Дипломатия Мечей - Владимир Пламенев Страница 29

Значит, им предстояла игра в прятки.

* * *

Попасть в посольство по тайному ходу оказалось не так просто, как я думал. Узкое подземное пространство, в котором я не мог идти расправив плечи и выпрямив спину. Примерно полкилометра мы прошли, горбясь и матерясь.

Это я про солдат, конечно.

Я только стоически стискивал зубы и «восхищался» теми, кто построил этот треклятый тоннель. Пройти здесь с комфортом могли разве что карлики. Зато, если кто-то задумает штурмовать, то явно не через этот ход. Его будет слишком просто завалить трупами.

— Ай, дрянь! — зашипел впереди идущий боец гарнизона и дёрнул ногой. — Меня крыса цапнула!

— Молчать, Джонкович! — рявкнул его командир. — Иди молча!

— Есть… — буркнул в ответ Джонкович и побрёл далее.

Вскоре туннель повернул в сторону и, наконец-то, вывел нас к лестнице. По которой мы поднялись и оказались в российском посольстве — островке безопасности в городе, который не принадлежал кому-то одному.

Нас сходу встретил начальник безопасности и двое его сотрудников и, без лишних прелюдий, повёл меня к месту встречи.

К послу и Серебрякову, которые вместе с ещё несколькими неизвестными мне специалистами ждали меня в кабинете посла Державина.

Вот только Шуйского среди них не было.

— Господин посол, — сходу кивнул я, заходя внутрь.

Он ответил мне тяжёлым взглядом и, секунду спустя, аналогичным кивком.

Серебряков стоял в стороне. Мрачный и бледный. Хмурился, как туча. От него исходили волны привычного холода. А когда мы встретились взглядами, в его глазах мелькнул знакомый зелёный огонёк — я был готов поспорить, что призрак Моранова поприветствовал меня так.

— Выйдите, — кратко велел Державин и все, кроме Серебрякова, покинули кабинет. Точно такие же хмурые, уставшие, с глубокими синяками под глазами. Они проходили мимо меня, награждая взглядами. Кто-то — подозрительным, кто-то — с лёгким интересом, кто-то — прятал за безразличием холодный расчёт.

Как только дверь захлопнулась за последним из них Державин выложил на стол передо мной крупный кристалл. Квар — сосуд для Моранова. Всё, как мы договаривались.

— Приступай, — так же быстро и кратко сказал Державин, глядя на меня.

— Вы могли сделать всё без меня. Я — не некромант. Призрак сам может заселиться в кристалл.

Тут Серебряков повернулся ко мне всем телом и сказал:

— Он тебе не объяснил?

— Что именно? — вот это мне уже не нравилось.

— Кровная привязка. Потребуется, чтобы ты связал его дух с сосудом своей кровью. Это сделает тебя его живым якорем, который удержит его призрачную сущность от распада. А в случае разушения кристалла, он залезет в твоё тело и превратит тебя в одержимого.

Да твою ж…

— Моранов, — признёс я негромко, но в глазах Серебрякова заблестела зелень. — Ты об этом не предупреждал.

— Поздно поворачивать, — послышался жёсткий голос Державина. — Если ты отказываешься привязывать призрака, мы найдём тебе замену.

— Нет… — послышался голос из уст Серебрякова. Но говорил не он. Говорил призрак, всё ещё сидящий в его теле — Моранов. — Нужен тот, кому княжна доверяет, — он взглянул на мою руку. — Досадно. Печать бы упростила ритуал. Но, думаю, мы что-нибудь придумаем.

— Добрынин… — Державин уже собирался на полную включить своё убеждение и грозный взгляд, но я поднял руку, останавливая его.

Он аж чуть удивился такой наглости. Но внимательно слушал.

— Всё в порядке. Я сделаю всё, что должно, — я взял кристалл и подошёл к Серебрякову. — Просто пролить кровь?

— Да… очень просто. Остальное я сделаю сам.

Через минуту кабинет озарила ярко-зелёная вспышка. Изумрудный свет потоком вышел из груди Серебрякова, перетекая в кварцевый кристалл, который я держал в своей порезанной руке. Свет наполнял минерал, мою кровь, меня самого.

Лицо Сербрякова исказилось в гримасе.

А Державин мрачно наблюдал, как в центре посольства происходит некромантический ритуал.

Как только всё закончилось, Серебряков пошатнулся, хватаясь за стол. Он часто и тяжело дышал. Его лоб покрыла испарина.

— Готово, — произнёс я, чувствуя как кристалл в моей руке пульсирует холодом и зелёным светом.

Серебряков потёр свои виски и сказал:

— Исчезли. Голосов больше нет.

— На моё решение это уже никак не повлияет, — строго произнёс Державин. — Позже заглянешь к специалисту.

— Это не Вам решать, господин посол, — приосанился Серебряков. — Столица вынесет свой вердикт.

— Уверяю, он не будет отличаться от моего, — Державин был неумолим. Кажется, его серьёзно задела вся эта ситуация.

— Время в избытке? — спросил я, после чего они прекратили пререкаться. — А что с Шуйским, может, получится и его избавить от одержимости?

— Нет, — вдруг услышал я голос в голове, но идущий будто из камня. — Призраки, которые засели в нём, не обладают осознанностью. К тому же, их немного больше, чем двое.

— В каком смысле?

— Там были некоторые… мои экземпляры. Они воспользовались проблемой и вселились в него. Ему, должно быть, очень весело, — ехидно подметил призрак Моранова.

— Ты слышишь его? — спросил Серебряков.

На что я кивнул и повторил один из своих вопросов:

— Что с Шуйским?

— Забудь о нём, — отрезал Державин. — У нас есть дела поважнее. Нужно передать это Непчичу, — он протянул мне запечатанное письмо. — Закрыто на магическую печать. При попытке вскрытия кем-то, кроме воеводы Непчича, письмо самоуничтожится, так что аккуратнее с перевозкой.

Меня собрались сделать курьером. Даже не знаю, повышение это или наоборот. Однако, дипломатическая почта — это объект высочайшей ценности. Так что, скорее первое.

— Я могу узнать, что с нашим общим планом? — я непрозрачно намекнул на реализацию своей идеи с Кнежевичами, которую мы с Анте согласовали и с Российским посольством.

— Процесс запущен, — только и произнёс Державин. — Всё, что я могу сказать. За остальными вопросами к Непчичу. Более обстоятельно поговорим, когда здесь всё будет спокойно, либо уже в Сплите.

— Эвакуируетесь?

Он кивнул.

— Часть информации и сотрудников уехала прямо перед атакой французов. Так что если они и пойдут на штурм посольства, то только выстрелят в ногу собственному правительству, — он усмехнулся. — Они держат посольство в кольце и не выпустят отсюда никого. Так что обратно тебе придётся уходить тем же путём, которым ты и пришёл.

Да твою ж…

— Ясно, — кивнул я. — В таком случае, больше мне здесь делать нечего, — я подшагнул к Державину, отчего он чуть нахмурил брови. — Может оказаться, что это наша последняя беседа, — я протянул руку. — Было честью работать с Вами.

— Не торопи события, — спокойно произнёс он. — Я ещё не настолько стар и дряхл, чтобы проигрывать каким-то лягушатникам, — но руку пожал. — Сам не попадись. Они вполне могли отыскать тайный