Корсаков - Владимир Кощеев Страница 17

Ну и, разумеется, избранник для царевны — это не плотник Вася. Обязательно представитель серьёзной аристократической семьи. Наверняка ещё и из таких же Рюриковичей, как и сама Дарья Михайловна.

— Жених формально есть, — склонив голову, подтвердил Платон Демьянович. — Но его семья… Скажем так, эта помолвка должна быть разорвана. Формального повода для этого нет, и потому здесь на сцену выходите вы. Чтобы спровоцировать семейство жениха царевны на резкие шаги. А кроме того — через вас несомненно попытаются повлиять и на саму Дарью Михайловну. Ночная кукушка дневную перекукует, слышали такую поговорку? Вы человек при дворе будете новый, ни с кем формально не связанный, и подойти к вам обязательно попытаются.

— И меня, естественно, попытаются убрать, — кивнул я.

— Вот об этом можете не переживать, — поспешно заверил Родионов. — Ни вам, ни Дарье Михайловне никто угрожать напрямую не посмеет. Вы всегда будете либо в самом Кремле, но на виду у придворных, либо под охраной. Естественно, телохранители её императорского высочества будут рядом в любой момент времени. Сами понимаете, каким бы замечательным вас ни считала государыня, а доверять безопасность дочери мальчишке, который только гимназию закончил, ни один разумный человек не станет.

С этим я не спорил.

Потому как воображение живо нарисовало, как невидимые убийцы стреляют в меня, а попадают в Дарью Михайловну. Хорошая же у меня тогда сложится репутация, если у меня на руках убьют дочь императрицы. Впрочем, долго в этом случае переживать об этом Железная Екатерина мне не даст — сварит в масле, как в старой доброй русской сказке, вот и всё.

Государыня у нас такая — может, умеет, практикует.

Впрочем, ничего удивительного. В этой России никому в голову не пришло продавать Аляску. Романовы, как только кончились русские представители среди них, сошли с престола, а на их месте обосновались Долгоруковы. Почему бы и нет? Процесс уже отработан, собрались лучшие люди земли русской, да выбрали Кирилла Никитича Долгорукова в 1762 году на царствие. С тех пор династия так и шла.

Чего стоило после смерти государя удержать трон Екатерине Юрьевне? Всё это случилось на моей памяти, и хотя на улицах столицы ничего горожанам не угрожало, однако кровавый террор, устроенный государыней, мог бы заставить удавиться от зависти и княжну Ольгу, и крестителя Владимира и Ивана Грозного вместе взятых.

Конечно, жандармы и Тайная канцелярия не хватали кого попало по приказу Екатерины Юрьевны. Умные люди у подножия престола примазались к вдове-императрице, сдавая своих вчерашних друзей с потрохами. Для них это был способ законно расправиться с давними врагами и просто конкурентами. Ну и шкуры свои спасти, чего уж.

Государыня не устраивала опричнину, не порола горячку, руководствуясь не только интересами лично своими, не забывала о благе Российской империи, но проредила высший свет знатно. Так что казни шли одна за другой и отличались воображением. Становиться на пути женщины, с совершенно равнодушным лицом наблюдавшей, как натурально варили в масле её двоюродного брата, задумавшего переворот, может только полный псих.

— Это хорошо, что царевна будет под присмотром, — заговорил я. — Но есть несколько моментов, которые меня смущают. Во-первых, актёр из меня так себе. Я вряд ли сумею очаровать Дарью Михайловну в достаточной степени, чтобы хоть кто-то купился на мою игру. Во-вторых, что будет со мной после того, как нужда в подставном фаворите пройдёт?

Родионов улыбнулся.

— Вот о последнем можете совершенно не переживать, Иван Владимирович, — заверил меня он. — У вас будет придворная должность с самого начала, и лишать вас её никто не станет. Дальше уже будет зависеть от вас, сами понимаете, целительство — не та область, в которой жандармерия станет лезть поперёк Ларионова. Со своей стороны можем обещать только зелёный свет вашей карьере. Уже одного этого будет достаточно, что при малейшем намёке Григория Ильича с чинами и должностями у вас всё сложилось быстро и ровно. Но если вы не сможете оправдать доверие Ларионова, мы его не переубедим. Сами понимаете, Иван Владимирович, личный целитель государыни — это мощь, что бы мы ни сказали, его слово окажется весомее.

Тут спорить было сложно.

— А что касается первого пункта, — продолжил Родионов, — то здесь тоже всё просто. Дарья Михайловна сама увлекается медициной и покровительствует нескольким крупным больницам. Детским, в основном. Вы будете при ней в качестве представителя от целительского корпуса. Всё, разумеется, совершенно официально. Если она прикажет — покажете чудо своего дара, поставив на ноги какого-нибудь несчастного ребятёнка. Оно и правильно, и полезно. На этом фоне пообщаться с царевной будет несложно. Её привлекают люди дела. Так что ваше красноречие здесь не требуется, просто будьте собой, этого достаточно.

Я кивнул, принимая его ответ.

— Что ж, если всё продумано, то остаётся последний вопрос…

— Какой вы въедливый, Иван Владимирович, — усмехнулся Платон Демьянович. — Не ваш бы дар, я бы уже думал, что провожу собеседование в отдел дознания. Спрашивайте.

Я улыбнулся на его комментарий, но всерьёз его, разумеется, не воспринял.

Целитель, который способен в любой момент почувствовать ложь, идеально подходит на роль следователя. Главное — правильно задавать вопросы. Мне бы даже помощник для воздействия не потребовался. Одной рукой можно причинять боль, второй залечивать повреждения. И если клиент не дурак, он расколется раньше, чем эта карусель сведёт его с ума.

И пускай это не афишируется, но я уверен на сто процентов, где-то в застенках жандармерии есть своё подразделение целителей, которые служат палачами на благо Российской империи.

— Как долго мне придётся играть роль фаворита? — уточнил я.

Родионов улыбнулся.

— А вот этого пока что я сказать не могу, Иван Владимирович. Всё будет зависеть от того, как быстро всё случится так, как нужно её императорскому величеству. Однако смею заверить, что до Нового года — крайний срок. Так как венчание запланировано на 10 января.

— А если я не справлюсь?

Вопрос непраздный. Я, конечно, калач тёртый, и в себе уверен, но вокруг царевны наверняка трутся такие ловеласы, которым я и в подмётки не гожусь. Там, где я учился в прошлой жизни, в этой они преподавали. А потому следует заранее соизмерять свои силы.

— Останетесь на своей должности в статусе ученика Григория Ильича, — равнодушно пожал плечами Родионов. — Но от вас ведь не требуется в действительности влюблять в себя Дарью Михайловну, только сделать всё, чтобы окружающие поверили, будто это ваша цель.