Патриот. Смута. Том 11 - Евгений Колдаев Страница 2

Лицо британского дипломата выражало скептическую улыбку. Он точно понимал, что его малолетний остолоп, который не слушает, не понимает и лезет куда ни попадя, точно не будет сдерживаться. А Игорь, то есть я, не понимает всей опасности ситуации.

— Я со своей стороны дам обещание. Если он возьмет верх, то мои люди развернутся и уйдут в кремль, унося меня раненого туда к лучшему лекарю Москвы. — Я продолжал улыбаться. — А если моя возьмет, то… Я осмелюсь потребовать достаточно много. Твой сын перейдет ко мне на службу…

— Я готов, чертов рус! — Выпалил юноша и потащил шпагу из ножен. — Готов прямо здесь и сейчас!

Я видел, что он очень хочет решить дело как можно быстрее, ведь впереди его ждали вопросы отца о тех людях, которых он сокрыл его именем. И тех делах, которые он проворачивал за его спиной.

Джон злобно зыркнул на него, но промолчал.

— По рукам? — Спросил я. — Как зовут твоего сына, чтобы я знал, кого буду рубить своей саблей.

— Ричард.

— Ну что же, Ричард, давай посмотрим, чему тебя научил Франсуа де Рекмонд. — Я улыбнулся ему и тот дернулся. Он понимал, что не называл полного имени своего учителя. Ну а мне все же посчастливилось угадать.

Я отступил на несколько шагов. Проговорил громко, для своих людей.

— Собратья! Этот человек вызвал меня на поединок. Я согласился. Если я буду ранен, мы все уходим в кремль. Никто из моих людей не чинит никакого зла англичанам и их имуществу. Это мое слово. А как вы знаете, оно крепко.

Народу вокруг собралось уже довольно много. Бойцы мои кивали, слышали и понимали, что я требую и хочу. Кто-то из них криво улыбался и двое британцев по их злым улыбкам, а также по моей фразе о французе, начали подозревать, что творится что-то неладное.

Помимо служилых людей вокруг здания Московской компании собралось много зевак. Они переговаривались, гудели, галдели. Показывали пальцами. Дуэль, вот это чудо. Не каждый день такое увидишь на улицах Москвы. Да и удивительно, это иностранец будет драться с человеком, который вчера спас со своими людьми столицу от пожара.

Ричард вытащил шпагу. Отстегнул пояс с ножнами, кинул его на землю.

— На мне доспех… — Вряд ли иностранец знал слово юшман. — Чтобы все было честно, тебе придется подождать.

Тот кивнул, оскалился.

Я махнул рукой Богдану, он помог мне быстро снять перевязь, расстегнуть ремни крепления и стащить защиту. Сразу как-то стало легче двигаться, и я словно воспарил над землей. Англичанин был слишком молод и глуп. Разоблачение лишало его форы в скорости. У шпаги сильная сторона — колющие удары. Мой доспех от них спасает не очень хорошо, а вот тяжесть его замедляет. Так что теперь, мы хоть и в равных условиях с виду, себе я сделал только лучше.

Я неспешно стал в позицию. Специально кривую и косую. Корпус увел вперед, выставил голову напоказ под удар прямо по глазам. Левую руку не отвел, как этого требовало для сохранения координации, не завел за спину. Руку с саблей держал неудобно.

Эдакий разгильдяй, неумеха, русский мужик.

Британец же на удивление встал в хорошую, уверенную стойку и тихо, чтобы слышал только я и те, кто окружают ближе всего, проговорил.

— Я буду колоть тебя везде, где захочу. Рус.

— Давай. — Улыбнулся ему и сделал неуклюжий шаг вперед, заманивая.

Он незамедлительно атаковал, сделал несколько подшагов. Укол, как я и думал, в открытое, с виду место. Лицо. Я с силой и наигранной неловкостью сбил удар, отшатнулся.

— А ты злой! — Выкрикнул ему.

— Дурак! Ты умрешь. — Он вновь попытался нанести, на этот раз рассекающий удар в мою голову. Но…

Но я резко собрался. Все свои ошибки в единый миг убрал и встретил его атаку хорошо поставленной примой. Сбил шпагу и рубанул секущим ударом проворачивая кисть. Лицо противника исказилось. Он выглядел удивленным. Отбил атаку, попытался контратаковать, но не тут-то было. Я показал ему, что такое настоящая скорость. Рубанул сбоку, затем резко увел клинок вниз и попытался достать до его бедра.

Ричард оказался быстрым. Отскочил, перегруппировался.

Дышал неровно. Мне удалось выжать у него какое-то количество сил, смутить, лишить уверенности, а это самое важное в поединке.

Шаг, еще один и вновь наши клинки сошлись. Улыбка заиграла на моем лице, а его исказила гримаса удивления, переходящая в панику. Быстро, слишком быстро. Привык побеждать и отделывать неумех, а здесь наткнулся на бойца несколько иного уровня.

Он защитился раз, другой, отступил вновь и попытался маневрировать. Использовал свою скорость и надеялся оказаться от меня сбоку. Плохой план. Его шаги удлинились, координация нарушилась. Он сам растягивал свои действия. Принял неверную стратегию быть везде и пробовать пробиться хоть откуда-то. Вроде толково. Но в целом шансов на победу у него не было. Эта тактика только ускорила наш бой. Такие движения требовали больше сил, и он уже успевал за мной еле-еле. Чувствовалось, что у него нет опыта ведения реального боя, только тренировочные поединки. Возможно, несколько дуэлей с заведомо более слабым противником.

Удар, подшаг, еще удар.

Толпа вокруг нас гудела. Но отвлекаться на нее было некогда.

Еще удар и я прижал его к стене. Так вышло, что отступая он уперся в здание Московской компании. Здесь уже не получалось использовать скорость маневра. Я давил его, жал, рубил сверху и снизу. Клинки высекали снопы искр. Он успевал отбиться всегда в последний момент. Выставлял хорошо поставленную защиту, но не переходил в атаку.

Так может длиться долго.

Отшаг.

Он инстинктивно, почувствовав возможность одолеть меня, сделал то, что я и ждал. Рванулся в атаку. Целился от бедра мне в живот. Но моя хорошо выставленная октава сбила его удар. Я чуть сместился, заходя ему сбоку, со стороны неведущей руки. Лицо его исказила гримаса понимания, что все кончено.

Моя легкая сабля рассекла ему штанину.

— Первая кровь! — Выкрикнул я.

Но мальчишка решил нарушить наши условия. Он взревел и ринулся в совершенно дикую, урартскую и бестолковую атаку. Такое могло сработать в бою, где многие сражаются со многими. А в поединке — глупость полная.

Я отшагнул, а он только набирал скорость, начиная махать