Павел Корнев - Скользкий Страница 131

– Да он же больной! – заныл тот. – Мы чтоб не мучился.

Серега зашел в лужу и, подхватив на руки барахтавшегося там черного щенка неопределенной собачьей национальности, принес его к телеге.

– Уроды, – закутав дрожащего собачонка в рубаху – один глаз у щенка опух и гноился, – пробормотал он.

– Они хоть что-то пытались сделать, – нисколько не оправдывая мальчишек, произнес я.

– Да я понимаю, сам таким был. – Сергей потрогал пальцем сочившуюся из глаза щенка слизь и позвал отца: – Бать кинь сумку с аптечкой.

– Ты чего еще удумал? – нахмурился Михаил Григорьевич, но сумку передал. – Куда он тебе?

– Вылечу – в тайгу ходить будем, – положив скулящего собачонка в телегу, развязал сумку Серега. – Мухтаром назову.

– И не думай даже! Атеев обидится.

– Мне-то что? Пусть обижается, – пожал плечами парень. – Мы еще сами посмотрим, а не обидеться ли, что какого-то там Атеева как нас зовут. Правда, Мухтар?

– Я те дам – Мухтар! Вернемся домой, мать из тебя быстро дурь выбьет! – как-то невсерьез разозлился Михаил Григорьевич. – Да! Раз сумку развязал, достань мне экомага. И сам съешь.

– Спасибо, что подвезли, – поблагодарил обозников я. – Не знаю, что бы мы без вас и делали.

– Пустое, – запил пилюлю квасом Михаил Григорьевич. – Вы сейчас в Еловое? Мы вот воду закупим и тоже в путь.

– Счастливого пути, – попрощавшись с ними, я отошел к Илор.

Минут пять мы просто стояли и молчали, потом китайцы притащили бочонки с водой, обозники засуетились и телеги выехали на дорогу.

– Ты чувствуешь ключ? – первой нарушила молчание вампирша.

– Да. – Без всяких усилий с моей стороны внутри головы подрагивал кончик протянувшейся к ножу незримой нити. По мере нашего движения по дороге она уходила все дальше на север. – Думаю, нам надо куда-то к Границе с Туманным.

– Почему мы не поехали с обозом дальше?

– Обоз на развилке после хутора Соколовского уйдет на юг, а нам нужна северная дорога.

– Тогда пошли.

– Стой! – Хватать за рукав уже развернувшуюся Илор я не решился и пошел рядом с ней. – На ночь глядя я никуда не пойду. Уже темнеет, а до Соколовского километров пять. И пустит кто на постой или нет – неизвестно. Здесь переночуем, а завтра с утра дальше двинем.

И, уже не дожидаясь возможных возражений, я направился в Караван-сарай. Не захочет со мной идти – ее проблемы. Я в лесу ночевать не собираюсь. Мне и одной ночи на болоте хватило. Чуть не поседел, блин.

Территорию Караван-сарая ограждал высокий дощатый забор, по верху которого шла колючая проволока. Кое-как наложенные на доски заклинания должны были отпугивать нечисть, а за людьми присматривала охрана. Нельзя сказать, что они очень ретиво исполняли свои обязанности, но мордобоя, поножовщины и открытого расхищения собственности – само собой, хозяйской собственности – не допускали. По периметру на вкопанных в землю через каждые десять-пятнадцать метров столбах посеребренными клепками были закреплены накопители Иванова – тщательно отшлифованные шары горного хрусталя. Это уже кое-что. Если не будет особо сильной магической бури, гости за свое здоровье могут не волноваться.

– Опа! – остановился я недалеко от распахнутых ворот. Скучавшие охранники на входивших в караван-сарай людей внимания не обращали, но совсем рядом с проходом растянулась у будки среднеазиатская овчарка. Если она почует вампира… – Похоже, придется ночевать в лесу.

Илор молча прошла мимо меня и спокойно миновала занятую костью овчарку. Да уж, мог бы и сообразить, что вампира к нечисти отнести можно только весьма условно. Вот и на Нижнем хуторе собаки были… Что ж, сейчас это к лучшему, но на будущее надо запомнить. По мере удаления вампирши в голове начинало нарастать обжигающее холодом давление, и я поспешил вслед за ней.

– Эй, хозяин, – заглянув в первую попавшуюся харчевню, окликнул я протиравшего грязной тряпкой стаканы пожилого мужчину ярко выраженной кавказской внешности. – На постой пускаешь?

– Заходы, заходы, – отставил тот посуду на прилавок. – У нас самая лучшая в округэ кухна. Палчыки оближэшь!

– Комнаты, говорю, сдаешь? – повторил я. Нет, как-то я насчет комнат не туда завернул: под натянутым на деревянные рейки непрозрачным пластиковым пологом стояли пластмассовые столы и стулья, и только прилавок был сколочен из добротных досок.

– Брат мой сдает.

– Почем?

– Э-э-э, это с ным такие вопросы рэшать надо. Он подойдет скоро.

– Понятно. – Больше мне делать нечего, как брата его дожидаться.

– Подожды, подожды, – остановил меня трактирщик. – Чэрвонэц за ночь.

– Я похож на нэумного чэловека? – бессознательно копируя манеру разговора собеседника, оскорбился я. – Червонец за ночь в душном клоповнике? Не дорого?

– Какие клопы? У брата всо чисто. А кто у нэго останавливаэтся – тэм ужин бэсплатно. Накушаэшься до отвала!

– И что, тарелка горелой каши так цену повышает?

– Зачэм горэлой? Будэт у мэня хоть что пригорэлое – бэсплатно ночуй.

– Пять рублей, – предложил я свою цену. – И не в общей комнате, где все вповалку спят.

– Полуымпэриал, и брат ширму поставит.

– Ха! Да за такие деньги я нормальную комнату сниму, – я решил торговаться до упора. Деньги-то кровью и потом заработанные.

– Иды, снымай, – хозяин скрестил на груди руки. – Шесть с палавыной.

– Шесть и договорились. – Нормальная цена за ночь начиналась где-то в районе четырех-пяти рублей, но мало ли, вдруг за последнее время расценки поднялись. Сейчас же сезон, торгашей полным-полно. Да и платить я все же не золотом буду.

– Садысь за стол. Сэйчас брат прыдет.

– Нас двое, – предупредил я, посмотрев на заглянувшую в забегаловку Илор.

– Что ж ты сразу нэ сказал, что с тобой такая красавыца! – всплеснул руками хозяин. – Брат бы и на два рубла согласылся.

– Ну, еще не поздно, – пошутил я. Рентген у него, что ли, вместо глаз? У вампирши даже нос из-под капюшона не выглядывает.

– Э нэт. Уговор дороже дэнэг! – погрозил мне пальцем кавказец. – Бэри мэню, что кушать будэтэ, выбирай.

Я взял несколько исписанных корявым почерком листков – бумага оказалась заляпана жирными отпечатками пальцев, – и уселся за ближайший к прилавку стол. Ну и что тут можно на ужин заказать? Ого, ничего себе здесь расценочки! Не удивительно, что народу никого.

– Есть будешь? – спросил я у сверлившей меня взглядом вампирши.

– Нет.

– Хозяин! А можно заказать один ужин и один завтрак?

– Нэт, мы до полудна нэ работаэм.

– Тогда поджаренные охотничьи колбаски, овощной суп, макароны, хлеб и чай. Все вдвойне. – Что сегодня не съем, с собой заберу.

– Чай сэйчас прынэсут, суп разогрэют. Чэрэз дэсять минут всо будэт.