Вячеслав Шалыгин - Остров Z Страница 68

Майор обернулся и махнул лейтенанту Хромову. Тот встретился взглядом с Охотником, медленно, будто бы успокаивая, моргнул, а затем торопливо отвел взгляд и двинулся за начальством и хозяином избушки.

Внутри гостей ожидал сюрприз. Отделана и обставлена единственная комната избушки была вполне по-городскому. Слева диван-кровать и полки с книгами, справа, под окном (в пластиковой раме и с тройным стеклопакетом) письменный стол, прямо – кухня с барной стойкой, мойкой и чайным столиком. Не хватало, пожалуй, только штор на окне да телевизора. Больше всего несоответствие внешнего облика избушки ее интерьеру удивило Хромова. Он буквально замер на пороге и с минуту хлопал глазами, пытаясь понять, куда попал.

Майор Кудашов кивнул, выражая одобрение, а затем, также кивком, указал на окно.

– Бронированное?

– Есть такое дело, – не стал отпираться Охотник. – Не ставни же вешать. Да и понадежнее бронестекло.

– А не страшно по ночам через него смотреть?

– Нет, майор. – Охотник поднял взгляд на Кудашова и криво улыбнулся. – Не страшно. Здесь ведь не город, фонарей нет, по ночам за окном темень кромешная. Что там творится, не разглядишь.

– А в лунную ночь?

– А в такие ночи я пораньше спать ложусь. Да ты не стой, майор, проходи, присаживайся.

– Все равно не понимаю я тебя, Охотник, – майор зябко повел плечами. – Один, здесь… да еще и без шторок. А если заглядывают в окно?

– На здоровье. Пусть заглядывают. Чай будете?

– Чай? – Хромов удивленно взглянул на старшего по званию.

– Будем, – после секундного замешательства ответил майор Кудашов и взглядом указал лейтенанту на стул у двери.

– Вот и славно. Я как раз недавно заварил.

Лейтенант послушно сел у двери и еще раз окинул удивленным взглядом интерьер, затем скользнул по Охотнику и уставился на командира. Но майор будто бы забыл о парне. Он сосредоточился на Охотнике. Разглядывал его так, словно пытался что-то понять или боялся пропустить момент, когда Охотник начнет, например, превращаться в нелюдя. Заметив, что военный напряжен, Охотник усмехнулся и покачал головой.

– Ты расслабься, майор. – На столике появились кружки, чайные ложки, баночка с медом, галеты и миска с морожеными ягодами.

– Я и не напрягаюсь.

– Ну да, вижу, – Охотник снова усмехнулся. – Садись, мил-человек, садись. Сам же сказал, время есть. Чай у меня отменный. Да и медок имеется. Небось давно ничем таким не лакомился?

– Полгода точно. – Майор сел, взял кружку, но тут же поставил ее обратно на стол. – Даже больше. С тех пор как застряли тут. Горячий.

– Раньше из блюдца пили, чтоб остыл поскорее, – Охотник тоже сел и отхлебнул из своей кружки. – Была такая забавная культурная традиция. Но блюдец у меня нет. Так чего вы меня искали, служивые?

– А то ты не знаешь. – Майор Кудашов нахмурился, взглянул исподлобья на Охотника и перевел взгляд на миску с ягодами.

– Клюква, – сказал Охотник. – С восточных болот. Помнишь топи сразу за Алексеевкой? Там клюквы уродилось – хоть комбайнами убирай. Даже странно, с чего вдруг такой урожай?

– Странно другое – что ты выжил на тех болотах, – пробурчал майор. – Там ведь мертвяков больше, чем кочек, а ты теперь… как все, нормальный человек. Ладно, не о том сейчас речь. Сдашь изделие добровольно?

– Дык, сдал бы, – Охотник вздохнул. – Только утеряно твое изделие. Еще летом утеряно, сразу после штурма федоровской цитадели, и как раз в тех болотах за Алексеевкой. Когда ты ребяток согласился принять, я с чистой совестью деру дал. Долго пришлось бежать. Мертвяки словно взбесились тогда, в самую топь меня загнали. Как выбрался, и не помню даже. Хлопнул по карманам, а там пусто. «Изделия ноль» как не бывало. Такая вот беда. Потому и спрятался от вас, чтоб не огорчать.

