Обнулённый 3 - Виктор Рэн Страница 4

Он вынул трубку изо рта и залпом допил вино.

— Но я хочу, чтобы ты знал одну вещь, Кир, — произнёс он. — Я предпочитаю, чтобы между людьми, которые друг другу задолжали, не стояло лишних тайн. Их и без того хватает в этих стенах.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга.

— Принимается, — произнёс я.

— Хорошо, — кивнул Бенедикт. — Тогда последняя вещь, и я тебя отпущу.

Он положил трубку на стол и сцепил пальцы перед собой.

— Как аббат, который обязан думать о безопасности своих людей, я должен предупредить. Не все члены твоего отряда будут здесь желанными гостями.

Я с трудом сдержался, чтобы не выплюнуть ругательство на своем родном языке. Но Бенедикт поднял ладонь, останавливая мою реакцию прежде, чем она оформилась в слова.

— По крайней мере, в том старом Аббатстве, которым управлял Джошуа, — добавил он.

И впервые за весь разговор на его лице появилась настоящая улыбка.

— А вот что касается того, каким оно станет…

Он не закончил фразу. Вместо этого он постучал по столу, выбив какую-то лишь ему известную мелодию, и откинулся на спинку стула.

— Ящик с текстами подготовят к утру, — сказал он другим, уже деловым тоном. — Истафан тебя проводит.

Я поднялся на ноги.

— Предлагать тебе присоединиться к Аббатству бессмысленно? — без какой-либо надежды в голосе спросил Бенедикт, когда я был уже у двери.

— А ты как думаешь? — обернулся я.

Бенедикт кивнул и вскинул руки в жесте, который примерно означал: «ну, я так и знал».

Я толкнул дверь.

Истафан ждал в коридоре. Похоже, он успел вернуться за время нашей беседы с аббатом. Паладин стоял у стены прямой, неподвижный, с руками за спиной. Его лицо не выдавало, слышал ли он хоть слово из нашего разговора.

— Я провожу, — бросил он.

Мы пошли обратно тем же маршрутом. Я шёл молча и размышлял. Бенедикт знал, кто я. Бенедикт знал, что в моём отряде есть люди, которых старое Аббатство не пустило бы не то что в обитель, а даже на порог. И всё же он предпочёл оставить дверь открытой, пусть и с оговорками. Он был прагматиком, но не циником. Верующим, но не фанатичным. Такие люди в Пределе стоили дороже золота. А встречались и того реже.

Едва мы подошли к воротам, как двое монахов показались из небольшой сторожки у ворот, а Истафан взялся за засов. Я помог ему и мы без особых проблем отворили ворота.

— Тебе не стоит ей доверять, — бросил Истафан, когда створки ворот поползли в стороны.

— Тебе не стоило сбегать с границы, — холодно парировал я и шагнул наружу.

За спиной раздался ощутимый хруст то ли от того, как Истафан сжал зубы, то ли от того, как он сжал рукоять клинка латной перчаткой. Впрочем, я уже шагал по утоптанной земле в сторону гостевого дома, из окон которого на меня смотрели любопытные взгляды членов моего отряда.

Выполнена задача контракта барона: доставить предложение Шторрена аббату Джошуа.

Задача контракта обновлена: доставить ответ нового аббата барону Шторрену.

Глава 2

Я зашёл в гостевой дом через дверь. В отличие от прошлых визитов, лезть в окно ради маскировки уже не имело смысла. Если верить Бенедикту, новое Аббатство не собиралось относиться к моему отряду по стандартам старого. Хотя что именно это означало на практике, мне ещё предстояло выяснить.

Внизу, в общей комнате, меня встретили четыре пары глаз. Бертран сидел на лавке у стены и ковырял ножом засохшую грязь на подошве сапога. Лазарь занял стул у окна, блокнот уже был открыт. Векс устроилась на подоконнике, поджав под себя ноги и закутавшись в плащ, и разглядывала меня из-под капюшона алыми глазами.

Айрис стояла у двери. Прямая, как струна, с руками, сцепленными за спиной. Искры на её пальцах давно погасли, но напряжение в её теле никуда не делось.

— В монастыре новый аббат, — начал я без предисловий. — Джошуа умер от скверны на третьей неделе, так что теперь аббат это молодой парень по имени Бенедикт. Он подписал контрпредложение для Шторрена. Вопрос с Даной…

Я на секунду остановился, вспомнив, то не все знают Дану по имени.

— … знахаркой из Хольца решён, Аббатство примет её на обучение и пришлёт за ней людей через два дня.

— Бенедикт? — переспросил Лазарь, и его рука замерла над страницей.

— Ты его знаешь? — уточнил я.

Лазарь медленно закрыл записную книжку и положил ее на стол.

— Бенедикт — это хранитель, — произнёс он с кислым выражением лица. — Он вёл учёт хозяйственных запасов. И каталогизировал винный погреб. Когда я последний раз его видел, он спорил с поставщиком свечей о процентном содержании пчелиного воска.

— Ну, времена меняются, — не удержался от смешка я, — Теперь он курит трубку, пьёт хорошее вино и ставит аббатскую печать на документы для баронов.

Лазарь молча уставился на стену перед собой. Его губы шевельнулись, но он не произнёс ни звука. Потом он поднял блокнот, записал что-то быстрым почерком и закрыл его.

— Если Бенедикт стал аббатом, — сказал он наконец, — значит, настоятель, старший клирик, оба его помощника, архивариус, капитан боевого отряда и все старшие наставники мертвы. Бенедикт стоял примерно на двенадцатом месте в очереди тех, кто мог занять место аббата. До моего ухода, на тринадцатом.

— Какое место среди них занимает Истафан? — тихо спросила Айрис.

— Никакое, — качнул головой Лазарь. — В обычных условиях паладину не дозволяется обладать властью. Это стандартная часть клятвы, которую он дает аббату.

— Значит, он дал клятву уже новому аббату после смерти Джошуа? — уловил ход мысли я.

Лазарь открыл рот и так и замер на мгновение. А затем медленно кивнул.

— Скверна чинов не разбирает, — покачал головой Берт.

— Именно поэтому он и выжил, — добавил Лазарь. — Он не был частью иерархии. Не принимал решений, не проводил обрядов, не стоял у алтаря во время ежедневных служб. Каждый из тех, кто находился выше, сперва стал бы ожидать указаний от умирающего аббата. Бенедикт считал свечи. И поэтому, скорее всего, оказался достаточно далеко от всех, чтобы заразиться позже и переболеть легче. Ну, насколько это вообще возможно.

—