Флаги над стадионом - Александр Дмитриевич Кишкин Страница 2

— Баджи, бутылку!

Блеснула на солнце бутылка, поползли по танку языки пламени.

— Скорей назад! — командует Бугров.

Старшина энергично ползет, немного позади Бикстурганов. И вот они уже среди своих.

Немцы, видя, что головной танк горит, остановились.

— Как там берег? — спрашивает Бугров у радиста.

— Ждет сигнала к переправе.

— Попроси огонька. Накрыть надо.

Через минуту застонали, заскрипели «Катюши». Над головами разведчиков прошелестели, как листы вощеной бумаги, смертоносные снаряды. На поляне среди танков закружился огненный смерч.

А справа донеслось громкое ура. Это второй и третий батальоны, воспользовавшись тем, что разведчики Бугрова отвлекли немцев на себя, форсировали реку и поднялись в атаку.

Год 1945-й. Позади Одер. Путь на Берлин открыт. Наступательный порыв наших войск настолько велик, что остановить его уже ничто не сможет. Но враг хитер и коварен. Обреченный на неминуемую гибель, он на каждом шагу подстерегает неосмотрительного. Дорого платят те, кто забывает об осторожности.

К реке разведчики подошли в полдень. На том берегу деревушка. Проход по мосту свободен. Но уж слишком подозрительна тишина и безлюдность. Ни лая собак, ни единого человека. Бугров остановил взвод и решил вести наблюдение. К этому времени разведчиков догнал штаб полка.

— В чем дело, старшина? Почему остановились? — спросил командир полка у Бугрова.

— Товарищ гвардии полковник, — ответил он, — подозрительно тихо в деревне. Может, засада…

Полковник Бобров знал, что в трусости Бугрова не обвинишь. Дело знает, да и людей бережет.

— Что думаете делать?

— Здесь слева от дороги есть немецкие траншеи. Думаю — взвод там укрыть, а в деревню послать двух человек, — доложил старшина.

— Действуйте.

Разведчики и штаб, свернув с дороги, двинулись к траншеям. Немцы вырыли их по берегу реки, как раз параллельно дороге, шедшей из деревни на той стороне реки.

Едва разведчики и штабисты расположились в траншее, как со стороны деревни послышался треск моторов. По дороге на большой скорости мчалась колонна мотоциклистов.

— Видимо, решили, что мы вброд будем реку форсировать и отрежем им путь к отступлению, — заключил командир полка. — Встречайте их огнем.

Разведчики, как только мотоциклисты подъехали ближе, открыли огонь. Но большого ущерба немцам не причинили — те проскочили.

Почти следом за мотоциклистами из деревни вышли танки. Они двигались на средней скорости. Поравнявшись с траншеей, все четыре машины развернулись и, остановившись против наших позиций, начали стрельбу. На дорогу из деревни вышло две машины. Подойдя под прикрытие танков, они укрылись в ложбинке. На них прибыло до взвода автоматчиков.

Обстановка складывалась неблагоприятная. Отходить нельзя — позади голое поле. Вести бой бесполезно — пулей танк не прошибешь.

— Разрешите попробовать, — обратился Бугров к командиру полка.

— Что ты надумал?

— На тот берег пробраться.

— А сможете?

— Попытаемся. Сидеть все равно нельзя. Перебьют.

— Действуйте.

Бугров взял с собой двух разведчиков — Бикстурганова и Журавлева. Вооружились гранатами, пистолетами и, укрываясь в неровностях почвы, поползли к берегу. В камышах передохнули, привязали гранаты на спину и поплыли на тот берег. Благо, речка была неглубока. Вскоре выбрались на берег. До переднего танка оставалось не больше пятидесяти метров.

— Я пошел, — сказал Бугров, — а вы следом. Если что — прикройте огнем.

Баджи и Журавлев поползли следом. Им было видно извивающееся тело командира. Он быстро приближался к танку.

Торопливо они двигались вперед, но где там поспеть за Бугровым! Вот он остановился, огляделся, чуть приподнялся и метнул гранату. Грохнул взрыв. Танк заволокло дымом. Черный, клубящийся, он пополз по степи. Немцы начали выпрыгивать из танка. Разведчики открыли огонь из пистолетов.

Немцы, заметив горящий танк, заметались. Разведчики под прикрытием дыма подползли еще ближе. Полетели гранаты. Громыхнули взрывы. На секунду стрельба стихла. Тогда из-за горящего танка выскочил Бугров.

— Хенде хох! — взревел он.

По сторонам от него выскочили еще двое с поднятыми гранатами. Грозное ура неслось с другого берега. Оставшиеся там бойцы во главе с командиром полка спешили на выручку. Немцы поднимали руки. Три танка, две автомашины, одна из них штабная, знамя немецкой части и более десяти пленных — таковы трофеи этой дерзкой вылазки трех разведчиков.

* * *

Три коротких эпизода из обычной боевой жизни старшины Бугрова. А таких за три военных года у него было много. Недаром его грудь украшают правительственные награды и среди них — три ордена Славы — свидетельства высшей солдатской доблести.

После войны Иван Гурьевич Бугров не расстается со спортом. Вернувшись в родной Челябинск, он выступает за команду мастеров «Трактора». Центр нападения — по-прежнему гроза вратарей. Не один раз он приносил победу своей команде.

Более десяти лет прошло с тех пор, как Иван Гурьевич покинул зеленое поле стадиона. Но он бодр, здоров, его часто можно видеть среди футболистов. Но уже не как игрока, а как друга и наставника молодежи.

И. Козин

СЛЕД В ЖИЗНИ

Мальчишки стояли у крутого спуска и спорили:

— Не сможешь!

— Смогу!

— Нет, слабо!

Застенчивый Левка не спорил. С тайной завистью поглядывал он на настоящие лыжи мальчишек, на крутой спуск, который ждал смельчака, на свои лыжи-самоделки. Спорящие не сразу заметили, как мальчишеская фигура камнем скользнула вниз, оставляя на ослепительном снегу две полоски. Мальчишки от неожиданности раскрыли рты.

— Вот дает! На досках-то! — восхищенно ахнули они.

А Левка внизу уже махал товарищам большой, не по руке, рукавицей.

Так Леонтий Гришин стал у своих сверстников «чемпионом». Потом его успехи оценили и взрослые. Не раз после выступлений на школьных лыжных соревнованиях ему вручали грамоты и подарки.

Настоящие лыжи Леонтий приобрел тогда, когда пошел работать стиральщиком в пимокатный цех. Жаркая была работа, трудная.

— К чему тебе теперь лыжи? На работе устаешь, — пыталась уговаривать мать.

Но Леонтий каждую свободную минуту отдавал лыжам. Любил он стремительно спускаться с гор, когда «аж дух захватывает», нравилось ему оставлять ровный след на нетронутой снежной целине.

Не расставался юноша с лыжами и когда учился в школе ФЗО. Здесь он впервые завоевал первое место в соревнованиях лыжников пяти районов. Увлекался Гришин лыжами и будучи моряком Тихоокеанского флота. Однажды на очередной лыжной прогулке к нему подошел незнакомый моряк.

— Слушай, браток, из тебя добрый лыжник получится, если техникой овладеешь… Одной силы ведь еще мало. Хочешь, вместе попробуем?

Новый знакомый Роберт Масалов из Златоуста был отличным спортсменом, в совершенстве знал технику лыжного бега. Своими «секретами» он и стал делиться с Леонтием. На лыжах теперь их видели всегда вдвоем. Моряки подшучивали:

— Вы,