Короли небес - Ричард Нелл Страница 48

Он с тоской посмотрел на бесконечные ряды деревьев в Роще, таких тёмных и тихих. Прекратив стучать молотом, Рока подумывал о том, чтобы сбежать туда, куда даже мёртвым хода нет. Но он боялся, потому что именно этого и хотел его брат. Рока не знал, что Букаяг сделает с принцессой, если его не станет.

– Да, – повторил он, но на этот раз встал. Не говоря больше ни слова, он пошёл с Лани в сторону пляжа и дворца, потому что у него ещё были дела и потому что Бэйла говорила ему, что фиаско мужчина терпит лишь в двух случаях.

Давным-давно, у разрушенного зала в Хальброне, он решил: даже если это принесёт в его жизнь страдания и разрушения, ради любви матери он потерпит фиаско только в одном случае.

Глава 16

Пока они шли в сторону дворца, Рока вновь обрёл над собой контроль. Оцепенение спало, превратившись в боль воспоминаний, притупившуюся, как всегда, когда он вспомнил о важности своей цели.

Он зарычал, заметив раны на руках и ногах. Те не были глубокими, но он не помнил, когда их получил. Спеша во дворец, сбивая сапогами грязь и песок, он представлял, как голыми руками разрывает Кикай на части. Это немного помогло.

– Мой муж не может быть в этом замешан, – сказала Лани. Её ноги были намного короче, и ей пришлось практически бежать, чтобы нагнать Року. – Не следует его обвинять. Он сам должен решить, что делать. Я могу начать разговор – расскажу, что случилось.

– Неужели. – Рока вспомнил о магии островного принца. – Скажи мне, принцесса, что именно произошло, когда вокруг горели люди, когда их раздирало на части?

Она отвела взгляд, задыхаясь от бега.

– Я… думала… это твоих рук дело.

Рока фыркнул, затем глубоко вздохнул и сбавил скорость. Он смотрел на гордо вздёрнутые брови принцессы, на тёмную кожу, покрытую красными брызгами. С головы до ног её одежда была запачкана кровью и грязью. Мало кто мог бы сохранять спокойствие, пережив такое.

– Согласен. Вряд ли Тейн к этому причастен, – сказал он уже спокойнее. – Королевская гавань пустовала, а значит, он, скорее всего, отправил свои корабли, как и обещал.

Лани кивнула и ободрительно улыбнулась, и дальше Рока шёл молча. В Роще он разыскивал Кейла.

Он проверил библиотеку и дом матери, дворец и реку, пока мертвецы возле сада не указали ему путь к по большей части заброшенной южной стороне озера. Там он нашёл принца, сидящего на неоднородном песке пляжа – здесь Рока впервые соединил миры. Верёвка, с помощью которой он когда-то тащил корабль, теперь гнила в затхлом пруду, а несколько старых плохоньких орудий лежали наполовину зарытые в песок.

Кейл сидел, не шелохнувшись, и смотрел в глубину вод. Он выглядел уставшим – возможно, не мог даже подняться.

– Как? – Рока встал перед ним. Кейл отвернулся и ничего не сказал. – Если ты способен на такое, – продолжал Рока, – ты можешь мне помочь. Помочь мне завершить дело твоего отца и защитить твой народ. Нам многое нужно обсудить. Многое…

– Мне это не интересно, – с неожиданной яростью хлестанул ветер. – Я защищал Лани. Это всё. Я спас невинную женщину, которую ты подверг опасности. В отличие от тебя, мне не нравится убивать. И больше я этого делать не стану.

Рока заставил себя разжать челюсти. Он вспомнил лицо Кейла, когда тот вошёл во дворец Фарахи, вспомнил праведную ярость на лице, когда принц разрывал в клочья молодых воинов пепла.

– Хорошо. Ты убил десять солдат, чтобы спасти одну невинную жизнь, – так убивай по десять наранийцев за каждую тонгскую женщину и каждого ребёнка в Кецре. Такая математика не должна противоречить твоему моральному компасу.

Кейл смотрел на него с нескрываемой ненавистью. Рока оставил его сидеть на песке.

В истинном мире стражники, солдаты и прочие слуги Алаку с разинутыми ртами смотрели на Року, идущего во дворец вместе с их окровавленной королевой. Многие поспешили на помощь, но Лани лишь отмахивалась от них.

– Отведите меня к королю, – повторяла она каждому доброхоту решительным тоном, по которому нельзя было и заподозрить того насилия, что произошло на пляже. Люди подчинялись, и несколько стражников последовали за ней, держа оружие наготове.

Лани вела Року мимо фонтанов с чистой холодной водой, отмахиваясь от суетящихся женщин с тряпками и мылом. Она гордо прошествовала мимо придворных чиновников и представителей других островов, которые смотрели на неё с одинаково изумлённым выражением на лице.

– Госпожа, – обратился к ней один из старших слуг, выходя к ним из тронного зала. Он окинул обоих взглядом, затем махнул телохранителям. – Полагаю, король желает видеть жену немедленно. Доложите ему, что она прибыла.

Стражники поклонились, и один проскользнул внутрь, а Рока и Лани остались ждать в облицованном мрамором помещении. С плеча Роки капала кровь, но никто из слуг не предложил ему помощи.

Наконец двери отворились, и стражники жестом пригласили их. Лани решительно прошла внутрь, а Рока следовал за ней, всё ещё чувствуя бурлящую, неутихающую ярость. Он был только рад на время отойти в сторону и дать действовать другим.

– Лани. – Тейн поднялся с трона своего отца. Рока уловил шелест шёлка со стороны другой двери и задумался, был ли это советник, которого король только что отпустил, или кто-то из членов семьи. – Во имя духов, – произнёс он, – что стряслось?

– Я в порядке. Кровь не моя. – Лани вытащила ныне окровавленное письмо, которое хранила ещё с Кецры, и шагнула вперёд, протягивая его мужу. Рока заметил, как дёрнулись стражники. – Нас атаковали в королевской гавани, – сказала она. – Нам едва удалось выжить.

Молодой монарх выразительно нахмурился, из-за чего венец его отца немного съехал на лоб, пока он читал письмо. Он был очень похож на Фарахи. Почему-то от этого становилось только хуже.

– Где Кикай? – спросил Рока, чувствуя, что его терпение лопается как натянутая верёвка. Тейн встретился с ним взглядом. Лицо короля ничего не выражало, и Рока вспомнил об Эгиле.

– Она сказала, что желает провести день на Бато. Она отправилась туда с Экой.

Рока улыбнулся, но в улыбке не было ни дружелюбия, ни доверия.

– Она написала письмо от твоего имени и воспользовалась королевской печатью, повелитель. Её наёмники собирались убить твою жену, дочь твоего союзника. Они убили одного из моих самых