Мусорщик с Терры - Владимир Анатольевич Тимофеев Страница 35

«Не дождёшься, железяка безмозглая», — ответил я в тему.

За попытавшимися убить меня «покупателями» я наблюдал «глазами» своего подселенца. В инфракрасном диапазоне они выглядели довольно причудливо. О том, что на мне бронегель и он не только защищает носителя от физического воздействия, но и фильтрует поступающий в горло воздух, злодеи не подозревали.

— Готов? — спросил «Первый».

— Вроде да, — ответил «Второй».

— Лепесток забери.

— Сейчас…

Меня грубо перевернули на спину, и в ту же секунду я врезал склонившемуся надо мной говнюку ладонями по ушам.

Оттолкнув очумевшего «Второго» (лопнувшие барабанные перепонки никому радости, как правило, не доставляют) и опершись рукой о столешницу, я, как заядлый гимнаст, перемахнул через стол и с разгону влепил ногой «Первому». Чётко по черепу, он даже «Мама!» сказать не успел — брякнулся на́ пол вместе со стулом.

Следующим движением я сорвал с него маску.

«Дыхательная», — прокомментировал Гарти.

«Заранее, суки, готовились», — сдёрнул я маску и со «Второго».

Пусть в полной мере насладятся той гадостью, какую они приготовили для меня.

Жалеть этих мразей я не собирался. Даже крысы из банды Тихого Сэма выглядели поприличнее. Те хоть ничуть не скрывали своих намерений — жили на дне и жили по правилам дна: кто сильней, тот и прав.

Эти… эти могли заплатить, у них были деньги, и я подозреваю, что не последние, но они предпочли не просто взять даром то, что им нужно, а решили ещё и убить продавца.

Так что я просто вновь убедился в известной истине: крысы с деньгами гораздо опаснее и подлее, чем крысы без денег. Нищие грабят и убивают, в первую очередь, чтобы выжить. Богатые — чтобы просто умножить своё богатство.

Есть, впрочем, ещё одна категория крыс — облечённые властью. Но с ними я тут пока не встречался, поэтому не буду и говорить. Хотя, если честно, уверен — за две с лишним тысячи лет менталитет их нисколько не изменился…

Оба корпа из «Родман бразер» померли, по оценкам Гарти, за десять секунд. Мне даже жалко стало, что всё так быстро закончилось. Думал, агония от воздействия боевого ОВ длится несколько дольше, но, с другой стороны, судя по вывалившимся языкам и посиневшим физиономиям, перед смертью эти уроды всё же помучились, пусть и недолго.

Деньги у них я забрал. Сто двадцать тысяч дитов наличными, двухсотенными и полутысячными купюрами, тютелька в тютельку. Нормальная такая компенсация «за непереносимые моральные и физические страдания» едва не ограбленного и почти что убитого.

Плюс я ещё обнаружил у «Второго» игольник, а у «Первого» мини-бластер.

А, б… говорили, что со стволами нельзя. Врали, выходит, стюарды вшивые! В доле они, выходит, были с этими крысами…

«Всё. Пирамидку я отключил», — заявил довольно искин, и в то же мгновение на стенах переговорной вспыхнули яркие транспаранты «Внимание! Всем оставаться на месте!». А ещё через миг их продублировал громкий металлический голос, несущийся отовсюду:

— Внимание! Зафиксировано нарушение безопасности! Включается протокол защиты клиентов! Всем оставаться на месте! Внимание! Зафиксировано нарушение безопасности…

«Какую ещё, к бебеням, пирамидку⁈» — заорал я искину.

«Ну… эту, которая на столе. Ты же сам попросил».

«Идиот!»

«Кто идиот?»

«Я идиот! Идиот, что забыл, что ты тоже придурок, только многозадачный!»

«Я понял. Я виноват», — дошло, наконец, до искина, но ситуацию это, увы, уже не спасало. За стенами переговорной завыла сирена. Вырубленный подавитель сигналов, та самая серо-зелёная пирамидка, хакнутая моим цифровым подселенцем, работала теперь против нас. Коробочки аварийно-сигнальных устройств, включённые, по всей видимости, не только мной, но и «корпами», вопили теперь буквально во всю Ивановскую.

Из переговорной я выскочил через дверь, в которую сюда заходили «корпы».

Первым, кого я встретил снаружи, был стюард Кей. Без всяких раздумий он пальнул в меня из игольника, но получив в ответ то же самое, шлёпнулся наземь. Я перепрыгнул труп и рванулся по коридору.

«Куда?»

«Четвёртая слева дверь. Эвакуационная лестница», — проинформировал Гарти.

«Камеры?»

«Я отключил их все. На всём этаже».

«Молоток!»

За пару метров до цели по мне полоснули из бластера. Заряд прошёл прямо над головой, и если б я краем глаза не уловил движение справа и не успел бы упасть с перекатом, валяться бы мне, сто пудов, на полу с дыркой в брюхе — плазму и антиматерию бронегель, увы, не держал.

В перестрелке накоротке я оказался удачливей. Высунувший из-за угла стюард Эйч получил по иголке в плечо и в шею и когда начал валиться назад, я влепил ему ещё одну в голову, для гарантии.

Через мгновение из того же укрытия выкатились два железных «ведра».

«Робоохранники. Их только бластером», — посоветовал Гарти.

Очень, сказал бы я, вовремя. Поскольку пока я катался по полу, уворачиваясь от выстрелов и пытаясь выхватить из-за пояса трофейный плазган, эти напоминающие пылесос агрегаты поливали меня целыми очередями иголок. Одну-две-десять-пятнадцать мой бронегель бы, наверное, выдержал без проблем, но, как известно, статистика штука неумолимая, закон больших чисел действует везде одинаково, и, значит, чем больше иголок за единицу времени в меня попадёт, тем выше шанс, что защита в каком-то месте ослабнет и хотя бы одну из них да пропустит.

На моё счастье, сегодня теория вероятности сыграла в пользу брони. Я всё-таки умудрился вытащить бластер и несколькими удачными выстрелами обездвижил противников. Дымящиеся «пылесосы» перестали стрелять и, как сказал Гарти, «ушли на перезагрузку».

Проникнув на эвакуационную лестницу, я первым делом захлопнул дверь и, выставив мощность плазгана на минимум, приварил её к косяку. Подрыва эта конструкция, конечно, не выдержит, но, если нас станут преследовать, притормозить на какое-то время сумеет.

«Куда теперь? Вниз?» — развернулся я к маршам.

«Вверх», — огорошил меня искин, сбросив картинку с лестничных камер.

Если верить обозначениям, с этажа номер «сто сорок два» вверх пёрла толпа в бронескафах. Человек десять, не меньше, и все с укороченными штурмовыми винтовками. Драться с такими — дохлое дело. Ухайдакают влёт.

«На сто пятьдесят техэтаж. Там есть аварийный балкон, — сообщил подселенец. — Мы можем попробовать обойти его по периметру и спуститься на люльке через эвакоствол на сто тридцать. Там будет ещё один техэтаж и такой же балкончик».

«Понял. Попробуем».

Я бросился по лестнице вверх и через три этажа, в самом деле, попал на площадку с выходом за «периметр» здания.

«Туда?» — указал я на противоударное остекление.

«Туда».

Выбив из двери замок и распахнув её на всю ширь, я очутился снаружи, на тянущемся