Одаренный регент. Книга 7 - Тим Волков Страница 13

Кардос и его люди выскочили на поляну позади нас. Было видно, что они измотаны, но их руки всё ещё сжимали оружие.

— В круг! — рявкнул Кардос. Его воины мгновенно окружили нас, подняв посохи и копья. — Они идут на магию. Прячьтесь за нами.

— Да как ты себе это представляешь⁈ — выкрикнул я, указывая на гигантскую тень, надвигающуюся с другой стороны.

— Тебе лучше не знать, — бросил Кардос, его голос звучал сдержанно, но в нём чувствовалось напряжение.

Один из его людей метнул копьё, и оно врезалось в ближайшую фигуру стражей земли, разлетевшись на осколки света. Существа отшатнулись, но ненадолго. Они снова начали двигаться к нам, окружая кольцо защитников.

— Что теперь? — спросила Илария, её голос был напряжённым, но она крепко держала меня за руку, будто боялась, что я исчезну.

Кардос поднял свой посох, и из него вырвалась волна света. Она была мощной, но её хватило лишь на то, чтобы оттолкнуть приближающихся существ.

— Это ненадолго! — выкрикнул он.

Существо из тени сделало рывок, его движения были пугающе быстрыми. Оно бросилось прямо на нас, но один из людей Кардоса прыгнул вперёд, ударив его посохом. Яркая вспышка озарила поляну, и тварь отлетела назад, испустив рёв, который заставил дрожать воздух.

— Уходите! — крикнул Кардос, оборачиваясь к нам.

— Но… — начал я, но он уже размахивал своим посохом, вновь поднимая защитную волну.

— Бегите к северной границе! — приказал он, не оглядываясь. — Мы их задержим.

Илария не дала мне шанса возразить. Её рука крепко схватила мою, и мы бросились вперёд, оставляя позади крики и вспышки магии.

Мы выбежали на поляну и рванули напрямки, продираясь сквозь кусты и ветки. Ноги дрожали от усталости. Минут через двадцать лес стал редеть, и лунный свет свободно ложился на землю. Мы выскочили на поляну. На ее краю, прямо перед тёмной стеной деревьев, стояли деревянные идолы. Их грубые очертания напоминали фигуры зверей с неестественно удлинёнными конечностями и грозными глазами, вырезанными с пугающей точностью.

— Это… — начала Илария, но не закончила.

— Жилище дикарей, — произнёс я, ощутив, как по коже пробежал холод.

Здесь магия была другой. Не такой хаотичной, как в глубине леса, но всё равно дикой и сырой. Она словно скапливалась вокруг идолов, источая невидимые волны напряжения.

— Мы безопасны здесь? — спросил я, пытаясь поймать дыхание.

— Вряд ли, — ответила Илария. — Но другого выбора у нас нет.

Мы остановились у края поляны, стараясь держаться ближе к тени деревьев. Напряжение витало в воздухе, словно сама природа ждала, что произойдёт дальше. Нужно было ждать прихода хозяев.

* * *

Часы тянулись медленно, и ночь казалась бесконечной. Я присел на корень дерева, наблюдая за едва заметными движениями магических потоков вокруг идолов. Илария стояла неподалёку, её взгляд был устремлён на лес, будто она боялась упустить что-то важное.

К первому рассветному свету из чащи показались фигуры. Сначала их было трудно различить, но постепенно я увидел Кардоса и его людей. Они шли медленно, плечи опущены, одежда разорвана и испачкана кровью и грязью.

— Они вернулись, — шепнула Илария, и в её голосе прозвучала смесь облегчения и беспокойства.

Кардос выглядел как человек, только что прошедший через ад. На его лице были порезы, по одной щеке стекала полоса засохшей крови. Солдаты, которые его сопровождали, выглядели ещё хуже. На носилках, сделанных из веток и обрывков ткани, они несли одного из своих — мужчину с длинными волосами, спутанными и залитыми кровью.

Я поднялся и пошёл навстречу, но Кардос жестом остановил меня.

— Мы сделали, что смогли, — произнёс он, хрипло дыша. — Но многие не вернулись.

Моё внимание было приковано к раненому. Его лицо было бледным, дыхание едва слышным.

— Я могу помочь, — сказал я, чувствуя, как внутри начинает загораться огонёк надежды.

Кардос устало взглянул на меня.

— Ему уже ничего не поможет, — произнёс он твёрдо, но в его голосе не было злобы, лишь усталость и горечь.

— Позволь мне попробовать, — настоял я, подходя ближе. — Вы защищали нас, я должен отплатить тем же.

Кардос ничего не ответил, лишь кивнул своим людям. Они осторожно опустили носилки на землю. Я присел рядом с раненым и закрыл глаза, сосредотачиваясь.

Магия здесь сопротивлялась мне, но я нашёл точку равновесия и начал создавать конструкты. На этой поляне это сделать было возможно, хоть и с трудом. В моих руках засветились полупрозрачные нити, похожие на тонкую паутину. Я осторожно направил их к телу раненого, пытаясь прочувствовать воздействие.

— Слишком сильное разрушение, — пробормотал я, чувствуя, как магические потоки наполняют меня информацией. Раны были глубокими, но больше всего его тело разрушала чужая магия, черная и некротическая.

Илария подошла ближе, её взгляд был полон надежды.

— Что ты видишь? — спросила она, осматривая воина. Видимых ран на нем и в самом деле видно не было.

— Ему нанесли удар, насыщенный проклятием, — ответил я. — Его тело разрушается изнутри.

— Не нужно, — сказал Кардос, его голос звучал хрипло, но твёрдо. — Ты только тратишь силы.

— Нет, я попробую.

Я углубился в магию, создавая вокруг раны сложные магические символы. Они начали светиться, вступая в борьбу с проклятием. Лес вокруг нас будто напрягся, воздух стал плотнее, а свет от моих конструкций озарял лица присутствующих.

Раненый застонал, его тело дёрнулось.

— Ещё немного, — выдохнул я, концентрируясь сильнее.

Но проклятие оказалось куда сильнее, чем я предполагал. Мои конструкции начали рушиться под его давлением. Я почувствовал, как магия леса начала сопротивляться, будто сама природа не желала, чтобы этот человек жил.

Кардос подошёл ближе и положил тяжёлую руку мне на плечо.

— Оставь его, — сказал он тихо. — Ты сделал всё, что мог.

Я не мог так просто сдастся. Внутри меня что-то протестовало против того, чтобы отпустить этого человека. Я видел, как воины Кардоса стояли молча, их лица были полны усталости и горечи. Сам Кардос уже отвернулся, чтобы отдать команду на ритуал прощания, но я не сдвинулся с места.

— Нет, я не позволю, — выдохнул я, глядя на бледное лицо раненого.

Кардос обернулся, его глаза сверкнули раздражением.

— Пушкин, это бесполезно. Ты потратишь свои силы впустую.

— Отойдите, — коротко бросил я, не отрывая взгляда от