Денис Щелкунов - Далекий шанс (СИ) Страница 83

Щит гвардейца, как и щит командира дружинников до этого, вспыхнул семь раз, и, опав едва заметными осколками, дал восьмой молнии поразить человека, находившегося за ним. Заряд, поразивший гвардейца и мгновенно убивший того, пройдя по металлическим доспехам, хоть и заметно ослабнув, передался лошади, заставив ту упасть как подкошенную.

Скакавшие сзади солдаты успели среагировать на образовавшиеся вдруг перед ними препятствие, не дав свои скакунам упасть, но заминки образовавшейся в результате этого, хватило мне, чтобы вывести из строя ещё одного гвардейца.

— Пора отступать. — На периферии сознания, услышал я слова Торсиса.

— Нет, нельзя, если отступить, то наш фланг сомнут. Мы проиграем, нужно встретить гвардейцев. — Ответил я создавая узор заклинания и отправляя его в очередную свою цель.

А тем временем кавалькада всадников уже обогнула ров и приближалась к тому месту, где я стоял.

— Хорошо. — Как всегда безэмоционально прозвучал голос Торсиса. Он развернулся навстречу скачущему отряду и вынул меч из ножен. Его действие повторили и его люди находящиеся сейчас рядом.

Прежде чем меч Торсиса встретился с мечом одного из гвардейцев барона, я смог вывести из строя семь человек противника. К сожалению дальше я не смогу эффективно применять заклинания, в той толчее, что с секунды на секунду образуется, будет просто невозможно сосредоточиться на построении узоров..

Поэтому, как только началась сшибка, я, вытащив свой меч и взяв за поводья лошадь, рванул в саму гущу сражающихся. Чтобы спустя мгновение понять, что сделал я это абсолютно зря. Хоть я и тренировался сражаться верхом, но этого было явно недостаточно, чтобы противостоять людям, которые, можно сказать с самого детства проводят в седле. Тем более солдаты противника, видимо разозлённые тем, что прежде чем добраться до нас они потеряли несколько товарищей, не собирались соблюдать негласный кодекс, не причинять вреда лошадям.

Стоило мне только подскочить к одному из гвардейцев и с силой нанести удар мечом, который не смог, к сожалению, поразить врага, наткнувшись на вспыхнувший полог защиты, как он в ответ полоснул мою лошадь по горлу. Бедное животное, как подкошенное завалилось на землю, смотря вверх не понимающим взглядом, как бы вопрошая, что не поделили все эти люди вокруг и за что они забрали её жизнь. Мне во время падения удалось сгруппироваться и избежать участи быть придавленным.

Стоило мне только подняться, как гвардеец что атаковал мою лошадь, решив довершить начатое замахнулся на меня своим клинком. Ударить он не успел. Я вложив всю свою массу удара нанёс ему колющий удар, который смог проломить сопротивление защитного амулета и меч с противным хрустом, проломив несколько рёбер, вошёл ему в сердце.

Не дожидаясь пока сражённый мной гвардеец начнёт заваливаться на землю, я переключился на следующего и тремя резкими ударами продавив защиту, в прыжке, срубил тому голову.

Уворачиваясь от удара меча летящего мне в спину я поднырнув под лошадь атаковавшего меня схватил того за ногу и с силой рванул вниз. Стоило только гвардейцу упасть я схватил его за горло и с силой сжав пальцы сломал ему шею.

Только поднимая я понял что действуя на автомате, я не заметил, что не встретил сопротивления защитного амулета. Похоже тот, кто создавал его не рассчитывал на то, что кто‑то будет нападать на его носителя врукопашную. Хотя скорей всего амулет не среагировал потому, что скорость с которой я проник в сферу, что он должен защищать, была ниже чем та при которой он должен активироваться.

Решив проверить свою догадку я подскочил к следующему гвардейцу и рванув того вниз я как до этого сломал тому шею. Порадоваться своему открытию я не успел, стоило мне только встать, в поисках своей следующей жертвы, как чувство опасности и так не утихающее на протяжении всего боя, взвыло. Только в самый последний момент я смог увернуться от смертельного удара нанесённого мне со спины и вместо отрубленной головы я получил сильный порез на плече.

Персоком тут же начал сыпать сообщениями о ранении и невозможности дать команду наноботам. Раздражённо, усилием мысли, сверну кучу текста закрывающего мне обзор я подскочил к своему обидчику и уже отработанным алгоритмом действий отправил того повидать своих предков. Бросив взгляд на плечо, я с удовлетворением отметил, что кровотечения уже нет и наноботы исправно выполняю свою роль несмотря на панические сообщения персокома.

Оглянувшись и не увидев на расстоянии вытянутой руки врагов, я решив оценить обстановку, увидел, что из моих людей, живыми остались только я и Торсис, врагов же при этом, было ещё более десятка. Все члены наёмничьего отряда, что сражались со мной, сейчас лежали на земле бездыханными куклами, но видно было, что прежде чем умереть каждый из них забрал не одного врага с собой.

Сам Торсис выглядел очень скверно, окровавленное лицо, висящая словно плеть рука, одежда вся изодрана и испачкана грязью вперемешку с кровью. Видно было, что наёмник держится из последних вил и ещё немного и его так же как и его людей отправят забытье. То, что до меня добрались всего несколько всадников и я практически невредим, была заслуга Торсиса и павших ребят. Именно они, ценой своей жизни не давали врагу прорваться к своему, пусть временному, но командиру.

Воспользовавшись тем, что сейчас у меня есть возможность колдовать я сплёл несколько лечебных узоров и отправив их в сторону наёмника, сам рванул навстречу гвардейцам.

Моё предположение, что защитные артефакты настроены на срабатывание при приближении к защитной сфере чего‑либо с определённой скоростью, тут же подтвердились.

Стоило мне подскочить к одному из гвардейцев и в прыжке попытаться схватить его за горло, как моя рука с хрустом врезалась в появившуюся защитную сферу. Персоком опять завалил весь обзор отчётами о переломах костей руки и невозможности дать команду наноботам. Стараясь не обращать на это внимание, я стараясь сохранить ту скорость, при которой у меня получалось преодолеть защитный артефакт, кинув на землю меч, неповреждённой рукой, схватил гвардейца и скинув с лошади придушил уже отработанным способом.

Стоило мне только это сделать, как сразу четверо вражеских солдат набросились на меня в попытке отомстить за убийство своего соратника.

Уклоняться от их ударов, было довольно просто, вчетвером, будучи на лошадях, они только мешали друг другу, когда пытались меня атаковать. Вот только и мне они не давали действовать на скорости, при которой я смог бы беспрепятственно проникнуть за защитный полог.