Ярослав Коваль - Магия спецназначения Страница 75

Дом был старым, а подъезд так просто потрясал. Похоже, в годы сталинского правления здесь жили номенклатурные работники, знавшие толк в роскоши, и от тех времен в подъезде кое-что осталось — например, большие люстры вместо ламп, отделка лестницы и стен. Видимо, и нынешние жильцы старались содержать интерьер хоть в каком-то подобии порядка — это чувствовалось.

Если верить Алану, нужный ей техномаг обосновался на первом этаже.

Кайндел подошла к двери, потянулась к звонку, но в следующий миг заметила, что створка лишь притворена, но не захлопнута. Стремительным движением размяв пальцы и тут же сложив их в фигуру, усиливающую концентрацию энергии и облегчающую составление заклинания, она распахнула дверь.

Тщательный и весьма свежий погром не оставлял сомнений. В глубине квартиры еще что-то падало, и Илья мгновенно отодвинул девушку плечом, выставляя вперед дуло автомата. Темная тень метнулась из дальнего дверного проема, и «калашников» хмуро зарокотал, но результата не последовало. Тверчанин, разумеется, не промахнулся, тем более что выстрел был произведен буквально с пяти шагов, но пули ушли в тело атакующего существа, будто в темную, торфяную болотную воду — бесследно и даже без всплесков.

— Прочь! — воскликнула Кайндел, вскидывая ладони.

Отдача от сильного, построенного наитием заклинания едва не швырнула ее саму на расколотый в щепки косяк, а Илью сбила с ног. Однако и нападающему досталось. Волна силы швырнула его к дальней стене и распластала по зеркалу, в котором существо, впрочем, не отразилось. Роман и Сергей, устоявшие на ногах, едва ли успели рассмотреть гибкое, обросшее редкой шерстью тело, подобное одновременно и волчьему, и тигриному. Потом странное животное рухнуло на пол, извернулось, тут же оказалось на лапах, но девушка изменила положение рук, толчком воли прибавила заклятью энергии, и незримая сила прижала нападающего к полу.

Осторожно ступая, Кайндел приблизилась к странному существу. Оно действительно напоминало необычайную помесь собачьей и кошачьей плоти, но стоило присмотреться, и становилось понятно — кошачья в нем только гибкость и подвижность. Тело, лапы, форма головы, ушей, глаза и даже поджимаемый под живот хвост — все указывало на то, что оэсэновцы имели дело с чем-то вроде очень крупного волка.

— Это что, волк-мутант? — удивленно спросил, поднимаясь, Илья.

Не отвечая, девушка подошла почти вплотную, нагнулась и посмотрела в злые, яростные желтые глаза прижатого заклятием существа. Помедлила.

— Тебе, наверное, стоит принять нормальный облик, — сказала она. Подождала. — Давай-давай!

— Сними чары, — пробормотало существо.

— И не подумаю, пока не сделаешь, как я сказала.

— Я не могу.

— А ты попробуй.

Существо с усилием шевельнулось, извернулось и превратилось в щуплого, растрепанного молодого парня с неровно обстриженной светлой шевелюрой. Он лежал, припечатанный к полу заклятием, и сердито смотрел на Кайндел снизу вверх.

— Илья! — позвала она и сняла заклятие лишь в тот момент, когда тверчанин подошел и приготовился схватить пленника. Как только образовалась возможность, он завернул парню руки и поднял на ноги.

— Отпусти, болван! — возмутился пленник, за что получил по шее. — Мне же больно!

Девушка тем временем поспешила пройти в комнату. То, что она увидела там, Кайндел, в общем, предвидела — перевернутое кресло, опрокинутый компьютер, разбросанные диски в коробках и без коробок, какие-то проводки, платы и приспособления — теперь оставалось лишь гадать, какими техническими новинками мог бы осчастливить мир хозяин. Посреди всего этого разгрома лежало тело ее старого знакомца, хорошего компьютерщика, оказавшегося в новые времена еще и счастливым обладателем немалой магической силы. Она знала, что в среде техномагов парень занимает важное положение.

Он лежал на животе, лицом вниз, вокруг его головы, шеи и плеч медленно расползалось густо-алое пятно. Бывший системный администратор большой фирмы не шевелился, но и так не составляло труда догадаться, что раны, нанесенные ему оборотнем, смертельны. Девушка выплеснула из себя еще немного магии, окружила ею пострадавшего и пустила в ход все исцеляющие заклинания, которые смогла припомнить. Тщетно. Невозможно сохранить жизнь уже умершему человеку. Тем более учитывая ее недавний, печальный опыт.

Потоптавшись в прихожей, Илья все-таки втащил пленника в комнату и, поставив его на пороге, как следует встряхнул.

— Ну-ка, говори, что ты тут учинил? — Пленник молчал. — Что — силу к тебе применить?

— По-моему, и так видно, — пробормотала Кайндел. — Нет, мне его не спасти. Он уже мертв.

— Слушай, а повторить то, что ты с Лиденом сделала, можешь? — спросил Роман, появляясь на пороге. — Ну, поднять его.

— А зачем? — поразилась девушка.

— Как зачем? Он расскажет, что и почему тут произошло.

Она неприязненно посмотрела на Романа, потом перевела взгляд на Лети, вместе с Горо и Сергеем терпеливо ожидавшую в коридоре.

— Лети, иди сюда, — велела она, вновь опускаясь на колени перед убитым, прямо в лужу крови, натекшую из смертельных ран. — Попробуй привести в порядок компьютер. У Одгара — его звали Одгар — должны быть все необходимые запчасти. Если понадобятся.

— Да, конечно, — иномирянка мягко проскользнула мимо тела и склонившейся над ним Кайндел, попыталась избежать встречи с кровавой лужей, но потерпела в этом поражение. Не растерялась, подняла ногу к лицу и облизала. Роман, все это время наблюдавший за ней, поспешно отвернулся — его явно замутило.

Засмущавшаяся Лети перепрыгнула через подругу, присела возле сброшенного на пол компьютера и виновато посмотрела на друзей.

— Главное, чтоб подшерсток не намок, — пояснила она.

— Не отвлекайся, — бросила ей Кайндел. — Возьми себя в руки, Роман. Ты же мужик, а не барышня… Кстати, именно барышни не теряют сознания при виде крови и всяких других неприглядных вещей, они более выдержанны. Илья, не тряси оборотня, вытряхнешь из него жизнь. Сергей, не мог бы ты помолиться, чтоб нам удалось продуктивно побеседовать с хозяином квартиры?

— О чем помолиться? — удивился тот. — Я и молитвы-то такой не знаю…

— А ты попытайся!..

— Но послушай, некромантия во все времена считалась самым отвратительным колдовским приемом, а ты мне предлагаешь на нее благословение у Бога выпрашивать!

— Не благословения на некромантию, а молитву об удаче прошу. Я же не целенаправленно над трупом издеваюсь! Я потом покаюсь, если хочешь.

— Я-то тут при чем? — пробормотал Сергей, насупился, широко перекрестился и принялся едва слышно проговаривать кондак, глас шестой: призывание помощи Божией на всякое доброе дело. Выражение лица его при этом было укоризненным.