Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов Страница 2

особняк, слуг и рабов тем аристократам, которые прибыли в столицу Возрожденной Российской Империи с достаточно большой свитой, но не имеют знакомых, согласных и способных такую толпу народа приютить. Да, их город носил неофициальное и вместе с тем довольно почетное звание Третьего Рима, но в нем на постоянной основе все-таки проживало не так много нелюдей. Тем более вблизи Северо-Западной Московской Воздушной Гавани и тем более циклопов. — Так вас убивают, грабят или все-таки разбирают по кирпичикам?

— Да они…Да там….Вообще…Меня разоряют! Вы должны помочь!!! — Взвыл пусть и признанный, но не особо любимый бастард какого-то армянского аристократа и экзотической греческой проститутки нечеловеческой расы, сначала тыча своими пухлыми руками в стражей закона, а потом простирая их в ту сторону, где располагалось его заведение. То, что его тут особо не уважают и желанием помогать особо не горят, хозяин гостиного двора мгновенно сообразил, после чего чуть не взорвался от переполняющих его эмоций.– У меня, между прочим, остановился польский магнат! А у них пулеметы! Пушки! Осадные големы и боевых магов десятка два! Они колдовством и клинками стены ломают! Если титулованного пшека там сейчас зарежут — это же будет международный скандал! Вас всех жандармами заменят! Или стрельцами! В Сибирь сошлют к чертовой бабушке, снег охранять от дикарей и чудовищ! Вас министерство иностранных дел во главе с Долгорукими мехом внутрь вывернет за то, что допускаете такой на своей территории! И на ближайшем собрании гильдии, так и знайте, я все выскажу! Черта лысого тогда получать станете, а не прибавку к жалованию!!! За что мы деньги платим, а⁈

То ли от душевного потрясения, вызванного этим риторическим вопросом, то ли от напряжения на выдохе мышц могучего живота, изо дня в день вынужденных тащить огромную гору сала, часовой наконец-то отлип от пуза циклопа армянского происхождения, с грохотом рухнув на пол. Но ружье из рук своих так и не выпустил. И даже выстрелил. В ногу. Себе. Ведь оружие-то он держал стволом вниз, по чистой случайности расположив дуло аккурат напротив своей же ступни, а форменный ботинок хоть и был довольно прочным, а также начищенным до блеска, но плотная кожа остановить пулю, выпущенную в упор, уж точно не могла. Не без магии, по крайней мере, а кто бы её тратил на простых патрульных, ну или даже относительно заслуженых стражей порядка?

— Ну, что народ? Гудите тревогу, и Давыдовича нашего из кабинета евойного выкликайте…Или из закутка зельеварки, если в кабинете боярича нет…Токомо постучите туды сначала, прежде чем входить! Похоже, сегодня действительно поработать придется, — со вздохом произнес все тот же старый полицейский, привычным жестом доставая из кармана упаковку бинтов и отправляясь перевязать рану своего юного коллеги. По пути он внимательно осмотрел подкопченного дельца, который хоть и был перепачкан изрядно, но все же ущерба собственному здоровью не понес. А ведь должен был по идее, если бы столкнулся с упомянутым им же войсковым соединением, желающим ему зла. Впрочем, стражи порядка видели и слышали ещё и не такое. Не то, чтобы этот держатель гостиного двора был первым, кто мог раздуть заурядную драку чуть ли до масштабов величайшего сражения недавно завершившейся Четвертой Мировой. — Так, уважемый Нурслифен, а теперь четко, с толком, с расстановкой рассказывай, чего там у тебя стряслось и кто там тебя разоряет.

— Полторы сотни рыцарей ко мне вломились! Или не рыцарей, но зачарованная тяжелая броня есть у каждого… — Начало рассказа стражам закона уже не нравилось, поскольку даже всего один маг-аристократ, специализирующийся на ведение боя на близкой дистанции и потому таскающий на себе устойчивую даже к снарядам легкой полевой артиллерии бронированную скорлупу представлял из себя проблему. А чтобы справиться с такой их толпой требовалось вызывать армейские части и устраивать ковровую бомбардировку квартала, ну или кого-нибудь из высших магов из боярской Думы привлечь, что самолично мог бы обеспечить аналогичный уровень разрушений. — С автоматами, с пулеметами, с зачарованными клинками, которыми они стены как масло режут, чтобы дверь не искать! Гранаты кидают! Польских чародеев, которые пытались их пламенем залить, в бараний рог скрутили и теперь, судя по звукам, разделывают заживо!!!

— Ага, то есть огонь первыми применили иностранцы, — отметил в документах полицейский довольно важную для оформления отчетов деталь, особенно в том случае, если пламя таки перекинется на соседние здания. Не то, чтобы истинный виновник пожара имел большое значение, поскольку отдуваться все равно пришлось бы либо обоим, либо тому, у кого меньше нужных связей, но иногда и такая мелочь могла иметь значение. Все-таки справедливость для них была не пустым словом, а словом, написанным золотыми буквами над входом в участок…Ну, вернее над местом для курения, ибо над самим входом оно не поместилось. Там после последнего ремонта, как раз совпавшего с десятилетним юбилеем восшествия на престол Льва Первого, начертали: «По воле императора Возрожденной Российской Империи в месте сеем будет оплот порядка, стабильности да благочестия, что станет сохранять в граде, ему принадлежащем, покой и справедливость». Этот то ли девиз, то ли просто чье-то высказывание делали так, чтобы буквы оказалось видно издалека, а потому символы алфавита оказались достаточно большими. И все они над крыльцом никак не поместились и окончание предложение сместилось чуть ли не за угол, где как раз располагалась удобная беседка, куда стражи закона часто выбирались дабы слегка отдохнуть от службы, покурить и посплетничать в узком коллективе на хорошо просматриваемой позиции, где объекты сплетен или же не дай бог начальство уж точно не сумеет подобраться незамеченным. — А подкоптили вас нападающие или все-таки тоже они?

— Они, — с нехотой признал содержатель гостиного двора. — Но они ведь не специально! Просто в мою сторону был отбит рой огненных стрел, которым польские волшебники пытались хотя бы притормозить нападающих…

Выяснение отношений при помощи оружия среди воздухоплавателей с разных судов или же пассажиров летучих кораблей делом являлись не то, чтобы обыденным и повседневным, но и редкостью подобные ситуации отнюдь не числилсь. Когда конфликты оказывались сугубо словесными или же решались где-то далеко от Москвы, то на них даже внимания не обращали…Да и потасовки с нанесением побоев кому-то из участников или просто случайно оказавшихся личностей, как правило, старались проигнорировать или просто замести под ковер, чтобы не пачкать лишний раз бумагу и не портить красивые цифры статистики, ведь по мнению старших офицеров участка выбитые зубы или сломанные руки, особенно если это зубы и руки простолюдинов, являлись