Курсант - Максим Шторм Страница 8

и отсек голову еще одной твари. Черная кровь как из ведра пролилась на его ноги. Где-то, продолжая яростно выкрикивать команды, сражался Герман. Битва давно распалась на отдельные эпизоды. Там, где Часовые еще умудрялись стоять плечом к плечу, продолжали взлетать и падать мечи, разя нечисть. В остальных случаях у отколовшихся от строя одиночек не было шансов. Наши ряды стремительно таяли.

Когда же закончится этот гребаный час?! Я, пыхтя, как мамонт, со всей дури ударил мечом свою первую тварь, заметившую мою нерешительность. К собственному удивлению, попал, расколол ей череп и часть торса. Клинок со свистом ушел в землю сантиметров на двадцать. Я рывком его выдернул и едва успел поднять левую руку, машинально защищая лицо от сиганувшего на меня адского пса. Со скрежетом острые клыки впились в стальной наруч. Матерясь и шатаясь под весом прицепившейся ко мне твари, я не нашел ничего лучше, как крутануться и изо всех сил приложить хищника хребтом о каменные ступени церкви. С истошным визгом монстр засучил ногами, не в силах встать. Взревев, я вонзил ему в грудь клинок. Опять не рассчитал удар, и меч, раскрошив камень, почти до середины лезвия ушел в ступень.

В панике я ухватился обеими руками за рукоять и дернул. Зажужжали приводы, закрутились силовые шестерни, и я, как король Артур, выдернув меч, с воплем опрокинулся на спину. Торжествующе завывая, меня тут же оседлала пара гончих. Их едкая слюна заливала смотровую щель шлема. Я вопил и ругался на чем свет стоит, дрыгал ногами и лягался, отбиваясь. Тщетно! Неужели все?! Да ну на хрен!

– За императора Константина! За династию Кореневых! – раздался надо мной трубный рев, и умелые удары черного меча раскидали терзающих мое железное тело тварей. Я увидел знакомые глаза альбиноса в прорези шлема и ухватился за протянутую руку. Герман подоспел вовремя.

– За Орден!

– За Часовых!..

У кого-то еще оставались силы на боевые кличи. Или это были вопли отчаявшихся, приготовившихся к смерти людей?

Не успел я подняться, как к нам подскочила Лада. Она была вся покрыта свежими царапинами, как будто кто-то пытался ножом неумело вскрыть ее панцирь, и залита черной вонючей кровью.

– Где Сойка? – с ходу выпалила она.

Мы с Германом тут же переглянулись. Казалось, он всегда находился рядом со мной. Я бросил взгляд на ступени и увидел, как в дверной проем церкви скользнула гончая. Оттуда доносились звуки борьбы и выкрики.

– Он отступил в церковь, – прохрипел я, указывая тяжелой рукой.

Герман отрывисто прорычал, вскидывая меч и поворачиваясь к очередной волне ведьминых гончих. На ногах к тому моменту хорошо, если осталась половина из нас.

– Альрик, вытащи его оттуда. Нам осталось всего лишь пять минут продержаться!

Всего лишь?! Я бы сказал – целых пять минут!

– Хагер!!!

От этого полного ужаса крика я подскочил на месте. И тут, наверно, никто не стал бы надо мной смеяться. Лада испуганно ругнулась и неожиданно тонко пропищала, прижимаясь ко мне:

– Это он привел гончих! У них поводырем хагер, вашу мать!

Раздался пронзительный, монотонный и жуткий свист, и, как по команде, треплющие курсантов ведьмины гончие, урча и скаля клыки, подались назад. Того, кто появился на изрытом их лапами-пилами холме, они боялись намного больше, чем нас, и слушались беспрекословно. Герман весь сгорбился и обреченно произнес:

– Целых пять минут… Ты еще здесь?!

Это он уже в запале ярой злобы гаркнул мне. Я, спохватившись, неуклюже бухая ногами, стал подниматься по ступеням, оглядываясь и во все глаза пялясь на выросшую над холмом фигуру. За нами явилась смерть. Больше мне в голову от такого зрелища ничего не пришло.

Это было долговязое костлявое создание, за два метра ростом, в кольчужной броне, с накинутым поверх монашеским балахоном и низко опускающимся на лицо капюшоном-клобуком. Он протянул правую руку с длинными когтистыми пальцами землисто-серого цвета и свистел на одной бесконечной тоскливой ноте. В левой руке он сжимал огромную, блестевшую, как серебро, заточенную косу, насаженную на длинную, причудливо изогнутую рукоять, обитую кольцами из черного железа. Что это за тварь? Хагер?!

Глава 4

Уже забегая в церковь, я успел увидеть, как один из курсантов, словно потеряв голову, с отчаянным воплем размахивая мечом, побежал вверх по холму. Герман запоздало успел крикнуть:

– Куда, идиот?..

А в следующий миг Часовой достиг верхушки кургана и вихрем налетел на хагера. И я понял, что пришлая тварь, повелевающая ведьмиными гончими, выше могучего воина, закованного в броню, почти на голову. Прервав свист, хагер с ленивой грацией уклонился от богатырского замаха мечом и наотмашь хлестанул косой.

Если бы не увидел сам, ни за что бы не поверил. Лезвие косы играючи, словно пройдя через картонную коробку, перерубило облаченного в золотисто-бронзовые доспехи курсанта надвое. Целый водопад крови оросил землю кургана, и к ногам высоченной твари упали две половинки: из верхней выпали дымящиеся внутренности, а нижняя судорожно дергала ногами…

А потом я забежал-таки в церковь и очутился в новом кошмаре.

Внутри было темно, как в погребе, и пахло древней пылью и пожарищем. Я не успел удивиться тому, что через пару ударов сердца мои глаза уже вполне сносно видели, а накачанное адреналином сердце учащенно билось. Я оказался в огромном помещении, пустом и захламленном, сводчатый потолок которого терялся высоко вверху, а узкие стрельчатые окна были заколочены гнилыми досками. И здесь тоже продолжалась битва.

Окруженный пятью или шестью гончими, Сойка сражался как лев. Курсант с недоступной мне легкостью кружил в тяжелых неповоротливых доспехах, отражая окровавленным мечом наскоки тварей. Три зарубленные псины уже лежали на полу. Но оставшиеся успешно теснили воина к сплошной глухой стене, на которой в незапамятные времена находились иконы, а сейчас лохмотьями свисала грязная побелка. Сойка мудро отступал, правильно рассудив, что лучше прижаться спиной к стене и не беспокоиться о нападении сзади.

Я замер. В голову опять полезли ненужные сейчас мысли. Почему я до сих пор на ногах? Почему умудряюсь вести бой и вообще хоть что-то делать? Откуда во мне столько сил и энергии? Блин, да тело же не мое, а я непонятно где, то ли во сне, то ли в другом мире!

Из опутавших голову сумбурных мыслей меня вырвал вскрик Сойки. Я отчаянно тряхнул головой. Сон, не сон, но сейчас этот мир мне представлялся намного более реальным, чем мой. Здесь лилась настоящая кровь, а смерть не щадила никого. Сдохнув тут, не превращусь ли я в тупеющий овощ там? И чем это