– Складно изложил, – Кудашов хмыкнул. – Чувствуется, каждое слово продумал. Только не верю я в твою легенду, Охотник. Но, заметь, не осуждаю тебя. Даже наоборот, выгодный обмен предлагаю. Если выгорит все – первым тебя на Большую землю отправлю и двухчасовую фору дам. Иди, куда хочешь. Хоть в город, хоть на станцию, а там на поезд и… в неизвестном направлении. Искать не буду.

– На что мне город? – Охотник покачал головой. – Место, конечно, интересное, есть с кем поговорить, да и комфорт под задницей, но чувствую себя там не в своей тарелке. Зелени нет, кислорода мало, толчея, электричество кругом, радиоволны… противно. Экология души портится. Мне здесь гораздо больше нравится.

– Тогда можешь здесь остаться. – Майор кивнул. – Условия те же. Трогать не будем и другим по команде передадим, чтоб сюда не совались. За то, что дал возможность с Острова выбраться, тебя все уважать будут, уговора не нарушат, гарантирую.

– А ты уверен, что выберешься?

– А надо быть уверенным? – майор неожиданно как-то горько усмехнулся. – Надеюсь на это, и только, но ведь попробовать не запрещается. А вдруг получится? Да и нет у меня выбора, Охотник. Люди на мне! Живые люди! Вот не хочешь ты отсюда уходить – твоя прихоть, живи здесь, но другие-то почему должны страдать? Можешь внятно объяснить?

– Могу, – Охотник кивнул. – В заразе дело, майор. Только и всего. Думаешь, зря Остров поначалу водой от всего мира отделило, а после – ледяными зеркалами да барьерами невидимыми?

– Но мы-то не заражены!

– Ты уверен? Не перерождаемся – да, но это не значит, что не больны. А если кто на ранней стадии находится или, наоборот, подавил в себе заразу и делает вид, что живой? Придет время, ослабнет организм, он и переродится. И что тогда? Нет, Кудашов. Нельзя отсюда уходить. Никому.

– Позиция твоя понятна. – Майор побарабанил пальцами по столу. – Однако и ты меня пойми. Вымирает народ. И не от заразы, от лишений. У меня от личного состава половина осталась. Да и те на пределе. Плюс гражданских почти пять сотен. С ними вообще засада, нервные все. Если б не Бажов и помощничек его, давно взбунтовалась бы вся эта публика и базу разнесла. Умеют все-таки журналисты мозги народу промывать, не отнимешь.

– Помощничек? – Охотник удивленно взглянул на Кудашова. – Сева, что ли?

– Он самый.

– Он же к Федорову переметнулся.

– Когда разгромили их банду, приполз бродяга, поджавши хвост. Прощения просил, на коленях ползал. Бажов по доброте душевной за него поручился, ну, мы и приняли Севу на довольствие. Он ведь не зараженный, по всем статьям имеет право на защиту законных властей. Как все остальные попаданцы.

– Чудны дела твои, Господи. Только зачем вы всю эту публику на базе своей держите? Пусть бы в деревнях жили.

– Да чтоб не вымерли! – майор Кудашов все-таки пригубил чай и мимикой выразил одобрение. – Они ведь городские в большинстве, ничего делать не умеют, кроме как в компьютеры тыкать, на телефоны фотографировать да митинговать. Но это ведь раньше было важнее всего, и только в городе. А здесь и сейчас другая песня. Выживать требуется. Летом еще нормально было, хоть зомбаки и порезвее бегали, чем в мороз. Но хотя бы еды хватало. А теперь все, кирдык пришел «старым дрожжам», закончились. Хоть днем с огнем ищи, а не найдешь теперь ни консервов, ни других припасов. Чтобы выжить, гражданским работать приходится, погреба искать, охотиться. А они не умеют. Ну как их бросишь? Они ж через неделю с голоду подохнут или друг друга сожрут, что вероятнее.