В Центре - Денис Борисович Савостькин Страница 2

– Что случилось? Где мама? Почему сирена другая?

– Они… Столько никогда не было. Их сотни, или даже тысячи. Как саранча накатывают. Надо скорее прятаться.

– А мама где?! – Девочка впервые за вечер не выдержала и сорвалась на крик.

– Она… Она и ещё несколько охотников вызвались прикрыть отступление.

– Прикрыть?

– Да. Они близко. Пыль видна даже в темноте. Идут с Запада, как и всегда.

Из-за спины послышался усиливающийся гул толпы. Крики становились громче. Масса бурлила, накалялась.

– Сука, открывай уже!

– Ты чо, нас угробить решил? Все ж поляжем!

Бахор и Борис двинулись в толпу, врезаясь и расчищая себе путь локтями. На них шикали, но никто не отважился в открытую обругать детей Онахон.

Они шли пару минут в сторону зияющих разбитыми стёклами куполов и разломанного гранита, под которым глубоко и на много километров вокруг тянулись не заваленные туннели, обустроенные под убежище.

В принципе, община давно могла бы перебраться под землю, изредка выбираясь на поверхность за припасами, благо электричество там поддерживали до сих пор скрытые ото всех генераторы. Но что-то глубинное, человеческое, данное самой природой гнало наверх, к тусклому Солнцу.

– Что случилось? Почему не спускаетесь?

Борис подошёл к молодому парню, на котором красовалась старинная серая армейская шинель.

– Замок заклинил. Намертво.

Перед толпой возвышалась массивная бункерная дверь, служившая входом и защитой. Теперь несколько мужчин покрепче тщетно пытались провернуть рычаг, отделяющий людей от спасительных глубин города.

Воздух пронзил первый выстрел с Запада.

Те несколько человек, что сейчас служили последней преградой от врага расположились на западной части стены, на небольшой башенке, сооруженной по большей части из мусора голыми руками.

– Мама… – прошептала Бахор, смотря на брата.

Борис смотрел на неё, затем перекинул взгляд на парня в шинели.

– Есть другой путь?

– Нет… Мы не знаем такого. – губы его дрожали.

Толпа сжалась в тугой, дышащий паникой комок тел. Те, у кого было оружие, положили пальцы на курки.

На Западе засверкали яркие вспышки – это защитники выкидывали свето-шумовые гранаты. Враг всегда нападал только по ночам, и люди догадались, что те боятся света.

Сквозь переговоры толпы, что становились всё более нервными, доносились звуки: взрывы, выстрелы. И ещё один, самый страшный – звук бегущих лап, бьющих в унисон по брусчатке мощными когтями.

Внезапно выстрелы и вспышки прекратились, и на какое-то мгновение стало совсем тихо. Даже люди, преисполненные паникой, прервали свой плач и свои молитвы.

Под светом редких фонарей промелькнули тени. Сначала всего парочка. Быстрые, почти не различимые в сумерках. Но их становилось все больше и больше. А затем целое море – Стая.

Первым из толпы выстрелил парень со старой винтовкой, но пуля ушла куда-то совсем мимо, и теперь он дрожащими пальцами пытался загнать патрон в отверстие.

Борис неосознанно подался вперёд, загораживая своей широкой грудью сводную сестру.

Стая качнулась. Первый ряд её начинал разбег.

Существа, чем-то напоминающие крупных горилл, но с более человеческими лицами отталкивались всеми четырьмя лапами от земли и лавиной неслись вперёд.

Они понимали, что первым суждено погибнуть, но их было много. В несколько раз больше людей.

Рывок. Ещё рывок.

Захлопали со всех сторон спусковые механизмы. Массивные, волосатые туши падали в снежную пыль, по инерции скользя ещё несколько метров. Через погибших перепрыгивали новые, ещё более свирепые из-за смерти сородичей чудовища. Монстры, порождённые атомной катастрофой.

– Беги. – Борис развернул сестру на Восток.

– Куда!?

– Неважно. Просто беги. Куда глаза глядят. Спрячься, затаись. Ты маленькая и ловкая. Ты справишься.

– А как же…

– Беги! – Парень рявкнул, и Бахор ринулась сквозь толпу.

Видя это, некоторые люди тоже срывались и устремлялись в бегство.

Слёзы лились из глаз девочки, но она не оборачивалась, а лишь старалась унестись как можно дальше. Ноги её цеплялись за развороченные камни и лёд, но она не падала. Не могла себе позволить.

А там, за её спиной Стая столкнулась с людьми. Животная сила рвала и грызла то, что осталось от человечества.

Итоги битвы били предрешены.

Маленькая девочка, потерявшая за несколько минут всех родных людей, пробиралась на Восток.