Светлана Бондаренко - Стругацкие. Материалы к исследованию: письма, рабочие дневники, 1985-1991 Страница 67

Б. С. Много лет назад моя мама, заслуженная учительница РСФСР, сказала, что есть во мне педагогическая жилка. Вероятно, она была права. Мне нравится «возиться с молодыми», я люблю читать хорошие рукописи, иногда мне удается дать полезный совет, это меня радует.

— А что дает молодому автору участие в семинаре?

Б. С. Молодому автору необходима литературная среда. Иначе он теряет ориентиры, перестает понимать, хорошо он пишет или плохо, нужна его работа кому-то или не нужна. Рядом должны быть коллеги, заинтересованные ценители, мнение которых важно услышать, даже если оно спорно. Молодой автор должен быть окружен людьми, с которыми он может спорить, отстаивать свою точку зрения, с людьми, которые доброжелательны, но не упустят случая ткнуть носом в его ошибки, а ошибки неизбежны, более того — они полезны, без ошибок не бывает роста.

<…>

— А как обстоят дела у членов семинара с публикациями?

Б. С. В 1984 году вышел сборник «Синяя дорога», почти целиком составленный из произведений наших авторов. Попали члены семинара и в сборник «Белый камень Эрдени», выпущенный Лениздатом в 1982 году. Феликс Дымов и Вячеслав Рыбаков публиковались в сборниках фантастики братских стран: ЧССР, Болгарии, Венгрии, ГДР.

Андрей Столяров несколько раз публиковался в центральных журналах, например, в начале 1986 года с его повестью «Мечта Пандоры» смогли познакомиться читатели «Авроры», сейчас она вышла в Чехословакии. Вообще говоря, костяк семинара работает много и плодотворно.

— Можно ли сказать, что в фантастику пришли новые имена?

Б. С. Новые имена в фантастике безусловно появились. Одиннадцать лет назад, когда начинался наш семинар, о них никто и не слышал. Сейчас же, пусть не все они известны широкому читателю, но многие хорошо известны любителям фантастики — «фанам».

Однако качественно нового скачка в фантастике еще не произошло. Пусть члены семинара меня поправят, если я ошибаюсь…

<высказывания членов семинара, в том числе — Андрея Столярова>

Б. С. Я имел в виду не совсем это. Вопрос ставился так: герои Немцова, Сапарина и Охотникова — писателей-фантастов сороковых-пятидесятых годов — действительно занимались изобретением всевозможных технических новинок — самоходных тракторов, нестирающихся ботинок и т. д., и т. п. Это была определенная литературная ситуация: ученый или изобретение рассматривались в узком кругу людей, идей или событий. Потом пришла фантастика Ефремова. Его герои летают к звездам, осваивают новые планеты, живут в коммунизме, через 200–300 лет. Это уже совсем новая ситуация, качественно новая. Не путайте литературную ситуацию и сюжетный ход. Перенос событий в будущее — это создание особой литературной ситуации; прошлое как арена событий — это литературная ситуация, глобальная земная катастрофа — это ситуация, человек-невидимка — тоже ситуация. И вот в этих различных ситуациях, как на разных сценах, разыграно действие множества романов.

Да, у нас появились молодые, талантливые ребята. Прекрасно! Но создадут ли они переворот в фантастике, «раздавят ли предыдущее поколение», как вы, Андрей, предполагаете, — не знаю, не уверен. И не потому, что они недостаточно талантливы — нет, они талантливы достаточно, но вот новых литературных ситуаций я у них не вижу. И, быть может, это самое печальное обстоятельство. Я занимаюсь фантастикой уже около тридцати лет и за последние пятнадцать лет не встретил ни одной новой ситуации в фантастической литературе…

<…>

С пятого номера «Знание — сила» начинает публикацию киносценария «День затмения», предваряя его предисловием редакции.

В 1976–1977 годах наш журнал печатал повесть Аркадия и Бориса Стругацких «За миллиард лет до конца света». Теперь перед вами киносценарий по мотивам этой повести. Многое изменилось при переводе с языка «собственно прозы» на язык «прозы для кино». Исчезли некоторые старые мотивы и герои, возникли новые черты и обстоятельства. Тем, кто читал повесть, будет интересно проследить за такими изменениями. А те, кто не читал ее, будут, наверное, разыскивать в библиотеках старые подшивки.

5 мая БН пишет Борису Штерну.

Дорогой Боря!

Я получил Вашу книжечку. Спасибо!

Вот и еще один птенец оперился. Летите, голуби, летите…

Да книжечка-то какая хорошенькая! Прямо-таки покетбук.

Поздравляю! Нехай не последняя!

Еще раз спасибо.

Всегда Ваш [подпись БНа]

13 мая АБС заключают договор с «Ленфильмом» на написание сценария «День затмения». В договоре значится и третий соавтор — Юрий Арабов.

С 15 мая Авторы вновь работают в Репино.

15.05.87

Приехали в Репино.

16.05.87

Подробности для вставок:

I. В тексте до финальной сцены должен промелькнуть 2 раза Агасфер.

1) 17 июля утром Агасфер выходит из кабинета Г. А., поражает воображение Игоря, он спрашивает Г. А., кто это. Г. А. сам выглядит смущенным и озадаченным: «Собственно, это страхагент… Но странный какой-то… Ладно, там видно будет…»

2) Сцена в вестибюле лицея: Игорь ждет возвращения из кабинета Г. А. секретаря горкома и инструктора ЦК, тут же неприметно в уголку стоит Агасфер. Игорь знает, что они пришли к Г. А. потому, что дело Г. А. проиграно. И он накидывается на них: «Вы его предали, а он так надеялся на вас!» Они: «А ты что, разве на его стороне?» Игорь: «Нет, я уверен, что он ошибается. Но его ошибка грандиознее и выше, чем все ваши правильные решения!»

3) Встреча с Агасфером в поле посреди Флоры перед акцией.

[Сбоку текста: «Агасфер Лукич[35]»]

II. N-е июля.

Только что вернулся из патруля. Ходил опять с ребятами с мясокомбината, с Ваней и Симкой. Произошла дискуссия.

Я: о «неедяках».

Они:

III. Отец Мишеля — «неедяка»-резонатор. Под большим секретом Мишель пригласил Игоря на встречу у отца с крупным иностранным поэтом.

Типы «неедяк».

а. Резонаторы, доморощенные философы, графоманы, неудачливые художники и т. д.

б. «Неедяки»-воспитатели, целиком посвятившие себя семье и детям.

в. «Неедяки»-буколисты, главная потребность у них — слиться с природой, современные отшельники.

г. Люмпены: «дикобразы», Флора, кусты — абсолютно бесталанные и ленивые люди.

Всех их объединяет одно: очень низкие потребности, что выводит их за пределы цивилизации как не участвующих в процессе возрастания потребностей.