Репортаж о докторе Зорге - Юлиус Мадер Страница 10

рождественском выпуске «Бергише арбайтерштимме» били без промаха: «Четырнадцать с половиной миллионов марок дивидендов, с которыми фирма Крупп завершила год, практически целиком положило себе в карман семейство Круппов. Таким образом, крохотная кучка людей получит в качестве рождественского подарка четырнадцать с половиной миллионов плюс ко всему, что уже имеет, что получает в течение года. Ибо дивиденды — далеко не единственный источник обогащения фирмы Крупп. И все же газеты — «Кельнише цайтунг», например, — на все лады расхваливают простоту и умеренность, царящие в семье Круппов, довольствующейся «скромным» жалованьем в четырнадцать с половиной миллионов, в то время как рабочие фирмы получили за последние четыре года в виде зарплаты без малого три миллиарда марок. В пересчете на количество работающих у Круппа, а это около 99 000 человек против 92 000 в прошлом году, получается, ни много ни мало, 7500 марок на каждого рабочего за последние четыре года. Эти «жалкие» 14 500 000 марок, доставшиеся Круппам в виде единовременного поступления, далеко, впрочем, не единственного, встают перед мыслящим рабочим грандиозной социальной проблемой».

Заключительные строки статьи Зорге не могли не расшевелить даже самого инертного читателя: «Рождество может быть для нас только праздником разоблачения лжи и обмана, которыми буржуазное общество потчует трудящиеся массы. Пусть рождественские торжества станут праздником осмысления великой цели, способной объединить всех нас, — устранение лжи, эксплуатации и угнетения, освобождение пролетариата от оков капитала».

Таким впечатляющим образом Рихард Зорге накануне рождества совсем не по-праздничному предъявлял счет клану Круппов, «пушечные короли» которого принадлежали к числу военных преступников первой мировой войны, и представители которых в «совете богов» германских монополий уже вынашивали реваншистские планы, вновь рассчитывая с помощью войны перекроить мир.

В марте 1921 года Зорге переехал в Золинген и поселился в доме № 19 по улице Виден.

Журналистскую деятельность он совмещал с преподаванием в одной из партийных школ промышленного центра Вупперталь; кроме того, он являлся лектором народного университета в городе Олигс, расположенном к северу от Золингена. Его курсы лекций «Философские основы общественных наук», «Курс экономики для фабричных советов» и, прежде всего, «Что необходимо знать о законе о фабричных советах» собирали большое количество слушателей. Зачастую не все они могли разместиться в учебных аудиториях, поскольку французские оккупационные власти не очень-то были заинтересованы в повышении образовательного уровня немецких рабочих и всячески пытались помешать проведению лекций Зорге и его коллег. Так, например, руководитель народного университета в Олигсе сообщал Зорге 30 мая 1921 года: «Французские оккупационные власти предоставили в распоряжение народного университета несколько помещений лицея. Поэтому прошу Вас возобновить лекции с пятницы, 3 июня 1921 года. Слушатели будут проинформированы через прессу. Прошу также обратить внимание Ваших слушателей на то, что им разрешается пользоваться только главным входом в лицей. Использование бокового входа строго воспрещается».[41]

Зорге был делегатом Йенского съезда партии в 1921 году.

А возле главного входа французский комендант уже расставил своих шпиков. Однако, слушатели курса Зорге были не из тех, кого можно было легко запугать. Первый курс лекций Зорге о законе о фабричных советах, к примеру, посещали 59 рабочих. В списках слушателей значились такие профессии, как строительный рабочий и литейщик, складской и транспортный рабочий, слесарь, шлифовщик, токарь, трубопрокатчик, лакировщик, плавильщик, формовщик, штукатур, кучер, булочник, экспедитор и приказчик».[42]

Среди рабочих 19-го и 20-го округов КПГ имя доктора Зорге было известно не только понаслышке. Поэтому они и избрали его делегатом на Йенский съезд КПГ, проходивший с 22 по 26 августа 1921 года. В рядах КПГ насчитывалось в то время около 360 000 членов, а округ Северный Рейн-Вестфалия по числу коммунистов уступал лишь округу Галле-Мерзебург: первый насчитывал, к примеру, вдвое больше членов партии, чем округ Берлин-Бранденбург. Среди делегатов съезда находились также Герман Дункер, Пауль Фрёлих, Георг Хандтке, Фриц Хеккерт, Вильгельм Кёнен, Вильгельм Пик и Клара Цеткин. В Иене Зорге вновь встретился с Эрнстом Тельманом. Кстати, Зорге был единственным из делегатов, имевшим докторский титул. В отчетном докладе 19-го и 20-го округов КПГ, в составлении которого принимал участие и он, шла речь и об успехах в политической борьбе: «На предприятиях и в отдельных профсоюзах образовано значительное количество фракций… В забастовочном движении мы хотели бы отметить стачки в Хамборне (заводы Августа Тиссена), Бисдорфе (лакокрасочные заводы) и всеобщие забастовки трамвайных рабочих в округе. Наши фракции проявили большую активность в подготовке и проведении этих стачек… В настоящее время в округе выходят четыре газеты, а именно «Бергише арбайтерштимме» (Золинген), «Фрайхайт» (Дюссельдорф), «Рур-эхо» (Эссен) и «Бергише фольксштимме» (Ремшейд). Кроме этого, в районах Хаген и Эльберфельд-Бармен ежедневно выпускается первая страница «Бергише арбайтерштимме» — «Роте трибюне».[43]

В докладе говорилось и о развязанном против коммунистов терроре. «По всей Вестфалии происходили столкновения между агентами полиции безопасности и рабочими. Число погибших в Эссене достигло 21… В районе Мёрс арестовали всех подозреваемых в принадлежности к компартии, всего около 400 человек… В районе Хаген арестовано более 100 товарищей, в районе Бохум — 34. В Дюссельдорфе бастовало около трети всех рабочих. И здесь арестовано почти двадцать товарищей. В районе Ремшейд в забастовках участвовало три четверти всех рабочих. 459 активистов понесли наказание, 10 товарищей предстали перед судом».[44]

Трудно представить себе каким надо было обладать мужеством, чтобы во время массовых политических репрессий оставаться на видном посту редактора коммунистической газеты, да еще писать для нее передовые статьи.

На Йенском съезде было заслушано сообщение о III-ем конгрессе Коммунистического Интернационала, обсуждены ближайшие задачи партии, работа в профсоюзах, положение Советской России и возможности оказания ей помощи.

Много внимания было уделено налаживанию внутрипартийной службы связи, в которой коммунисту Зорге предстояло сыграть в последующие годы особо важную роль. Об этом в протоколе партийного съезда говорилось: «Отдел [пропаганды] приступил к организации службы связи, задача которой заключается в том, чтобы надежную связь со своим руководством имела в любой политической ситуации не только организация одного округа, но и окружные комитеты между собой и с Центральным комитетом даже в том случае, если перестанут существовать все легальные каналы связи. По такому же образцу создана служба связи с зарубежными организациями, что дало возможность на сегодняшний день установить контакты со всеми братскими партиями. Эта служба связи будет расширяться и далее, с тем чтобы в будущем наладить связь с зарубежными товарищами не только на уровне партий в целом, но и с тем, чтобы на всем протяжении германских границ иметь