Баллада о краденой памяти - Ежи Радзивилл Страница 26

тех, кого называют Хозяевами Камней. Теперь он еще сильнее жалел, что не послушал предостережения того трактирщика. Все знают, чем от колдунов дальше, тем жизнь дольше и спокойнее. Прорубленный в скале ход уперся в блестящую дверь из неклепаного, цельного куска металла. Дверь бесшумно скользнула вверх, и за ней потрясенному вору открылся хорошо освещенный широкий коридор.

— Не трусь, — проворчал не оборачиваясь Роххи, — Я не хочу тебе зла.

— Н-надеюсь, что так, — пролепетал вор, — Простите мое любопытство, а куда мы идем?

— Туда, где отдохнем, прежде чем переправлять тебя через Разлом, — буркнул Роххи, не сбавляя шага. Отвязанные железные подошвы мелодично позвякивали в такт их шагам. Они шли мимо поперечных, уходящих в точку, бесконечных коридоров, мимо каких-то странных творений из стекла, камня и металла, мимо вообще непонятных вору вещей. Он совсем оробел и уже не надеялся, что талисман демона хоть чем-то поможет ему в чертогах такого могучего мага. Он напряг память. В сказаниях не было колдуна о таким именем, а по могуществу Роххи превосходил все, о чем вор когда-либо слышал. Потом память вынесла намек на какое-то созвучие. Еще чуть-чуть времени, и напряженно работающая голова одноглазого вора вытащила из глубин памяти особенности имен обитателей недоступных Гор. В их речи Р и Л — один и тот же звук, да и К не отличается от X. И тогда… Волосы на затылке у вора зашевелились от ужаса: впереди него, затянутый в кожу, коренастый, зеленоволос и зеленоглаз, уверенно шел по своим владениям всемогущий Локи, бог недр!!! Вор почувствовал слабость в ногах, натолкнулся на обтянутую кожей спину и услышал ворчливое:

— Не мечтай.

— Простите? — не понял вор, увидел тупик, — О, простите!

Локи повернулся к нему, покосился на мерцающий огонек в стене:

— Что это ты такой любезный вдруг стал?

Вор промычал:

— Кажется, я догадался, кто ваша милость.

— Догадался — и забудь, — веско буркнул Локи, — А то рассержусь. И не лебези. Терпеть этого не могу. Идем.

Вор по его знаку развернулся и остолбенел. Бог ощутимо подтолкнул сзади, и одноглазый шагнул вперед, в огромный зал, покрытый чеканными золотыми панелями, застеленный коврами с высоким пушистым ворсом, залитый неведомо откуда ярким золотистым светом. Локки обогнал его, щелкнул чем-то и зал утратил свое ослепительное сверкание, свет стал мягче и краснее, в углу сами собой разгорелись черные горючие камни в очаге, облицованном невиданными узорными самоцветами. Локи присел на воздух и добродушно глянул на робко стоящего вора:

— Устраивайся, тут невидимая мебель. Пожелай сесть и не упадешь. Забавный ты паренек.

Вор прочистил горло, громко глотнул и сел. Невидимое нечто приняло его тело наподобие мягкого кресла. Локи поманил его рукой, и вор подъехал поближе. Хозяин Камней (как, впрочем, и ада), проворчал:

— А теперь рассказывай все и без утайки. Тем более если догадался.

Вор тяжело вздохнул:

— Просто не знаю, как и быть. Дело в том, что я дал слово сохранить все в тайне. То есть я понимаю, дело касалось людей, но… Вор замялся, — боюсь, что богов оно тоже касается.

— Там видно будет, — проворчал Локи, — Ты не лебези. Лучше уж сам рассказывай. А то ведь знаешь, есть много средств развязать язык. И, конечно, никакой помощи тогда от меня не жди. Хоть я и не спешу, но тянуть особо тоже не желаю. Так что вали все по порядку, — Бог достал из воздуха тяжелый кубок и утопил в нем нос. Вор взмолился: «Сиятельная моя госпожа, вы послали меня сюда, взяв обещание не рассказывать о поручении никому из ЛЮДЕЙ. Но, наверное, Повелитель Ада может быть в курсе этого дела?!»

Тяжело вздохнул и начал рассказ. Локи молча потягивал из кубка и глядел в огонь. Когда вор закончил, Локи долго молчал, затем расхохотался:

— Ах ты наглец, наглец беспримерный! — Сунул кубок в никуда, добродушно глянул на вора, — Это ж надо: назвать княжну Этли «своей девушкой»!

Посерьезнел, проворчал:

— Что же, я помогу тебе. И не ради ее золотистых глаз. Мне не нравится, когда судьбами этого мира распоряжаться чужаки, не ставя даже в известность нас, его хозяев.

Добавил совсем серьезно:

— Но учти — я не собираюсь проводить тебя по своим глубинам под Разломом. Они мало чем отличаются от Ада. Так что придется тебе переправляться через Разлом по воде, чтобы завтра к вечеру быть на Той Стороне. Сейчас иди отдыхай. Эй, проводите его!

Из ниоткуда возник демон, так же затянутый в бурую, прочную кожу одеяния, похожего на то, которое носили рудознаи. Взмахнул рукой:

— Идем, человек. Отведенные тебе покои готовы.

Вор повернулся к Локи:

— Простите, но я не понимаю, зачем вы вели меня по этой жуткой дороге, если вам подвластны недра, стало быть, из той пещеры вы тоже могли попасть домой?

Локи хмыкнул:

— Хотел посмотреть, стоит ли тратить силы на переправу. Да и выяснить, чего ты стоишь. Иди, отдыхай.

Гостевые покои разочаровали вора. Он уже ожидал, что они окажутся такими же великолепными, как и золотой зал, где они говорили, но демон отвел его в небольшую комнату, пол которой, правда, был устлан теплым ковром, но кроме обыкновенной, деревянной кровати, да табурета, в ней ничего особенного не имелось. Демон взмахнул когтистой рукой:

— Можешь располагаться. Сейчас привезут ужин, — повернулся и вышел навстречу шелестящим звукам. Вместо него появилась демонесса, толкая перед собой невысокий столик из дерева и металла, мягко катящийся на маленьких колесиках, уставленый покрытыми металлическими блестящими крышками тарелками. Демонесса ловко объехала ковер, подкатила столик к табурету:

— Справитесь сами?

Вор, ошалев от миловидного личика, кивнул. Демонесса улыбнулась, показав длинные, острые как иголки, желтые клыки:

— Тогда я заеду за посудой позже, — и удалились, покачивая высокими крутыми бедрами.

Утром, обильно подкрепясь, вор снова был доставлен к Владыке Ада. Локи осмотрел его тощую фигуру и буркнул:

— День будет тяжелым.

— Скажите… Почему вы не можете решить дело сами? — осмелился спросить одноглазый. Локи проворчал:

— Что смертными начато, то ими же и должно быть закончено. Когда воюют смертные, проходит одинг краткий миг, и снова отстроены города, и людей столько же. Но когда воюют боги…

Повертел в руках красивый кристалл:

— Разлом, который причинил столько хлопот, это всего лишь шрам от оружия богов. Шрам, протянувшиеся с юга на северо-запад, на огромные даже для нас, богов, расстояния. И даже мы не знаем, когда он затянется. Разумеется, если дойдет до крайности, мы вмешаемся. Но лучше бы этого не произошло. Вот тебе мой ответ, если уразумел, что я хочу сказать, — Локки резко поднялся и неспешно пошел к тупику, из