Сергей Лукьяненко - Дневной дозор Страница 105

– Алиса Донникова, – произнес вампир. Даже его голос дрогнул – нечастой процедурой было временное ревоплощение, совсем нечастой... – Вы подвергнуты временному ревоплощению и находитесь в помещении Европейского Трибунала Инквизиции в Праге. Вам понятны мои слова?

Алиса Донникова, выпрямившись, уже сдерживая хрип, смотрела на Игоря Теплова. Только на него.

– Вам понятны мои слова? – повторил Витезслав.

– Почему... в Праге? – спросила Алиса. Она дышала часто и глубоко, словно никак не могла надышаться – даже этим сырым воздухом подземелья...

– Это не важно, Алиса Донникова. Вы вызваны в наш мир как свидетель. От ваших слов зависит очень многое.

– Я... могу здесь остаться? Снова? Насовсем? – спросила Алиса.

Но смотрела она только на Игоря.

– Нет, – честно ответил Инквизитор. – Вы будете отвечать на вопросы добровольно?

Алиса встряхнула головой. С какой-то отчаянной гордостью.

– Да. Буду, Инквизитор. Спрашивайте. Но смотрела она только на Игоря.

– Вопросы касаются вашей дуэли с присутствующим здесь Светлым магом Игорем Тепловым. Был ли вызов вас на дуэль произведен по всем правилам?

– Да.

– Была ли вам дана возможность отказаться от дуэли и уйти?

– Да.

– Скажите, Алиса, вы обвиняете Игоря Теплова в своей смерти?

Алиса улыбнулась. Взмахнула рукой – не оборачиваясь, но безошибочно указывая на Завулона.

– Нет.

Смотрела она только на Игоря.

– Вы не имеете претензий к своему... противнику?

Она лишь покачала головой.

– Алиса Донникова, вы можете обвинить кого-либо из присутствующих в провоцировании тех печальных событий, что привели к вашей гибели?

– Завулон, – абсолютно равнодушно сказала Алиса. – Это его операция.

– Трусливая дура! – крикнул Завулон. – Тебя все равно не ревоплотят! Что же ты делаешь, ведьма!

И только тогда Алиса Донникова повернулась к Завулону. На миг. И под ее взглядом глава Темных замолчал.

– Завулон, ты не забыл, что сказал мне, когда я призывала тебя, захлебываясь водой?

– Глупая мстительная дурочка, – уже спокойнее сказал Завулон.

Алиса покачала головой. Снова посмотрела на Игоря. Как-то очень насмешливо произнесла:

– При чем здесь месть... Любовь – это тоже великая сила, Завулон.

– Инквизиция не имеет больше вопросов, – быстро сказал Витезслав. – Господа... я считаю, что длить дальше эту сцену... это недостойно Иных. С Игоря Теплова снимаются обвинения в нарушении Договора. Алиса Донникова может... может... вернуться обратно.

Эдгар как во сне видел поднявшегося Гесера. Торжествующего, победившего Гесера. И сгорбившегося на скамье Завулона... побежденного Завулона.

Лишь когда лица Великих Магов вновь дрогнули в растерянности, он посмотрел на центр зала.

Алиса Донникова исчезала. Ее тело менялось, таяло, легкой бесплотной тенью погружаясь в сумрак. Упавшая на четвереньки Лемешева торопливо отползала к ногам Завулона.

Но исчезал и Игорь Теплев.

Уходил в сумрак.

Эдгар не врал. Он действительно впервые видел, как развоплощается Светлый маг. Добровольно. Без всяких схваток, криков, без потоков Сил.

Лишь на миг Игорь Теплов, уже почти превратившийся в бесплотную тень, повернулся, посмотрел на своих товарищей. Кажется – виновато. А так – он смотрел лишь на Алису.

И исчез.

Сумрак сомкнулся. Воздух в зале был выморожен, по стенам осели белые щетки инея, будто траурной каймой вычертив помещение. На лицо Завулона медленно возвращалась торжествующая улыбка. Гесер смотрел на опустевший решетчатый круг тоскливо и грустно.

– Ну? – закричал Завулон. – Ну? И что? Где твой пестун? Где тот, единственный, кто способен был воспитать мессию Света?

Он засмеялся, похлопал по голове стоящую перед ним на коленях Лемешеву. Сказал, уже обращаясь к Инквизиции:

– Да, действительно, это была операция Дневного Дозора. Не выходящая за рамки Договора. Размен двух равноценных фигур – Алиса Донникова за Игоря Теплова. К нам больше нет претензий?

– К вам нет претензий со стороны Инквизиции... – медленно сказал вампир. Потер лицо ладонью. – Учитывая все обстоятельства... Инквизиция рассмотрит вопрос о досрочном восстановлении Силы Светланой Назаровой. Но это... потом. Все... все могут покинуть зал.

Первой со своего места поднялась Светлана. Подошла к Завулону. Постояла секунду, глядя ему в лицо. Эдгар вдруг понял, с замиранием сердца, что сейчас волшебница ударит мага.

Но она лишь что-то сказала ему. Развернулась и резко вышла.

Эдгар на негнущихся ногах отошел от конторки. Едва не наткнулся на Гесера – задумчивого, подавленного, погруженного в свои мысли. И тут же, оттолкнув его, к Гесеру подскочил Антон. Воскликнул:

– Так что же... Дочь Светланы может быть Иной, но при этом не вырасти мессией Света?

Гесер кивнул.

– Почему? – тупо спросил Антон. – Но ведь Светлана сама...

– Быть Великой Волшебницей и воспитать Великую Волшебницу – совсем разные вещи... – устало сказал Гесер. – Увы. Я... пока я не вижу фигуры, равноценной Игорю. Я... я не знал, что он настолько любит эту ведьму! Я бы искал другой путь.

– Чья это будет дочь? —опросил вдруг Антон. – Светланы и...

Гесер вдруг раздраженно посмотрел на Антона:

– Чья? Если не будешь стоять как дурак, пялясь на старого идиота, а догонишь свою женщину – то твоя!

Антон слабо кивнул. И бросился из зала прочь. Эдгар тоже хотел задать Гесеру пару вопросов... но он поймал взгляд Светлого и предпочел не рисковать. Повернулся, шагнул на серый мрамор пола, на узкий клинышек Инквизиции, пытающийся рассечь черную и белую половины зала.

Инквизиторы уже стягивали плащи. Один из них небрежно бросил свой на руки Витезславу, открыл портал – и исчез. Остальные уходили обычным путем, в дверь.

Вампир посмотрел на Эдгара. Спросил:

– Хочешь примерить?

– Не знаю, пойдет ли фасон, – тихо ответил Эдгар.

– Кто знает. Но попробовать стоит. Или ты собираешься вернуться в Москву?

Эдгар осторожно принял из его рук скомканную серую ткань. Неловко спросил:

– Простите... а что сказала Светлана Завулону?

– Инквизитору надо иметь хороший слух. – На лице вампира появилась кривая ухмылка. – Да почти ничего. Я бы назвал это проклятием, но Светлые и проклинать-то не умеют... Она сказала: «Пусть никто никогда не полюбит тебя».

Эдгар кивнул. Пожал плечами и сказал:

– А ему это и не нужно.

Москва – Николаев – Лазурное

Июнь – октябрь 1999г.