Пламя и кровь - Джордж Мартин Страница 56

Четыре дня спустя Маттеус отбыл в Старомест. Слишком жирный, чтобы ездить верхом, он ехал в позолоченной повозке, сопровождаемый шестеркой охранников и дюжиной слуг. Как гласит легенда, пересекая реку Мандер у Горького Моста, Маттеус встретил септона Барта, ехавшего навстречу — одного, на осле.

Устроенные молодым королем перемены затронули не только лордов совета. Он назначил новых людей на великое множество более мелких постов, заменив Хранителя Ключей, главного стюарда Красного замка и всех его заместителей, начальника порта Королевской Гавани (а со временем и начальников портов в Староместе, Девичьем Пруде и Сумеречном Доле), хранителя королевского монетного двора, Королевское Правосудие, мастера над оружием, главного псаря, конюшего, даже замковых крысоловов. Дальше он приказал очистить темницы под Красным замком: велел, чтобы всех узников каменных мешков вывели на солнце, вымыли и позволили им обжаловать приговор. Как он опасался, хотя бы некоторых из них мог без какой-либо вины посадить туда дядя. (Как Джейхейрису пришлось с грустью убедиться, так оно и было, хотя многие из этих заключенных за годы в темноте лишились рассудка, и отпускать их на все четыре стороны было нельзя).

Только когда все это было сделано к его удовлетворению, и новые люди заняли свои должности, Джейхейрис приказал великому мейстеру Бениферу послать ворона в Штормовой Предел, чтобы вызвать к королю лорда Рогара Баратеона.

Письмо от короля заставило лорда Баратеона и его братьев разругаться. Сир Боррис, которого часто считали самым непостоянным и воинственным из Баратеонов, теперь оказался самым спокойным.

— Мальчишка отрубит тебе голову, если ты его послушаешься, — сказал он. — Отправляйся на Стену. Ночной Дозор примет тебя.

Гарон и Роннал, младшие братья, вместо этого предлагали сопротивляться. Штормовой Предел неприступнее любого другого замка в королевстве. Если Джейхейрису нужна голова лорда Рогара, пусть придет и возьмет ее. Лорд Рогар только посмеялся над этим предложением.

— Неприступный? — сказал он. — Неприступным был Харренхолл. Нет, сперва я увижу Джейхейриса и объяснюсь с ним. Если захочу надеть черное — тогда и надену, он мне в этом не откажет.

На следующее утро он отправился в Королевскую Гавань в сопровождении лишь шести старых рыцарей, которые знали его с самого детства.

Король принял его, восседая на Железном троне с короной на голове. Присутствовали члены Малого совета, и два королевских гвардейца, сир Джоффри Доггетт и сир Лоренс Рокстон, стояли у подножья трона в своих белых плащах и доспехах. Больше в зале никого не было. Эхом раздавались шаги лорда Рогара, когда он шел от дверей к трону, как сообщает великий мейстер Бенифер. «Королю была известна гордость его светлости, — пишет он. — Его милость не хотел ранить эту гордость сверх меры, заставив лорда встать на колени перед всем двором».

Тот, впрочем, сделал это по доброй воле. Лорд Штормового Предела пал на одно колено, склонил свою голову и положил меч к подножию трона.

— Ваша милость, — начал он, — я прибыл, как вы приказали. Делайте со мной, что угодно. Я прошу лишь пощадить моих братьев и род Баратеонов. Все, что я делал, я делал…

— …для блага державы, как вы его понимали, — Джейхейрис поднял руку, чтобы лорд Рогар замолчал и не смог говорить дальше. — Я знаю, что вы сделали, что вы сказали и что вы замышляли. Я верю вашим словам, что вы не намеревались причинять вред мне или моей королеве… и вы не ошиблись, я и впрямь мог бы стать хорошим мейстером. Но я надеюсь стать еще лучшим королем. Некоторые люди говорят, что мы теперь враги. Я думаю о нас скорее как о несогласных друзьях. Когда моя мать прибыла к вам, ища убежища, вы приняли нас с большим риском для себя. Вы легко могли заковать нас в цепи и сделать подарок моему дяде. Вместо этого вы поклялись мне своим мечом и созвали знамена. Я этого не забыл.

— Слова — это ветер, — продолжил Джейхейрис. — Ваша светлость, мой дорогой друг, вы говорили об измене, но не совершили ее. Вы хотели отменить мой брак, но не смогли этого сделать. Вы хотели посадить на Железный трон вместо меня принцессу Эйрею, но на нем сижу я. Вы послали своего брата вывезти принцессу Рейллу из дома Матери, это да, но с какой целью? Возможно, вы просто хотели воспитать ее, так как своих детей у вас нет.

— Предательство заслуживает наказания. Глупые слова — другое дело. Если вы и впрямь хотите отправиться на Стену, я вам это не запрещаю. Ночному Дозору нужны сильные люди, такие, как вы. Но я бы предпочел, чтобы вы остались здесь, служа мне. Если бы не вы, я бы не сидел на этом троне — это знает все королевство. И вы мне по-прежнему нужны. Вы нужны всей стране. Когда Дракон умер и мой отец унаследовал корону, он со всех сторон был окружен мятежниками и претендентами на престол. То же может случиться со мной и по той же причине… мои решительность, воля и сила подвергнутся испытаниям. Моя мать верит в то, что благочестивые люди по всему королевству восстанут против меня, если о моем браке станет известно. Это возможно. Чтобы встретить эти испытания, мне нужны хорошие люди подле меня, воины, готовые сражаться за меня, умирать за меня… и за мою королеву, если понадобится. Не такой ли вы человек?

Лорд Рогар, пораженный словами короля, как громом, поднял взгляд и сказал:

— Да, ваша милость, — голосом, полным чувства.

— Тогда я вас прощаю, — сказал король Джейхейрис, — но на определенных условиях. — Его голос становился все суровей, когда он оглашал эти условия. — Вы больше никогда не будете высказываться против меня или моей королевы. С этого дня вы будете первейшим ее защитником и не потерпите направленных против нее слов в своем присутствии. Далее, я не могу терпеть и не буду, чтобы мою мать не уважали. Она вернется с вами в Штормовой Предел, где вы снова будете жить как муж и жена. Словом и делом вы будете обращаться с ней учтиво и по чести. Будете ли вы соблюдать эти условия?