Сергей Лукьяненко - Дневной дозор Страница 62

Звонок нес в себе жирную и ясно видимую нить. Нить к событиям исключительной важности.

Эдгар поднес трубку к уху и некоторое время слушал.

– Проводи, – велел он потом, дал отбой и вернул трубку на пояс.

– Инквизитор, – сообщил он, каменея лицом. – С официальным сообщением.

Не прошло и полминуты, как ведьмак с вахты распахнул дверь в главный офис Дневного Дозора. А еще спустя секунду в дверной проем шагнул все тот же бесстрастный Инквизитор по имени Максим.

– Именем Договора, – произнес он; голос его был свободен от эмоций и любой другой окраски. Голос его был сугубо информативен, и глупо было подозревать Инквизитора в симпатиях к той или иной стороне. – Завтра на рассвете состоится расширенное заседание местной коллегии Трибунала под патронажем Инквизиции. Тема: ряд деяний Иных Светлых и ряд деяний Иных Темных, несовместимых с уложениями Договора. Присугствие всех оповещенных обязательно. Отсутствие оповещенного, равно как и опоздание, будет расценено как деяние, несовместимое с уложениями Договора. До начала заседания накладывается запрет на любые магические воздействия выше пятого уровня Силы включительно. Да восторжествует Равновесие.

Произнеся эти слова, Инквизитор неспешно развернулся и вышел прочь. В холл, к лифтам.

Ведьмак мимолетно зыркнул на начальство и закрыл дверь. Он считал своим долгом сопроводить Инквизитора к выходу.

В офисе некоторое время было тихо, даже техники за ноутбуками притихли.

– Как в сорок девятом, – тихо заметила Анна Тихоновна. – Точь-в-точь.

– Будем надеяться, – глухо сказал маг Юра. – Будем надеяться, Анна Тихоновна. Изо всех сил.

ГЛАВА 5

У любого человека иногда складывается впечатление, что происходящее в данную минуту и секунду уже однажды происходило. Даже понятие есть специальное – дежа вю. Ложная память.

У Иных она тоже есть.

Сотрудник Ночного Дозора Антон Городецкий стоял перед дверью своей квартиры и боролся с воспоминаниями. Однажды он точно так же топтался перед незапертой дверью квартиры и гадал, кто мог туда проникнуть. А войдя, обнаружил в качестве незваного гостя заклятого врага. Шефа Дневного Дозора, известного Светлым под именем Завулон.

– Дежа вю, – прошептал Антон и шагнул через порог. Защита опять смолчала, но в комнате определенно находился гость. Кто на этот раз?

Сжимая в руке медальон-талисман, Антон вошел в комнату.

В кресле сидел Завулон и читал «Аргументы и факты». В строгом черном костюме, светло-серой рубашке и начищенных до зеркального блеска штиблетах с бандитскими квадратными носами. Сняв очки, Завулон поздоровался:

– Здравствуй, Антон.

– Дежа вю... – пробормотал Антон. – Ну, здравствуй.

Странно, но на этот раз он совершенно не испугался Завулона. Может быть, потому, что в прошлый Завулон обставил свой неожиданный визит исключительно корректно?

– Можешь взять мой амулет. Он в столе – я чувствую. Антон отпустил талисман на шее, снял куртку и послушно подошел к столу. Амулет, Завулона прятался между бумагами и прочей канцелярской мелочью, которая возникает словно бы сама по себе с фатальной неизбежностью.

– Завулон, у тебя нет власти надо мной, – чужим голосом произнес Антон.

Темный маг довольно кивнул.

– Отлично. Вынужден сделать тебе комплимент: тогда ты трясся, словно осиновый лист. А сегодня – спокоен. Ты растешь, Антон.

– Наверное, я должен поблагодарить за комплимент? – сухо спросил Антон.

Завулон запрокинул голову и беззвучно засмеялся.

– Ладно, – сказал он спустя несколько секунд. – Я вижу, ты не склонен терять время. Я тоже не склонен. Я пришел предложить тебе предательство, Антон. Маленькое расчетливое предательство. От которого выиграют все, и ты в том числе. Парадоксально звучит, не правда ли?

– Правда.

Антон глядел в серые глаза Завулона, пытаясь понять, в какую западню угодил на этот раз. Человеку верь наполовину, Светлому – на четверть, а Темному – ни в чем.

Завулон – самый сильный, а значит, самый опасный Темный в Москве. И, наверное, в России.

– Поясняю. – Завулон не торопился, но и не мешкал. – О завтрашнем заседании Трибунала тебе уже известно, не так ли?

– Известно.

– Не ходи на него.

Антон наконец решился сесть – на диван у стены. Теперь Завулон был справа от него.

– А с какой, собственно, стати? – осведомился Антон.

– Если не пойдешь – останешься со Светланой. Пойдешь – потеряешь ее.

У Антона в груди вспух горячий ком. Дело было даже не в том, верил он Завулону или нет. Ему хотелось верить. Очень хотелось.

Но он не забывал, что Темным верить нельзя.

– Руководство Ночного Дозора планирует очередной глобальный социальный эксперимент. Ты это наверняка знаешь. Светлане в этом эксперименте отведена достаточно важная роль. Я не буду пытаться тебя переубедить или склонить к Тьме – это глубоко безнадежное дело. Я просто расскажу, чем воплощение в жизнь подобного эксперимента чревато. Нарушением равновесия. Вещью банальной и очень желанной для усиливающейся стороны. Последнее время Свет усилился, и мне это, естественно, не нравится. Дневной Дозор заинтересован в восстановлении равновесия. А ты – тот, кто может нам помочь.

– Странно, – задумчиво сказал Антон. – Шеф Дневного Дозора обращается за помощью к сотруднику Ночного Дозора. Очень странно.

– В общем-то твоя помощь нам не обязательна. Справились бы и сами. Но если ты поможешь себе – в первую очередь себе, – ты поможешь и нам тоже. А также Светлане и всем, кто неизбежно пострадает от очередного глобального эксперимента.

– Непонятно, как я могу помочь себе и Светлане?

– Отчего же непонятно? Светлана – потенциально очень сильная волшебница. По мере того как она растет, растет и пропасть, которая вас разделяет. Ее мощь – это фактор, который смещает равновесие в пользу Света. Если Светлана лишится на какое-то время своей мощи, равновесие восстановится. И нечему будет вас разделять, Антон. Она любит тебя – это же видно. И ты ее любишь. Неужели ты принесешь в жертву Свету свое счастье и счастье любимой женщины? Тем более что жертва все равно бессмысленна.

Именно поэтому я предлагаю тебе маленькое и безболезненное предательство.

– Предательство не бывает маленьким.

– Бывает, Антон. Еще как бывает. Верность складывается из череды маленьких и расчетливых предательств. Можешь мне верить – я живу на этом свете достаточно долго, чтобы успеть в этом убедиться.

Антон некоторое время молчал.

– Я – Светлый. Я не могу предать Свет. По сути своей не могу – и ты это должен понимать.