На руках умирает любовь - Габриэль Коста Страница 58

Команда переглядывалась, ничего не понимая. Тогда на корабле им хотелось знать правду, сейчас же всем стало плевать. Однако Азель настаивал чуть ли не угрозами, поэтому они подчинились и рухнули на траву перед каменной плитой. Это будет их последний командный разговор, вдруг осознал каждый. Азель посмотрел на небо. Все также же шел снегопад.

– Какое жестокое совпадение… – он опустил голову вниз. – Сейчас я расскажу вам правду. Расскажу, с чего все началось. Из всех стражей только Ранцикус знает часть этой истории, – он говорил, словно боролся за каждое слово. Азель выдохнул. – Существует легенда… О силе, что перерождается из поколения в поколение. Она досталась миру после того, как герой, принц людей, пожертвовал собой в Великой Войне и уничтожил слезу первого материка, – он достал шпагу, и желтая молния засверкала вокруг. Давление пламени чуть не растерло в порошок Первого великана.

– Не может быть… – прошептала Риса, догадываясь.

– Но легенды врут. Их пишут люди. Чтобы потомки гордились ими, – Азель улыбнулся. – Не может быть никакого перерождения… Сила, что превратила принца людей почти в бога, осталась с ним. Потому что он не умер, когда разрушил слезу, – Азель прикрыл глаза. – Но мало кто знает, что именно он и пробудил седьмой материк. Еще меньше людей знает, что он трус.

Он открыл глаза, что блестели от слез.

– Меня зовут Азелин Блэр. И я принц из легенд. Я начал Великую Войну, но… – он прошептал, – не я должен называться героем…

* * *

Азель открыл глаза и тут же пожалел об этом. Он уснул вчера еще на закате, а сейчас уже давно полдень и все равно не выспался. Кажется, он мог провести всю свою жизнь в кровати и совсем не страдать по этому поводу. Когда ты бессмертный член королевского двора, забот не много. У него куча братьев и всего лишь одна сестра. Каждый из них был не перегружен работой. Его задача сортировать книги в королевской библиотеке. Какие-то издания уже рассыпались в его руках от времени и бесполезности. Знания в них устарели и никому не нужны. Однако отец заставлял его перекладывать их с одной полки на другую.

Вчера он закончил очередной цикл бессмысленной работы в библиотеке и планировал не подниматься с кровати до следующего лунного цикла. Вот только почему-то та самая единственная сестра любила донимать его больше всех. Ко всему прочему такта в ней было меньше, чем у чайки на пирсе.

– Азель! Азель! Поднимайся! Сколько можно спать! – сестра влетела к нему в комнату, и тот попытался зарыться, как червь в листьях, в своих подушках. – А ну, сказала вставай!

– Молодой господин, простите нас, мы держали ее, но она пообещала отрезать нам голову столовым ножом, – за сестрой в комнату влетело двое слуг – Рэми и Рамиль и упали в ноги, начиная биться головой о пол.

– В… Хо… – послышалось из-под подушек.

– Я тебе по-хорошему сказала! Вставай! – Сестра бессовестно кинулась на кровать Азеля и начала прыгать по ней, в надежде намять брату бока. – У нас сегодня званый ужин со всеми на закате, а ты даже не причесался. – Ее танцы на подушках привели к результату, и хозяин комнаты громко застонал. – Попала!

– Поверь мне, очень уж точно, – он выполз из своего укрытия. – Чего тебе от меня надо? Почему ты не пристаешь к кому-нибудь еще? Целый замок набит твоими родственниками, а ты не даешь мне покоя! Я вчера закончил разбирать королевскую библиотеку!

– Ты это каждый лунный цикл делаешь, Азель! Прекрати ныть! Я ухаживаю за виноградниками! Поверь, там ничем не лучше, – она запустила в брата подушку. – Я не хочу ни с кем из них общаться. Они какие-то… идиоты. Да и ты, между прочим, не забывай, – она покосилась на него, – мой близнец.

– Это ничто иное как проклятье, – он кинул в нее подушку в ответ.

– Ты тоже не благословение богов, – она выдохнула. – Отец сказал, что будет серьезный ужин, – она наконец-то перестала вести себя как ребенок и села на край кровати. – Рэм и Рамиль, покиньте нас.

– Да, молодая госпожа, – они удалились.

– Думаю, будет новая война, – с горечью произнесла сестра. – Отец не оставляет попыток завоевать юг второго материка. В том прибрежном городе постоянно гибнут сотни наших людей. Зачем ему все это?

– Да из-за золота, – бросил Азель. – Деньги-деньги-деньги, сама понимаешь. Мы все равно с тобой, как самые слабые, не отправимся никогда воевать. Нам суждено перекладывать книги и сажать виноград. Однако, мне кажется, это не такой уж и плохой исход.

– Азель, мы созданы для чего-то бо́льшего…

Его сестра – его точная копия. Такие же светлые волосы с множеством кос до середины лопаток, белоснежная кожа, светлые глаза. Они выглядели аристократично и сразу выдавали себя, как члены королевской семьи. Их лица настолько похожи, что лишь одежда и помогала их различать, а еще, конечно же, глубокое декольте его сестры. Азель был всего на треть головы выше ее, что та ловко компенсировала с помощью обуви. Как бы она ни доставала его, он любил ее.

Он встал и подошел к окну, смотря вниз на Аден-Ниран.

– Мне жаль, что много людей погибнет. Мы наделены великим даром – бессмертием. Посмотри на нас. Мы молоды, красивы, но так слабы. Даже насекомое низшего ранга способно убить нас за считанные минуты. Лучших бойцов! Нам надо накидываться по несколько человек, использовать оружие, – Азель говорил грустно. – Я так часто говорил отцу, что необходимо искать другой способ ведения войны или отказаться от нее совсем.

– Ты сам же сказал, что все из-за денег. А значит, никто от них не откажется. Будут новые люди, будут новые войны. Таков мир, – сестра подошла к брату и посмотрела вниз. – Но о каком методе войны ты говоришь?

– Я в библиотеке не только пылью дышу, между прочим, – самодовольно произнес Азель.

– А еще спишь, – дополнила сестра.

– Не только. Еще я исследую, и вчера я нашел кое-что интересное, – он улыбнулся с пламенем в глазах.

– И что же?!

– Я покажу тебе это после ужина… Лина.

076

Азель терпеть не мог их званные ужины, когда отец собирал всех-всех родственников. Они с сестрой одни из самых неразговорчивых в их семье. Они прекрасно ладили друг с другом, несмотря на редкие ссоры, с прислугой, но стоило дойти до светской беседы с членами королевского рода, начиналась битва на выживание. Азель считал, сколько раз Лина раздраженно вздохнула, а она вела подсчет, сколько раз он закатил глаза. Проблема состояла в том, что они не разделяли