Пламя и кровь - Джордж Мартин Страница 48

Мы не может удостовериться в правдивости ее истории и даже установить, действительно ли она написала эту прискорбно известную книгу (некоторые убедительно доказывают, будто текст вышел из-под пера нескольких писак, ибо стиль изложения меняется от эпизода к эпизоду). Ранняя история леди Корианны, однако, подтверждается записями мейстера, служившего в Доме Дождя в период ее юности. В возрасте тринадцати лет, записал он, младшую дочь лорда Уайлда соблазнил и обесчестил некий «суровый парень» из конюшни. В «Предупреждении юным девицам» сочинительница описывает конюха пригожим юношей ее возраста, что противоречит записям мейстера, описывающим соблазнителя как рябого плута тридцати лет от роду, примечательного лишь «мужским признаком, солидным, как у жеребца».

Какова бы ни была правда, «сурового парня» оскопили и отправили на Стену сразу же, как о его преступлении стало известно, а леди Корианну посадили под домашний арест, где она дала жизнь низкородному сыну. Вскоре после рождения мальчика отослали прочь, в Штормовой Предел, где его усыновили стюард и его бесплодная жена.

Согласно записям мейстера, бастард появился на свет в 48 году от З.Э. После этого за леди Корианной тщательно присматривали, но мало кто за стенами Дома Дождя знал о ее позоре. Когда прилетел ворон с приказом привезти ее в Королевскую Гавань, леди-мать Корианны сурово наказала ей никогда и никому не рассказывать о своем ребенке или своем грехе. «В Красном замке все будут думать, что ты девственница». Но когда девушка в сопровождении отца и брата отправилась в город, они провели ночь на постоялом дворе на южном берегу реки Черноводной, возле переправы через реку. Здесь их прибытия ожидал некий великий лорд. С этого момента история становится еще более запутанной, поскольку личность мужчины с постоялого двора вызывает споры даже среди тех, кто находит в «Предупреждении юным девицам» толику истины.

За годы и столетия переписывания переписанного в текст внесли множество изменений и правок. Мейстеры, служащие в Цитадели, обучены переписывать книги слово в слово, но далеко не все обычные писцы могут похвастаться такой же тщательностью. Некоторые септоны, септы и святые сестры, копируя и иллюстрируя книги Веры, частенько изменяют или полностью вымарывают целые абзацы, которые, по их мнению, оскорбительны, непристойны или же несостоятельны с богословской точки зрения. А поскольку в «Предупреждении юным девицам» непристойно буквально все, вряд ли его переписывали мейстеры или септоны. Если принять во внимание количество имеющихся ныне экземпляров (а это сотни, хотя столько же сжег Бейлор Благословенный), переписчик, скорее всего, был септоном, лишенным сана за пьянство, воровство или блуд, или неудавшимся школяром, покинувшим Цитадель без цепи, или писцом из Вольных городов, или же скоморохом (что хуже всего). Подобные писцы, не утруждая себя мейстерским стремлением к точности, частенько пытаются «улучшить» копируемые ими тексты. (Особенно часто за этим бывают замечены скоморохи).

В случае «Предупреждения юным девицам» сии «улучшения», в основном, заключаются в добавлении еще большего числа непристойностей и переписывания уже существующих сцен таким образом, чтобы сделать их еще возмутительнее и развратнее. За всеми этими изменениями, скопившимися с ходом лет, выделить оригинальный текст стало еще труднее — до такой степени, что, как мы уже говорили, мейстеры Цитадели даже не могут сойтись в том, как же на самом деле называется книга. Еще одним предметом спора является личность мужчины, встретившего Корианну Уайлд на постоялом дворе у парома, если, конечно, подобная встреча вообще имела место. В копиях, озаглавленных «Грехи плоти» и «Высокое и низкое» (старейшие и наиболее короткие списки), на постоялом дворе героиню встречает сир Боррис Баратеон, старший из четырех братьев лорда Рогара. В «Истории распутницы» и «Порочности мужчин», однако, этим мужчиной оказывается сам лорд Рогар.

Все версии сходятся на том, что было дальше. Отпустив отца и брата леди Корианны, лорд велел девушке раздеться, дабы осмотреть ее. «Он шарил руками по всему моему телу, — пишет она, — велел повернуться и так, и эдак, нагнуться, вытянуться и раздвинуть ноги перед его взором, пока он не был удовлетворен». Лишь тогда мужчина открыл истинную причину, почему она была призвана в Королевскую Гавань. Ее отправят на Драконий Камень в компаньонки принцессе Алисанне как якобы невинную девицу, но на самом деле она должна будет использовать свои уловки и свое тело, чтобы затащить в постель короля.

— Джейхейрис, вернее всего, девственник, влюбленный в свою сестру, — якобы сказал ей лорд, — но Алисанна всего лишь дитя, а ты женщина, желанная любому мужчине. Когда его милость отведает твоих прелестей, он может прийти в чувство и покончить с этой нелепой женитьбой. Кто знает, может, после этого он даже оставит тебя при себе? Никакой свадьбы, само собой, но у тебя будут драгоценности, слуги, все, что ты можешь пожелать. Королевской наложницей быть совсем неплохо. Ну а если Алисанна застанет вас в постели, тем лучше. Девочка она гордая и неверности от супруга не потерпит. Если у тебя снова будет ребенок, о нем и о тебе позаботятся, а твоих отца и мать щедро вознаградят за службу короне.

Можем ли мы хоть на мгновение поверить в эту историю? Сегодня, спустя столько времени после описываемых событий, когда никого из действующих лиц уже давно нет в живых, мы ни в чем не можем быть уверены. Не считая свидетельства самой девушки, у нас нет никаких доказательств, будто встреча у парома вообще состоялась. И если некий Баратеон действительно встречался с Корианной Уайлд до ее прибытия в Королевскую Гавань, мы не знаем, что он ей сказал. Он мог попросту рассказать ей об обязанностях шпионки и доносчицы, как и всем остальным девушкам.

Архимейстер Крей, писавший в Цитадели в последние годы долгого правления короля Джейхейриса, был уверен, что встреча на постоялом дворе была лишь неуклюжей клеветой с целью очернить имя лорда Рогара, и зашел столь далеко, что обвинил во лжи самого сира Борриса Баратеона, который позже рассорился с братом. Другие исследователи, включая мейстера Рибена, крупнейшего знатока запрещенных, поддельных и непристойных текстов во всей Цитадели, считают эту историю не более чем похабной побасенкой для юношей, бастардов, шлюх и мужчин, пользующихся их услугами. «Среди