Павел Корнев - Скользкий Страница 68

– Уххх! – Прошипев сквозь зубы проклятие, я поднялся на ноги и распрямился.

Больно. После нескольких наклонов до пола поясницу немного отпустило, а вот с шеей обстояло совсем не так просто: повернуть голову налево не получалось. Точнее, получалось, но при этом от уха к лопатке стреляло так, что на глазах выступали слезы.

Я подошел к окну и невольно поежился: небо затянули низкие серые облака. Сумрачно. Накрапывает дождь. Даже непонятно, сколько сейчас времени. Может быть и восемь утра, и полдень. А часы Кирилл с собой уволок.

Я почесал зудящие запястья, вылил из чайника в кружку остатки воды и одним глотком выпил. Маловато будет. Пойду хозяина найду, пусть чем-нибудь тонизирующим и жаждоутоляющим обеспечит.

Я еще раз почесал ладони. Да что такое? Ой-е! Все кисти были усеяны красными точками мелких волдырей. С чего это меня так обсыпало? Неужели из-за вчерашнего сока?

– Ну и как это называется? – заскочив на кухню, я сунул покрасневшие и немного припухшие кисти прямо в лицо облокотившемуся на стол Кириллу. – Ты чего, ухоплан, мне вчера намешал?

– Полегче на поворотах, – зевнул тот и отхлебнул из кружки горячего чая. – Когда только базар фильтровать начнешь?

– В натуре, – поддакнул сидевший у открытого окна Селин. – Да и какой из него ухоплан? Он же ухолет вылитый.

– Что значит «полегче»? – все же немного сбавил тон я. – Это вот что такое? По-любому от твоего сока.

– Выброс вчера был. – Кирилл поставил кружку на стол. – Тебя вчера на юго-восток не заносило? По глазам вижу – заносило. Так что не стоит торопиться с выводами. Для человека твоей профессии это не есть хорошо.

– Ты о чем? – не врубился я.

– Что, Падлик Морозов, не всех заложил еще? – заржал Селин.

– Да пошли вы оба, знаете куда? – не на шутку разозлился я.

– Сам туда иди. – Денис прикрыл окно. – Чай будешь?

– Воды лучше. – Я поднял валявшуюся на полу куртку и, надев, уселся за стол.

– Знаешь, я всегда считал, что свой человек в Дружине никогда не помешает, – продолжил издеваться надо мной Селин. – А что мусор, так это не беда. Главное, чтобы человек был хороший.

– Точно, – согласился с ним Кирилл, наливая мне в кружку воды. – Не место красит человека, а человек место.

– Завязывайте, – я отпил холодной воды. – Лучше посоветуйте, что мне с этими волдырями делать.

– А ничего не делать. Через неделю сами пройдут. – Денис прислонился лбом к оконному стеклу. – Засохнут и обсыпятся. Вместе с руками.

– Селин, иди уже сдохни с похмелья где-нибудь. Не мучайся, – в ответ предложил я.

– Лекарей мало? – Кирилл открыл шкаф и начал перебирать пакетики с сухой травой. – Нет у меня от аллергии ничего. Да ты сходи к любой знахарке, там лечения-то на пять минут.

– Минут на пять, рублей на пятьдесят пять. Миллионер, что ли? – тяжело вздохнул я.

– Ты в Дружину никак на общественных началах устроился? – вновь принялся за свое злой с похмелья Денис.

– Селин, завязывай, – опередил меня Кирилл. – Ну, Скользкий, я от тебя всего ожидал, но что ты в Дружину пойдешь…

– Да у меня выбора другого не было, – честно признался я. – Они меня в одном деле прикрыть обещали.

– Это что ж за дело такое должно быть, если тебя за него в Дружину приняли? Туда, между прочим, с опытом люди устроиться не могут.

– Нехорошее дело, нехорошее, – замялся я и больше ничего объяснять не стал. Самому бы кто сказал, зачем Илье это надо.

