Петр I. Материалы для биографии. Том 2, 1697–1699 - Михаил Михайлович Богословский Страница 83

будут соревноваться друг с другом в поставке гондол и ливрей. Царь будет содержаться на государственный счет во дворце синьоров Фоскари, назначенном для его пребывания здесь, и для него приготовлен также другой дом по соседству с арсеналом, так как он высказал такое желание г. послу в Вене. Приготовляется много развлечений, обычных в этом городе, как кулачный бой, состязание лодок, музыкальная опера, концерт, маскарад и бал знати и дам в большом зале совета, и его светлость (дож) устраивает его на собственные средства. Будет угощение в арсенале, где ему будут показаны работы этих цехов, к которым царь чувствует особую склонность. Монсеньор Типальди, греческий епископ, по распоряжению сената должен отправиться с казенными барками в Местре, первый пункт на материке по дороге в Германию, чтобы встретить его, так как он владеет языком и может приветствовать его от имени республики и узнать из разговора его желания с тем, чтобы пойти им навстречу. Кроме того, эти же синьоры послали в Далмацию за галерой, усиленной двойным экипажем с тем, чтобы снарядить здесь другую для службы ему, если понадобится, на море. Словом, делаются все приготовления, чтобы принять его с блеском и великолепием, соответственным как характеру лица, хотя и пребывающего инкогнито, так великодушию и величию светлейшей республики»[554]. С приездом Петра, таким образом, к длинной, почти беспрерывной веренице празднеств в Венеции, этом своеобразном в Европе городе, с его церквами, дворцами, единственными по архитектуре, украшенными живописью Тинторетто, Тициана, Веронезе и Пальмы Веккио, с его каналами и гондолами, прибавились бы новые и, по-видимому, блестящие празднества в честь московского государя, в вечерние часы зажглись бы эффектные огни, на Canale Grande понеслись бы звуки музыки с гондол, убранных разноцветными фонарями, по всей сети каналов заскользили бы чаще грациозные, легкие, длинные гондолы, на площади Св. Марка стала бы собираться более обыкновенного многочисленная и особенно оживленная толпа. Дряхлеющая, но все же еще величественная торговая республика, владевшая торговлей всего Средиземного моря, хотела показаться в своей былой красе перед государем далекой северной страны, с которой она была в давних сношениях, а теперь и в союзе. Одна черта, черта чисто итальянского характера, заметно выступает перед нами — забота о красоте, об эффектной и парадной внешности, о том, чтобы все было decorosamente, чтобы все в красивом виде предстало перед глазами московского государя, чтобы «il tutto comparisca all’occhio di esso principe con decoro»[555].

Сохранилась в венецианском архиве переписка дожа с чинами местного управления, с властями тех местностей, через которые лежала дорога от австрийской границы в Венецию, с подеста и капитанами Тревизо, Удине, с лейтенантом Удине и комендантом пограничной крепости Пальмы. Дож сообщает этим властям об ожидающемся проезде царя, приказывает заготовить лошадей на каждой почтовой станции, отвести помещичьи дома на случай остановки царя в пути, украсить их подходящей обстановкой и снабдить их в достаточном количестве провизией и напитками. Составлен был примерный маршрут путешествия с указанием остановок для обеда и ужина. Заведующему почтой (Corriere Maggiore) было приказано послать навстречу царю по дороге в Горицу двух курьеров, из которых один должен был узнать о времени его проезда, о числе его спутников и тотчас же вернуться с донесением в Венецию, а другой должен был встретить царя на границе и, сопровождая его, наблюдать по дороге за порядком. Лейтенанту Удине и коменданту крепости Пальмы дано было предписание показать царю крепость, если бы он пожелал ее осмотреть, и на этот случай увеличить численность ее гарнизона.

Местные власти сообщали дожу об исполнении приказаний и о приготовлениях, сделанных ими к проезду царя. Вот для примера донесение такого рода от подеста и капитана провинции Удине. Получив приказ дожа в ночь с 12/22 на 13/23 июля, он в ту же ночь разослал людей в разные стороны доставать необходимую провизию, хотя и сомневался в возможности ввиду краткости времени достать все необходимое. А потом, пишет он далее, когда прибытие царя было отложено, «я мог с большим удобством добыть то, чего недоставало, и в особенности разных родов провизию, которую можно было получить только из столицы. Но отсрочка прибытия царя, к моей досаде, была причиной того, что многие съестные припасы, уже заготовленные, и рыба, и мясо, не могли сохраняться при теперешней жаре, поэтому пришлось заготовлять новую провизию и умножать расходы. Я надеюсь, что помещения окажутся устроены соответственно общественному рвению и достоинству лица: благородные синьоры Манини с готовностью предоставили их дворец в Персереано (Perserean) — поместье неподалеку от Кодройпо, где находится первая почтовая станция после Пальмы; я назначил кавалера Франческо Валвасона (Francesco Valvason), человека, украшенного отменными качествами и исполнявшего подобные поручения в других случаях, принимать царя в этом местечке Персереано приватным образом согласно предписанию. В Порденоне (Pordenon) — вторая станция — он будет принят господином Франческо Рикиери (Francesco Richiere), украшенным такими же качествами, в доме, выбранном мною из лучших во владениях благородного синьора Антония Лоре-дана (Antonio Loredan). Взяв необходимую обстановку из своей резиденции, я распределил ее по сказанным местам, чтобы прием был как можно приличнее, в каковых видах и для большего порядка я поспешно предпринял поездку, чтобы лично посетить помещения». На всякий случай он принял меры к устройству помещения для остановки царя также и в Сациле (Sacile), хотя по приводимым в донесении расчетам пути в этом последнем местечке царь останавливаться не должен был. Власти спорили между собой, распределяя места этих предполагаемых царских остановок[556].

Сохранившиеся счета издержкам, произведенным на эти приготовления, посвящают нас в самые детальные их подробности и наглядно показывают, с каким радушием и в каком изобилии все было устроено для приема царя; как будто вводят нас в эти приготовляемые для высокого гостя помещичьи дома и ставят перед накрытыми столами, на которых стоят вазы с фруктами и цветами и которые уставлены разного рода закусками, блюдами и напитками. Вот, например, счет, представленный подеста и капитаном Тревизо; из него узнаем, что обстановка для отведенного царю дома привезена была из Венеции; была закуплена посуда: вазы для фруктов, столовые приборы, графины, бокалы и разного рода другие хозяйственные вещи, заготовлены были дрова, уголь и лед для хранения припасов. Для угощения, делая перечисление в том же порядке, как перечисляет их счет, были закуплены fiaschi di gropelo и другие ликеры, вина: мускат, малага, али-канте, разного рода кондитерские изделия, фрукты разных сортов, приготовленные на первую перемену из 14 блюд стола (frutti conditi di varie sorti per far la prima comparsa di quatordeci piatti