Комсомольский прожектор - Геннадий Григорьевич Плехов Страница 8

Начало всех начал

— Секретарем комитета меня избрали около двух лет назад.

Новому комитету и комсоргам отделений пришлось начать с самых незначительных, на первый взгляд, дел: с учета и взносов. Немало пришлось потрудиться, пока выявили всех «мертвых душ», погасили долг по членским взносам.

Итак, начали с внутрисоюзной работы. Кое-кому пришлось заново рассказать об Уставе ВЛКСМ, истории комсомола. Советовались с молодежью, как интереснее сделать жизнь организации. Ребята жаловались, что у нас скучно, на собраниях речь об одном и том же — об итогах да о задачах.

Актив задумался: надо такое собрание провести, чтобы растопить лед равнодушия, всполошить молодежь.

Как раз в это время в печати появилось сообщение о почине хлеборобов Черкасской области, взявшихся за подъем культуры села. У нас тоже кое-какая работа проводилась в этом направлении, и поговорить было о чем. Решили вынести этот вопрос на общесовхозное комсомольское собрание.

Готовились тщательно, несколько дней. На всех отделениях и центральной усадьбе вывесили броские афиши.

Собрание удалось по всем статьям: и по явке комсомольцев, и по активности обсуждения доклада, и по результативности принятых решений.

Когда докладчик поставил вопрос: «Что мы можем сделать своими силами в повышении культуры села, благоустройстве поселков?» — со всех сторон посыпались предложения:

— Оборудовать стадион!

— Озеленить улицы!

— Создать драмкружок…

Постановление принято, но никто не уходит. Встал с места заместитель секретаря комитета Григорий Бельков.

— Давайте докажем, что мы люди дела, а не болтуны! — сказал он громко, энергично резанув воздух ладонью. Зал насторожился. А Григорий, воспользовавшись наступившей тишиной, закончил:

— Предлагаю завтра всем выйти на воскресник — будем строить стадион.

И не дожидаясь, что скажет председательствующий, Григорий обратился к залу:

— Кто «за» — прошу поднять руки!

Гулом одобрения были встречены его слова. На следующее утро парни и девушки с топорами, лопатами, ломами собрались у конторы, а затем направились за околицу, на пустырь. Одни расчищали футбольное поле, другие рыли ямы под столбы, третьи разрыхляли площадку для прыжков. Тут же разровняли беговую дорожку, выделили место для двух волейбольных площадок, по бокам установили ряды скамеек.

Радостные, удовлетворенные, возвращались комсомольцы с воскресника. Теперь они знали, что не только речи могут произносить и резолюции принимать, а если нужно, горы своротят.

Собрание стало переломным в жизни комсомольской организации. Молодежь потянулась к общественной работе, приобрела веру в свои силы. Собрания перестали быть для комсомольцев скучной повинностью. Каждое собрание мы готовим загодя, беседуем накануне с комсомольцами, их мнение отражаем в докладе, проекте постановления. Выносим на обсуждение злободневные, волнующие молодежь вопросы.

Кстати, об участии молодежи в производственной жизни совхоза можно по-разному говорить на собраниях: казенно, сухо и, наоборот, живо, интересно. Можно повестку собрания сформулировать так: «Задачи комсомольской организации на уборке урожая». А можно иначе — «Твое место на жатве» или «Каков твой вклад в 180 оренбургских миллионов?». Но главное, конечно, в конкретном содержании разговора, близкого и понятного всем, в определении конкретных задач и места каждого комсомольца в борьбе за выполнение хозяйственного года.

Самая интересная политика

За пропашные мы в ответе. Такой лозунг родился среди комсомольцев, и он в полной мере отражает наше отношение к «китам». В 1964 году у нас широкое распространение получила отрядная форма организации труда, химия и местные удобрения.

Первое слово в создании отрядов по примеру Светличного сказали комсомольцы. Разговор об этом возник на комитете.

— На это есть директор, на это есть главный агроном. Пусть думают. Зачем нам соваться не в свое дело? — сказал кто-то на комитете.

Но позиция «моя хата с краю» получила отпор. Комсомольцам до всего есть дело! Почему нельзя нам с карандашом в руках поразмыслить над расчетами и с готовыми предложениями прийти в дирекцию, партком? Почему надо ждать, чтобы именно начальство взялось за дело первым? Сумеем убедить — нас поддержат. Разве руководители за хозяйство не болеют?

Комсомольский комитет совхоза поручил управляющему отделением комсомольцу Александру Матюшенцеву, агроному по образованию, которому только что дали рекомендацию для вступления в партию, подготовить экономические выкладки. Александр добросовестно выполнил поручение, и комитет одобрил сделанные им расчеты. Свои соображения мы доложили дирекции и парткому совхоза. Нас не только поддержали, но и одобрили нашу инициативу. Наметки комсомольцев были обсуждены и приняты на совещании специалистов совхоза.

Так в «Привольном» появились первые комсомольско-молодежные механизированные отряды по возделыванию пропашных культур. Агрономы отделений составили технологические карты.

Комсомольцы взяли на себя также заботу о заготовках и внесении местных удобрений, провели несколько молодежных воскресников. Активно участвовали в вывозке навоза на поля молодые рабочие Николай Корзин, Павел Портнов, Иван Жеребятников, сестры Полина и Вера Блохины.

Большую настойчивость проявили комсомольцы третьего отделения и их вожак Таня Кирьянова.

Пришла Таня после комсомольского собрания к управляющему отделением Василию Ивановичу Журавлеву и выкладывает: так и так, мол, решили воскресник провести, удобрения на поля вывезти. Дайте трактор, подскажите, где навоз грузить.

— Приходи, дочка, завтра, договоримся, — отвечает управляющий.

— Нет уж, Василий Иванович, давайте договоримся сегодня. Завтра мы уже на воскресник выйдем, — настаивает комсорг.

Управляющему понравилась решительность комсорга. Он тут же выделил трактор, дал другие распоряжения. На другой день комсомольцы перебросили в поле 200 тонн перегноя. А сколько таких воскресников было потом!

В дальнейшем заготовку местных удобрений мы хотим поставить на прочную основу — создадим постоянные комсомольско-молодежные механизированные отряды, которые постоянно будут заниматься заготовкой удобрений.

Из 180 миллионов один — наш. С большой неприятности для нашей комсомольской организации началась жатва 1964 года. В первые дни уборки областная молодежная газета поместила материал рейдовой бригады о потерях зерна в совхозе. Факты были из ряда вон выходящие. Посты «КП» создали во всех бригадах, в вагончиках расклеили плакаты и лозунги. Но руководство постами выпустили из рук. Вот и оскандалились.

Резкая критика в газете прозвучала, как набат. Моментально созвали штаб «Комсомольского прожектора». Добились, чтобы виновные в потерях хлеба были наказаны материально. Во всех бригадах вывесили «молнии». Словом, так проучили бракоделов, что другим неповадно стало.

Досталось, конечно, и нам, и мне как секретарю комитета, и начальнику штаба «КП» Григорию Белькову. Решили немедленно всем штабом выехать в бригады, чтобы еще раз проинструктировать «прожектористов», подсказать, как бдительнее нести контроль, на каких участках поставить заслон утечкам зерна. И надо сказать, результаты сказались быстро. Комсомольцы зорко стерегли все хлебные трассы, тока, пресекали малейшие случаи бракодельства.

Борьба с потерями — лишь часть нашей работы