Патриот. Смута. Том 11 - Евгений Колдаев Страница 10

— Тебя хотим! — Вновь заорала толпа. — Бояр на вилы! — Внезапно взревел кто-то еще. — Всех их, Смуту вызвавших! Народ русский грабивших. Всех!

— Тихо!

Слышно было, что бояре здесь у простого московского люда не в почете.

— Тихо! Народ московский! Я слово свое сказал! Пока Собор соберется! Ляхов у Смоленска бить надо! Шведы на севере! Их тоже бить надо. Этим займусь!

— Любо! Тебя в цари! Давай, Игорь Васильевич! Слава! — Орала толпа распаляясь.

— Тихо! Жду к вечеру в кремле избранных от Москвы людей! Говорить будем! А пока! Расходитесь!

Да, на что я надеялся-то? Конечно, призыв расходиться ни к чему особо не привел.

— Расходитесь! Дел много! Заговорщиков ловить! К походу готовиться!

Была бы моя воля, я этот несанкционированный митинг уже начал сворачивать. Но как подействовать на толпу народа.

И здесь от стен кремля загудели горны, вновь ударили барабаны. Видимо, охрана, что оставалась здесь успела отправить туда вестового, и он доставил новости о крупном скоплении народа. Вот и выходило мое воинство, строилось, на подмогу шло.

Люди в толпе закрутили головами, заволновались.

— Расходитесь! — Заорал я еще громче. — Избранных жду вечером! А пока! Дела!

Народ качнулся и попытался как-то перестроиться. Действительно им нужно было всем расходиться. Погалдели, покричали, дальше то что. Меня — того человека, увидеть которого они сюда явились, все могли лицезреть. Дальше что?

— Еще! Все желающие записаться в полки! Утром! Ждем в кремле!

Это тоже было важным и интересным делом. Люди служилые нам были нужны. Серебро я вроде бы как нашел. А Москва она состояла, в плане населения, в основном из людей служилых. Глядишь подмогу моим ратям сформируем. Заменим тех, кто в бою под Серпуховом пал.

Толпа постепенно стала рассасываться, но невероятно медленно.

А в этот момент к зданию московской компании через Красную площадь вновь шли с маршем и пением приличный воинский контингент.

Джон, все это время стоящий в тени дверного проема и наблюдавший за разговором с народными массами, выдохнул.

— Отлично, Игорь Васильевич. Тебе удалось их угомонить.

Я обернулся, кивнул ему, произнес.

— Жду через три дня твоего сына у себя. А также жду серебро, сегодня к вечеру.

Он скривился, помотал головой.

— Хорошо. — я улыбнулся. — Пускай будет завтра к утру.

Это все равно не добавило ему положительных эмоций. Все же ушлые эти Европейцы. Он же эти деньги уже потратил. Точнее даже не он, а Московская компания от его имени. Причем сам Джон про это узнал только сейчас. А часть средств, вырученная на коррупционной схеме, осела где-то в карманах или сундуке младшего Мерика.

Я подождал несколько минут пока с музыкой и песней отряд в несколько сотен бойцов прибудет. Только тогда спустился с крыльца, взлетел в седло. Моему примеру последовали телохранители.

По поводу пленного Акима Иванова дал распоряжение.

Осмотревшись прикинул, что основные народные массы прилично так проредились. Народ расходился. Дал пяток коню и во главе крупного отряда двинулся в кремль.

Следующей на очереди была казна. Ну а плененный Аким должен будет подготовить мне список всего, что было продано и перечень недоимок. Дня, полагаю ему хватит на все про все и поутру познакомить его нужно будет с Григорием или не откладывать, сразу с вечера.

Все же надеялся я, что вся моя боярская и административная группа управления воинством прибудет сегодня к ночи. Очень хотелось бы перегрузить на них взаимодействие с приказами.

Я прошел через хоромы, отправил ювелира с охраной к его сотоварищам, работягам. Надо бы и их всех проверить, эдакую ревизию мозгов провести. Но пока что некогда. Раздумывая над тем, что можно сделать, двинулся я в мужскую часть дворца, где проживал ранее гражданин Шуйский, а до него Годунов. Вероятно. Хотя, возможно, Борис обитал не только и не столько здесь, но и в своей усадьбе. Все же поместье Годуновых располагалось на территории кремля, и не факт, что, став царем, он полностью покинул привычный себе дом. К тому же под конец жизни своей, когда на царство навалились всяческие беды и неурожаи из-за вулкана, что рванул в южной Америке, стал очень подозрителен. Да и немудрено — под его боком обитал самый настоящий отравитель, как оказалось — князь Мстиславский.

А может, такими делами промышлял не он один.

Шел я через коридоры, где в дозоре стояли мои люди. Добрался до покоев Шуйского. Делать мне там было нечего. Свернул еще и наконец-то оказался у входа в подвальное помещение. Этаж был частично подземным, но окошки под самой крышей имелись. Узкие, зарешеченные. Даже кошке пролезть будет непросто. Дверь массивная, кованная железом. Замок. Хорошо я ключ, что при Шуйском был, давно себе забрал.

Вставил, повернул, вошел внутрь.

Первое впечатление вполне обычное. Никакой лютой роскоши не приметилось мне. Но, это только поначалу. Когда глаза привыкли к полумраку, я сделал вперед еще несколько шагов. Убранство выглядело очень необычно. Сундуки, коих здесь было прилично — все же помещение поражало своими размерами, стояли частично открытыми. Я прошел открыл один, второй. Пустые. Третий — наткнулся на какую-то красивую, металлическую посуду. Но вроде бы не золото и не серебро. А места, где должны быть каменья, явно прошли через ювелиров. Нет там ничего. Замер посреди комнаты, приметил еще одну дверь, открыл. Оттуда повелело сухостью и прохладой.

Осмотрел коридор — вроде бы ходили, но не так, чтобы много. Да и темно.

— Богдан. Света бы раздобыть. — Приказал.

— Это мы мигом.

Он отправился искать подсвечник, хотя… Скорее свечи, потому что металлических креплений для них здесь было в избытке. Ну а я осматривал собравшееся. Абдулла и Пантелей переглядывались и не отходили от входной двери.

— Чего замерли? — Улыбнулся я им.

— Соблазн большой, господарь. — Проговорил Абдулла. — Не хочу я с шайтаном спорить. Вдруг рука сама чего прихватит.

— Это да. — Я вздохнул, понимая, что хватать здесь, конечно, есть чего.

Оружие красивое, отличной ковки. Аж пару сабель присмотрел, потрогал. Но менять свою привычную легкую на что-то новое совершенно не хотелось Смысла не видел. Кое-какие наряды разукрашенные золотом еще остались и посуда, и даже пара икон в очень красивых окладах. Отделанные каменьями с золотом. Хоть это распродать еще Шуйский не успел. Драгоценностей оказалось откровенно мало. Я нашел только пару ларцов наполовину пустых. Было много изделий из бисера. Больше красивых, видимо, чем ценных. Продать их задорого не получалось, а за малую монету — проще здесь оставить.

Пара сундучков полнилась монетами. Но,