– И какой фронт работ тебе нарезали? – уже серьезно спросил Селин.

– Штурмовик я.

– Ну ты попал! – хлопнул ладонями по подоконнику Денис. – Ну ты, в натуре, олень!

– А что такое?

– Слышал, следственная группа из Северореченска на днях приезжает?

– Ну?

– Баранки гну. – Селин закатил глаза. – Что первым делом на повестке дня стоять будет? Не знаешь? Я тебе скажу: большой шмон. Вот и набирают сейчас кого попало в штурмовики, чтобы своих людей под пули и ножи не подставлять.

Бум! Бум! Бум! – Кто-то, не особо жалея ботинки, три раза пинанул во входную дверь.

– Кого принесло еще? – прижал ладони к вискам Селин.

– Гамлет подойти должен, – поднялся со стула Кирилл. – Пойду посмотрю.

Он вышел в коридор, отпер дверь и почти сразу крикнул:

– Селин! С вещами на выход.

– Ну, чего вы все орете? – Денис отлип от оконного стекла и вышел из кухни. – Чего кричишь, голова два уха? А, привет, Гамлет. Как оно наше ничего?

Я тоже вышел в коридор и поздоровался с Датчанином.

– Ты, Лед, тоже собирайся. – Напяливший длинный кожаный плащ и черную вязаную шапочку Кирилл казался еще длиннее и худее, чем был на самом деле. Глиста в скафандре, да и только.

– Я пойду, опорожнюсь на дорожку, – пошел в туалет Селин.

– Только попробуй толчок заблевать – сам чистить будешь, – предупредил его Кирилл и, подхватив принесенный Гамлетом чемоданчик, ушел на кухню.

– Он ужаленный уже? – Датчанин недовольно посмотрел вслед Денису.

– Не, со вчерашнего не отошел. У нас как, нормально все? – И без всяких интонационных подтекстов невысказанный вопрос о деньгах повис в воздухе.

– Все просто замечательно, – как-то странно улыбнулся Гамлет.

– Точно?

– Точно. Ты, Лед, кстати, уверен, что в диверсионных войсках не служил?

– Что случилось-то?

– Да ничего, – снова заулыбался Датчанин. – Как в той песне: «Все хорошо, прекрасная маркиза». Один к одному. Сначала у мужика в туалете что-то полыхнуло. Потом онетушитель взорвался, и ему пальцы напрочь отчекрыжило. В середине текста там много всего накрутить можно, и в итоге товарища этого из дома вытащили только чуть-чуть недожаренного. Но вот ведь что деньги делают: ночь в реанимационном отделении городской клиники у Долгоносова и – как новенький. Только с домом, машиной и всякой мелочевкой такой номер не прокатил. Как говорится, прах к праху, пепел к пеплу.

– Он деньги-то вам отдал? – задал я самый важный для меня вопрос.

– Отдал.

– Вот и зашибись.

– Зашибись. – Гамлет оперся плечом о дверной косяк. – Сам понимаешь, я тебя здесь встретить не рассчитывал, баксы с собой не взял. Хочешь, могу золотом расплатиться.

– Дай двадцатку, – попросил я. – И это, скажи кому-нибудь, пусть зеленые в гостиницу закинут.

– Без проблем. – Гамлет отдал мне два червонца и, приоткрыв входную дверь, кивнул: – Пойдем-ка покурим-ка.

– Чего? – не понял я.

– Пошли, разговор есть. – Датчанин вышел в коридор и, понизив голос, поинтересовался. – Ты никому серьезному на хвост в последнее время не наступал?

– Гонзо только.

– Забудь, я кое с кем из Семеры насчет этой темы уже перетер.

– Тогда вроде никому. А что такое?

– Я тут слышал краем уха: тебя вроде бы Лешему заказали. – Гамлет достал из кармана пачку сигарет. – Огонек есть?