Литературка Литературная Газета - Литературная Газета 6321 ( № 17 2011) Страница 6

Тут можно читать бесплатно Литературка Литературная Газета - Литературная Газета 6321 ( № 17 2011). Жанр: Документальные книги / Публицистика, год неизвестен. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Литературка Литературная Газета - Литературная Газета 6321 ( № 17 2011) читать онлайн бесплатно

Литературка Литературная Газета - Литературная Газета 6321 ( № 17 2011) - читать книгу онлайн бесплатно, автор Литературка Литературная Газета

Ещё раз отметим, что мы привели здесь далеко не полный список публикаций по истории уголовно-правовой политики в СССР, но вместе с тем содержание подавляющего большинства публикаций других авторов почти полностью совпадает со взглядами многих нынешних публицистов.

Попытаемся ответить на простой и естественный вопрос: на чём, собственно, основаны подсчёты этих авторов?

О достоверности исторической публицистики

Нет историков старорежимных и нет историков либеральных. Есть профессиональные историки, стремящиеся познакомиться с максимальным количеством доступных источников, выявить степень их надёжности (внутренняя и внешняя критика источников, как говорят профессиональные историки) и поделиться полученными выводами с читателями, зрителями и слушателями. А есть историки, которые в угоду политической, экономической или ещё какой-либо конъюнктуре выдают на-гора свои собственные догадки и предположения как реальные факты реальной истории. И если этот пунктир домыслов, как справедливо отмечал А.И. Солженицын, долбит нас постоянно и не ослабевая, то уже кажется, что именно так и было и иначе быть просто не могло.

Так были ли в действительности многие десятки миллионов репрессированных, о которых говорят и пишут многие современные авторы?

В данной статье используются лишь подлинные архивные документы, которые хранятся в ведущих российских архивах, прежде всего – в Государственном архиве Российской Федерации (бывший ЦГАОР СССР) и Российском государственном архиве социально-политической истории (бывший ЦПА ИМЛ).

Попробуем, опираясь на документы, определить реальную картину уголовно-правовой политики СССР в 30–50-е годы ХХ века. Для начала две таблицы, составленные по архивным материалам.

Сравним архивные данные с теми публикациями, которые появлялись в России и за рубежом. Например, Р.А. Медведев писал, что «в 1937–1938 гг., по моим подсчётам, было репрессировано от 5 до 7 миллионов человек: около миллиона членов партии и около миллиона бывших членов партии в результате партийных чисток конца 20-х и первой половины 30-х годов; остальные 3–5 миллионов человек – беспартийные, принадлежавшие ко всем слоям населения. Большинство арестованных в 1937–1938 гг. оказались в исправительно-трудовых лагерях, густая сеть которых покрыла всю страну».

Предположив, что Р.А. Медведеву известно о существовании в системе ГУЛАГа не только исправительно-трудовых лагерей, но и исправительно-трудовых колоний, остановимся сначала более подробно именно на исправительно-трудовых лагерях, о которых он пишет.

Из таблицы № 1 следует, что на 1 января 1937 года в исправительно-трудовых лагерях находился 820 881 человек, на 1 января 1938 года – 996 367 человек, на 1 января 1939 года – 1 317 195 человек. Но нельзя, автоматически складывая эти цифры, получить общее количество арестованных в 1937–1938 годы.

Одна из причин состоит в том, что ежегодно определённое число заключённых после отбытия срока заключения или по другим причинам освобождалось из лагерей. Приведём и эти данные: в 1937 году из лагерей было освобождено 364 437 человек, в 1938 году – 279 966 человек. Путём несложных подсчётов получим, что в 1937 году в исправительно-трудовые лагеря поступило 539 923 человека, а в 1938 году – 600 724 человека.

Таким образом, по архивным данным, в 1937–1938 годах общее количество заключённых, вновь поступивших в исправительно-трудовые лагеря ГУЛАГа, составило 1 140 647 человек, а не 5–7 миллионов.

Но и эта цифра мало что говорит о мотивах репрессий, то есть о том, кем были репрессированные.

Следует отметить очевидный факт, что среди заключённых были арестованные как по политическим, так и по уголовным делам. В числе арестованных в 1937–1938 годах были, разумеется, и «обычные» уголовники, и арестованные по печально известной статье 58 УК РСФСР. Думается, что прежде всего именно этих людей, арестованных по 58-й статье, и следует считать жертвами политических репрессий 1937–1938 годов. Сколько же их было?

В архивных документах имеется ответ и на этот вопрос (см. таблицу № 2). В 1937 году по статье 58 – за контрреволюционные преступления – в лагерях ГУЛАГа находилось 104 826 человек, или 12,8% от общего числа заключённых, в 1938 году – 185 324 человека (18,6%), в 1939 году – 454 432 человека (34,5%).

