Павел Корнев - Скользкий Страница 72

– Хорошо, но я сразу могу…

– Вот и замечательно, – вновь я не дал ему договорить. – Ну вы же знаете: все проблемы у людей от недопонимания. Вы специалист в этом вопросе, а дилетанту вроде меня все приходится разжевывать. Вот, кстати, у вас очень большой выбор алхимических амулетов, но, думаю, объяснить обычным покупателям их преимущества было очень нелегко – цены-то кусаются…

– Они того стоят, – пробурчал, постепенно успокаиваясь, торговец. – А вот объяснить их преимущества человеку с улицы… Еще и Городской совет, как назло…

– Да, я слышал, ввозные пошлины – это чуть ли не половина цены.

– Половина? А две трети не хотите? – округлил глаза хозяин лавки. – Я их в убыток себе продаю, только чтобы люди, что к чему, разобрались.

– А можно я вас еще немного поэксплуатирую? – Я вытащил из кармана «Хамелеон». – Что скажете?

– Мой вам совет, выкиньте, а лучше закопайте поглубже, чтобы не нашел никто. – Даже не прикоснулся к браслету торговец.

– А что с ним не так? – удивился столь категоричному заявлению я.

– Вон ту напайку видите? Это самопальный компенсатор какой-то умелец приделал, – указал мне на напаянную на одно из звеньев пластинку торговец. – Я прогресса не чураюсь, ультровскими моделями, между прочим, вообще одним из первых торговать начал, но только когда это не во вред. Ну а здесь что получается? Браслет этот рассчитан на определенное время безопасной работы. И что всякие недоумки с золотыми руками делают? Они чисто механически включают в цепь дополнительный компенсатор. Понятно выражаюсь?

Я кивнул.

– И что в этом случае происходит? Если этот по сути своей отстойник переполнится во время работы артефакта, то произойдет выброс всей накопленной в нем энергии. А уж если компенсатор неправильно установили и через него идет постоянная утечка, вообще – труба. И заметьте, продавившие повышение пошлин гимназисты о нестабильной работе алхимических артефактов судят именно по таким вот экземплярам. Так что выкиньте.

– Выкину, – пообещал я и убрал браслет в карман.

– Вот и правильно.

– Ну вернемся к нашим баранам. В прошлый раз… – я замялся, специально оставив фразу незаконченной.

Мой нехитрый расчет оправдался: разговорившийся торговец моментально перехватил инициативу, но теперь он выражал свои мысли куда дружелюбней.

– Вы попросили меня подобрать амулет, который защитил бы человека от сверхнизких температур. У меня…

– На какое время? – уточнил я.

– Да какая разница? – досадливо сморщился хозяин лавки. – На полчаса, так?

– Так, – утвердительно кивнул я.

– Как я уже говорил, у меня в продаже ничего такого нет и слышать о подобных артефактах не доводилось. Более того, с учетом оговоренной нестабильности энергетического поля изготовить подобный амулет невозможно даже теоретически. Все верно?

– Все, – вновь кивнул я, старательно удерживая невозмутимое и немного скучающее выражение лица.

Черт! Зачем такой амулет вообще мог кому-то понадобиться? Сверхнизкие температуры, нестабильное поле. Неужели для перехода через Границу? А откуда тогда информация про полчаса взялась?

– И чтобы закрыть тему, – продолжил торговец, – я посоветовал вам обратиться в «Западный полюс» или в Черный квадрат. За прошедшее время никакие новые идеи меня не посетили. Теперь, надеюсь, все?

– Все, – рассеянно ответил я. Похоже, дело не в переходе Границы – иначе зачем впутывать в это дело уников или уродов? Отправлять через Границу кого-то другого смысла нет. Любой заинтересован в том, чтобы самому через нее перейти. Благотворительностью никто заниматься не станет. Получается, куда-то надо забраться и что-то там сделать, уложившись в полчаса. – А если использовать зомби?

– У вас есть знакомый некромант? – расслышал мое бормотание торговец. – Застынет. Вот ледяной ходок… Но его при перепаде магических полей на куски порвет. А защитный полог такой мощи…

Мы понимающе покивали. Точнее, хоть что-то понимал в этом хозяин лавки, а я просто сделал умное лицо. Здесь, пожалуй, ловить больше нечего.

– Благодарю за консультацию и, надеюсь, больше не побеспокою, – шагнул к выходу я. – В прошлую нашу встречу я был несколько не в себе, а вот теперь самое время собрать мысли в кучу. Спасибо огромное, вы мне очень помогли.

– Да уж задали вы мне задачку, – развел руками торговец. – Боюсь, что мало чем помог, но уж чем богаты…

– Спасибо, – я открыл дверь.

– Да не за что. – Торговец потер ухо и прищурился. – Вы чисто теоретически интересуетесь или практическое применение имеется?

– Честно говоря, сам пока не знаю, – откровенно сознался я и вышел на улицу.

Дождь уже закончился, но небо по-прежнему затягивали серые тучи. Хоть бы по новой не зарядил, и так уже грязи по колено. Я остановился, покачиваясь на последней ступеньке, и задумался.

Ну и что в итоге удалось узнать? Ветрицкий не соврал – он действительно меня здесь видел. Теперь стала ясна цель моего визита в «Западный полюс» – поиск нечувствительного к холоду уника. Но зачем? И главное – как закончился тот визит?

Ладно, ерунда это все. Другой вопрос на повестке дня стоит: идти ли в Гетто? Есть смысл вообще в это дело еще глубже влезать? Не нравится мне, как оно попахивает. Тухловатый запашок. Влезу в чужую игру – запросто голову оторвать могут. Но если во всем сейчас не разобраться, кто знает, какой неприятный сюрприз в дальнейшем всплыть может? Надо бы разузнать, что к чему.

С соседней улицы по лужам пришлепали четверо дружинников. Они через приоткрытое окно о чем-то посовещались с водителем «Газели» и направились во дворы. Ладно, пора и мне двигать: пока всех обегу, ужинать время подойдет, а я еще не завтракал. Ну и куда податься в первую очередь? В Гетто или Ворона искать? Загляну-ка для начала к уродам – своя шкура ближе к телу. Глядишь, и получится чего разузнать.

Подняв воротник куртки – чего-то меня знобило, – я пошел вверх по Красному проспекту, а когда он уперся в поваленный забор и длинные гаражные боксы бывшего автотранспортного предприятия, свернул налево и по проложенным доскам перебрался через огромную лужу. Впереди показался раскисший от дождя пустырь, но пересечь его труда не составило: тропинка из дробленого кирпича и шлакоблоков возвышалась над глинистой почвой сантиметров на десять. Сразу после этого пустыря и начиналась настоящая северная окраина.

Оглядевшись по сторонам, я на всякий случай расстегнул куртку. Пусть никого из местных обитателей пока и не видно – от дождя попрятались, не иначе, но ухо надо держать востро, а руку недалеко от пистолета. Чужаков здесь не любят. Нет, не так. Чужаков здесь очень не любят. И пусть пришлым нигде особо не рады, тут эта нелюбовь выражалась слишком уж непосредственно. Никогда не знаешь, чем из-за угла засветят. А чего удивляться? Нормальной работы поблизости нет и в обозримом будущем не предвидится, а Дружина заглядывает только для того, чтобы облаву устроить. И что остается? Торговать наркотой, воровать у соседей, бить морды таким же люмпенам, как ты, грабить чужаков и пытаться пробиться в одну из многочисленных банд.