Денис Щелкунов - Далекий шанс (СИ) Страница 81

Ждать залпа с нашей стороны и наблюдать за его результатами у меня уже не остаётся времени. Враги подошли на достаточное расстояние, чтобы я мог начать применять свои заклинания.

Как на многочисленных тренировках, я начинаю выстраивать два узора молнии. Сейчас важна скорость и это количество для меня пока оптимальный вариант. При добавлении ещё одного узора, скорость построения всех трёх заметно ухудшается, чего мне сейчас не нужно. Спустя мгновения узоры закончены, и я, напитав их максимально возможным для данного плетения количеством маны, я отправляю две сверкающие молнии в строну врага.

Прежде чем долететь до солдат напротив, мои молнии встречают вспыхнувшие перед ними пологи защитного артефакта, и те исчезают, так и не причинив моим противникам никакого вреда.

Вражеский строй на секунду замирает, увидя несущуюся на него сверкающую смерть, но услышав сзади крики своего командира, быстро приходит в себя. Похоже, их всех специально инструктировали, что стоит ожидать со стороны врага не только арбалетных болтов, но и моих заклинаний, слишком уж они быстро оправились от моих первых заклятий.

Вторую и третью партию молний так же встречают вспыхивающие пологи защитных коконов и только с четвёртого раза у меня получатся пробить артефакт одного из дружинников и отправить его в небытие зарядом в тысячи вольт.

Видя, насколько неэффективными оказались молнии, я попробовал применить весь остальной, к моему сожалению совсем небогатый, свой арсенал. И ни огненные стрелы, ни ледяные не смогли показать лучший результат, чем молнии до этого.

Тут явно что‑то не так, не могут мои заклинания иметь гораздо меньшую убойную силу, чем арбалетные болты. Такая прочность защитных пологов у вражеских дружинников может обуславливаться только одним. Они специально создавались в первую очередь, чтобы противостоять именно магическим атакам.

Стоило мне только осознать этот факт, как меня прошиб холодный пот и я начал паниковать. Сейчас каждое мгновение на счету, противник уже походит к нашему оборонительному рубежу и очень важно как можно больше уменьшить количество идущих на нас дружинников. И именно я должен был стать основной ударной силой. Именно я должен был положить как можно больше врагов идущих со стороны правого фланга. И если я не смогу этого сделать, то нас раздавят. С тем количеством людей, что у нас сейчас, мы не сможем остановить наступление со своей стороны.

Чем больше я об этом думал, тем хуже мне становилось от осознания своей бесполезности. Тяжело было осознавать, что я могу стать тем человеком, из‑за которого мы потерпим поражение.

Моя концентрация начала падать и несколько заклинаний вспыхнули передо мной, так и создав молнии из‑за неправильно выстроенного узора.

Я закусил губу, нужно быстрее, ещё быстрее колдовать. Попытался выстроить три молнии одновременно, но из‑за волнения и спешки не смог создать ни одной.

Мои метания прервал довольно ощутимый тычок в плечо. Обернувшись в сторону, откуда прилетел удар, я натолкнулся на серьёзный взгляд Торсиса.

— В бою никогда и ничего не идёт по плану. Прекращай свои метания, этим ты делаешь только хуже. Несмотря на то, что нас переиграли, уже ничего не изменить, поэтому твоя задача магией отправить как можно больше врагов к предкам, прежде чем те доберутся до нас.

Слова, прозвучавшие из уст наёмника, будто окунули меня в холодную воду и мгновенно успокоили меня. Действительно, что со мной. Я уже не в первый раз участвую в бою и вроде давно уже понял, что от того насколько ты хладнокровен, во многом зависит успех, а тут перенервничал настолько, что узоры начали, разваливается при построении. Торсис прав, единственное, что от меня сейчас требуется это как можно быстрее отправлять во врага заклинания и тем самым постараться как можно больше уменьшить силы противника.

Только значительно позже находясь в спокойной обстановке, я, анализируя этот бой, понял, что виной моему состоянию была сошедшая с ума моя обострённая интуиция. Когда враг приблизился на достаточное для заклинаний расстояние, она начала мне сигнализировать, что находиться сейчас на пути идущей навстречу вражеской армии смертельно опасно для меня. Но пока моё внимание было сосредоточено на построении заклинаний я не осознавал этого, а потом, когда увидел, что мои заклинания не приносят особой пользы, мысли о моей бесполезности наслоились на эти ощущения. Не будь Торсиса, даже не знаю, к чему это в итоге бы привело.

Стоило мне только взять себя в руки, как непрерывный поток заклинаний, ненадолго прерванный моими душевными метаниями, снова возобновился. Поняв, что для того, чтобы продавить артефактный щит нужно три — четыре заклинания, я начал как можно более прицельно атаковать вражеских дружинников, стараясь сосредотачивать огонь на ком‑то одном до тех пор, пока не выводил его из строя. Противник к моему большому огорчению погибать не хотел и некоторые и вражеских солдат успевали уйти вглубь строя, когда их защитный артефакт переставал действовать.

Расстояние между мной и противниками сокращалось слишком быстро, как бы я не старался ускорить своё построение заклинаний, я понимал, что катастрофически не успеваю.

Отправляя очередную молнию в полёт я вижу, как первый из вражеских солдат подходит к наледи перед рвом, поскальзывается и пытаясь сохранить равновесие хватается за идущего рядом товарища. В результате оба валять в ров и нарываться на колья. Инерции с которой они падали было совершенно недостаточно, чтобы колья вкопанные внизу смогли пробить их доспехи, поэтому максимум повреждений, что получили эти двое не превышали сильных ушибов. Но в данный момент и этого было для меня достаточно. Колья сделали главное, они опустошили щит закрывавший их от моих заклинаний. Две молнии, отправленные одновременно, прервали жизнь незадачливых вояк прежде чем те успели даже пошевелиться после падения.

Пока я разбирался с первыми двумя солдатами прорвавшимися ко рву, остальные уже начали стараясь не поскользнуться пытаться преодолеть его. Заморозка земли перед рвом, как оказалось не сильно оправдала себя, подкованные металом сапоги не сильно скользили по намороженной поверхности, и падение первых двух дружинников повторяли только те, кто неаккуратно ступал не смотря на землю перед собой. Я старался взглядом выделять таких солдат, и отправлять молнию стоило только защитному артефакту потерять свою силу.

В дело вступили мои дружинники, одни сбившись плотным строем и встав у края рва, будто монолитная стена, не давали вражеским солдатам преодолеть ров.