Таким образом, общее число репрессированных в 1937–1938 годах по политическим мотивам и находящихся в исправительно-трудовых лагерях, как видно из приведённых выше документов, следует уменьшить с 5–7 миллионов по крайней мере в десять раз.

Обратимся к ещё одной публикации уже упомянутой В. Чаликовой, которая приводит такие цифры: «Основанные на различных данных подсчёты показывают, что в 1937–1950 годы в лагерях, занимавших огромные пространства, находилось 8–12 миллионов человек. Если мы из осторожности примем меньшую цифру, то при норме лагерной смертности 10 процентов… это будет означать двенадцать миллионов погибших за четырнадцать лет. С миллионом расстрелянных «кулаков», с жертвами коллективизации, голода и послевоенных репрессий это составит не менее двадцати миллионов».

Вновь обратимся к архивной таблице № 1 и посмотрим, насколько правдоподобна данная версия. Вычитая из общего количества заключённых число освобождавшихся ежегодно по окончании срока наказания или по другим причинам, можно сделать вывод: в 1937–1950 годах в исправительно-трудовых лагерях побывало около 8 миллионов человек.

Представляется целесообразным ещё раз напомнить, что далеко не все заключённые были репрессированы по политическим мотивам. Если мы вычтем из их общего числа убийц, грабителей, насильников и других представителей уголовного мира, станет ясно, что через исправительно-трудовые лагеря за 1937–1950 годы по «политическим» статьям прошло около двух миллионов человек.

О раскулачивании

Перейдём теперь к рассмотрению второй крупной части ГУЛАГа – к исправительно-трудовым колониям. Во второй половине 20-х годов в нашей стране сложилась система отбывания наказаний, предусматривающая несколько видов лишения свободы: исправительно-трудовые лагеря (о которых было сказано выше) и общие места заключения – колонии. В основу такого деления был положен срок наказания, к которому приговаривался тот или иной заключённый. При осуждении на малые сроки – до 3 лет – наказание отбывалось в общих местах лишения свободы – колониях. А при осуждении на срок свыше 3 лет – в исправительно-трудовых лагерях, к которым в 1948 году добавилось несколько особых лагерей.

Вернувшись к таблице № 1 и имея в виду, что в среднем в исправительно-трудовых колониях находилось 10,1% осуждённых по политическим мотивам, можно получить предварительную цифру по колониям за весь период 30-х – начала 50-х годов.

За 1930–1953 годы в исправительно-трудовых колониях побывало 6,5 миллиона человек, из них по «политическим» статьям – около 1,3 миллиона человек.

Скажем несколько слов о раскулачивании. Когда называют цифру 16 миллионов раскулаченных, судя по всему, пользуются «Архипелагом ГУЛАГ»: «Был поток 29–30-х годов, в добрую Обь, протолкнувший в тундру и тайгу миллионов пятнадцать мужиков, а как-то и не поболе».

Обратимся вновь к архивным документам. История спецпереселения начинается в 1929–1930 годах. 18 января 1930 года Г. Ягода направил постоянным представителям ОГПУ на Украине, в Белоруссии, на Северном Кавказе, в Центрально-Чернозёмной области, Нижне-Волжском крае директиву, в которой предписывал «точно учесть и телеграфно донести, из каких районов и какое количество кулацко-белогвардейского элемента полагается к выселению».

По результатам этой «работы» была составлена справка Отдела спецпоселений ГУЛАГа ОГПУ, в которой указывалось количество выселенных в 1930–1931 годах: 381 026 семей, или 1 803 392 человека.

Таким образом, опираясь на приведённые архивные данные ОГПУ–НКВД–МВД СССР, можно сделать промежуточный, но, как представляется, весьма достоверный вывод: в 30–50-е годы по «политическим» статьям было направлено в лагеря и колонии 3,4–3,7 миллиона человек.

Причём эти цифры вовсе не означают, что среди этих людей не было реальных террористов, диверсантов, изменников Родины и т.д. Однако для решения такой проблемы необходимо изучать другие архивные документы.

Подводя итоги изучения архивных документов, приходишь к неожиданному выводу: масштабы уголовно-правовой политики, связанной со сталинским периодом нашей истории, не слишком отличаются от аналогичных показателей современной России. В начале 90-х годов в системе Главного управления исправительных дел СССР находилось 765 тысяч заключённых, в СИЗО – 200 тысяч. Почти такие же показатели существуют и в наши дни.

Таблица № 1

Количество заключённых в  лагерях и колониях

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы
    Ничего не найдено.