Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков Страница 16

— Этого отрицать не стану, — в моей голове начали складываться детали мозаики, которую разбросал мой дед.

Подменённый отвар, связка проклятий во время ритуала, переданный мне артефакт связи, который разрушился во время смерти Дмитрия Шаховского, и моё почти бессознательное состояние после битвы с некромансерами, при котором я действительно мог пропустить остаточный след проклятья.

Дед с самого говорил, что хочет, чтобы я стал сильнее. Я считал, что он просто желает увидеть сильного мага во главе рода, и отчасти это действительно так. Но теперь я понял, что дело было не только в этом.

— Откуда Дмитрий привёл вас сюда? — спросил я, уже зная ответ.

Я понял это как только ощутил ледяное равнодушие незнакомца напротив меня. Как только увидел, какие части тел закрывают дети. Как только почувствовал приближение других взрослых, что таились в тенях и источали точно такое же отсутствие каких-либо эмоций.

— Дмитрий Шаховский помог нам сбежать из тайной лаборатории, — сказал незнакомец. — Мы все — продукт этой лаборатории, в которой нас превратили в чудовищ.

Он отозвал тень, укрывавшую его, и взмахом руки развеял заклятья детей. Через мгновение за их спинами появились ещё трое взрослых тёмных магов. И все они были теневиками. Призраками, или, как их называют в этом мире, — ликвидаторами.

Они были теми, кто выжил после пыток Бартенева.

Глава 7

Его императорское величество заперся в своих покоях с самого утра. Слуги и гвардейцы были посланы далеко и надолго, а сам император сидел на роскошной банкетке в гардеробной и смотрел в зеркало. Там отражался немолодой уже мужчина в расхристанной сорочке и белье.

В глазах Михаила Алексеевича не было ни властности, ни уверенности, ни спокойствия. Он видел в зеркале уставшего политика, который оказался настолько слеп, что подпустил слишком близко человека, не только предавшего его, но и решившего захватить весь мир.

Когда Лутковский с Одинцовым наконец начали говорить, император решил, что они бредят. Их слова звучали дико и странно. Эксперименты над светлыми магами, обход магической клятвы верности, какие-то базы или лаборатории в аномальных очагах. Безумие. Которое оказалось правдой.

Оба главы его ведомств клялись, что видели доказательства. Оба утверждали, что раскрутить весь клубок этого масштабного предательства им помог молодой граф Шаховский. Парень, который стал главой рода в свои восемнадцать после гибели родителей. Вестник Тьмы, который заявил об этом во всеуслышание.

Демид сбежал из столицы с разрешения его величества, а потом напал на имение графа. Казалось бы, что после такого не выживет никто. Если верить донесениям истребителей, которые своими глазами видели часть этой армии из трансформированных светлых, граф должен был погибнуть вместе со всей семьёй. Да и его особняк должны были сравнять с землёй.

Но Шаховский не просто выжил. Он отбил атаку и уничтожил всю армию Демида вместе с самим Бартеневым. А после битвы он отправился на стену, чтобы остановить прорыв монстров.

Истребители утверждают, что граф запечатал некий управляемый разлом реальности, который сумел открыть Демид. Одновременно с этим Шаховский истребил волну монстров. Причём сделал это тем самым пламенем, в котором сгорел дотла сначала московский аномальный очаг, а потом и эльзасский.

Теперь же Шаховский исчез. Никаких вестей о нём нет ни у родственников, ни у соседних государств. Михаилу Алексеевичу было ясно одно — враг такого калибра не просто силён. Он непредсказуем и действует по каким-то своим мотивам. При этом он слишком много знает о светлых магах.

Шаховский собирает вокруг себя всех, кого империя обидела или предала, — всех тёмных магов. Давить на него сейчас — всё равно что собственными руками создавать мученика и святого для недовольных. А недовольных всегда хватало.

Император покачал головой. Отражение в зеркале горько усмехнулось и застыло.

— Почему всё вышло именно так? — спросил вслух Михаил Алексеевич. — Я давил пробудившегося Тишайшего так, как того требовал Жнец для закалки характера и силы. Я отправил его на бойню в московский очаг, назвав это испытанием за врата. Дал разрешение князю Давыдову начать войну родов. Закрыл глаза на мелкие дрязги с Кожевниковыми, Мироновыми и прочими аристократами, которые пытались дожать молодого графа… похоже, я просчитался, но где?

Его величество вздохнул и сгорбился. Ему нужно было принять решение. Объявить Демида предателем и низвергнуть побочную ветвь его рода. Или назвать Шаховского чудовищем, против которого Бартенев сражался, но проиграл.

Сложный выбор. Если он вырежет под корень весь род Бартеневых или лишит их титула и сошлёт подальше, это вызовет недовольство и страх у всех, в ком течёт кровь первого императора. Если обвинит Шаховского, против государя восстанут тёмные маги и главы его ведомств.

Но ни то, ни другое не пугало Михаила Алексеевича. Он знал, что справится с любым из этих последствий. Проблема была в том, что его величество прекрасно понимал, что уже принял решение. И оно ему не нравилось.

Исчезновение графа после его подвига лишь усугубляло ситуацию. Где он? Восстанавливается, готовит новый удар по другим целям или собирает свою собственную армию?

Вокруг Шаховского уже начали собираться союзники. Рейнеке подали прошение о снятии себя с должностей в Корпусе и армии. Лутковский с Одинцовым тоже были на стороне графа — император понял это во время их разговора.

Пока что всё указывало на то, что Шаховскому не нужна власть. Но надолго ли? Вдруг он решит сместить правящую династию? И что тогда?

Его величество снова глянул в зеркало и нажал на кнопку вызова слуг. Он и так позволил себе слишком долго размышлять. Пора действовать.

Первым делом Михаил Алексеевич объявит о падении рода Бартеневых, которые предали своего государя. Потом он выберет себе эмиссара среди тёмных магов и начнёт кампанию по реабилитации всех тёмных.

На какое-то время это убедит Шаховского в лояльности монарха. Ну а потом, когда выяснится, чего именно хочет молодой граф, можно будет решать вопрос о равном положении светлых и тёмных с раскрытием особенностей прокачки светлых магов. Если и это не поможет, то император готов лично просить Шаховского возглавить коалицию тёмных магов и представлять их интересы при дворе.

Слишком много завязано на светлой магии, слишком много при дворе тех, кто считает себя главнее только из-за стихийного дара. Шаховскому нужно равенство? Он его получит, но пусть потом не жалуется, когда остальные страны