целые спектакли. Но она пишет и ставит. В общем, она придумала сделать статью про наш Клуб Смелых. Узнала о нем… не от меня, а от Марго. Мы все вместе просто пришли на репетицию новогоднего праздника и стали с трясущимися коленками читать стихи со сцены (Жека даже собственного сочинения). Коленки у нас, конечно, тряслись, но в обмороки мы не падали и текст от волнения не позабывали. Ксения Александровна так нас хвалила и звала в театральный кружок, что Марго не сдержалась и выдала нас. После этого Ксения Александровна предложила написать статью о клубе.

Гуашь с кроссовки оттерлась, и как раз Ксения Александровна появилась в конце коридора. Хотите узнать, как я буду давать интервью?

Я тоже хочу, потому что раньше я этого никогда не делал. Но я не волнуюсь: ладошки у меня не мокрые, коленки не трясутся, подбородок и голос тоже. Я даже не хочу есть, пить или в туалет. Хотя… в туалет лучше бы сходить.

Мы зашли в кабинет черчения. Он был свободный и весьма атмосферный.

– Весьма атмосферный, – сказала Ксения Александровна каким-то театральным голосом и достала из сумки телефон – он у нее был большой и раскладной, будто книга.

– Интервью вы будете делать? – спросил я.

– Не совсем, – заговорщически подмигнула мне учительница. – Это будет чат-бот! Наша новая разработка: самый смелый мальчик в школе готов поговорить с созданием, которое ничего не знает про страхи. А?

Ксения Александровна указала мне на стул и открыла какое-то приложение в телефоне. На экране запульсировал микрофон, и цифровой голос, скорее женский, чем мужской, поздоровался с