Капкан для Александра Сергеевича Пушкина - Иван Игнатьевич Никитчук Страница 51

Я спешу в последний раз.

Ангел кроткий, безмятежный,

Тихо молви мне: прости,

Опечалься: взор свой нежный

Подыми иль опусти;

И твое воспоминанье

Заменит душе моей

Силу, гордость, упованье

И отвагу юных дней.

В октябре Пушкина снова вызывают к графу Толстому, который объявил ему мнение царя: «…я его слову верю. Но желаю, чтобы он помог правительству открыть, кто мог сочинить подобную мерзость…» Пушкин по размышлении попросил написать письмо лично императору. Тут же написал его, признавшись в авторстве «Гавриилиады»… Вскоре Пушкину сообщили, что царь прочел его письмо и дознание о «Гавриилиаде» прекращается…

Преодолевая жизненные невзгоды, любвеобильная душа поэта устремляется к еще одной красавице – Аграфене Загряжской. Он ищет возможность изменить свою жизнь. Его чувства выливаются в стихи:

С своей пылающей душой,

С своими бурными страстями,

О жены Севера, меж вами

Она является порой.

И мимо всех условий света

Стремится до утраты сил,

Как беззаконная комета

В кругу расчисленном светил.

Он снова сватается к А. Олениной, и снова безуспешно. И снова стихи, ей посвященные:

Город пышный, город бедный,

Дух неволи, стройный вид,

Свод небес зелено-бледный,

Скука, холод и гранит —

Все же мне вас жаль немножко,

Потому что здесь порой

Ходит маленькая ножка,

Вьется локон золотой.

В октябре он засобирался в деревню в надежде запереться, отдохнуть от столичной жизни, неудач и потерь и встретить достойно вдохновение, которое всегда его посещало осенью. Перед отъездом он посещает Анну Керн (он все еще любит ее) и посвящает ей шуточное стихотворение:

Вези, вези, не жалей,

Со мной ехать веселей.

Мне изюм

Нейдет на ум,