Системный шеф 2. На чужой кухне. - Кассий Вульф Страница 2

Марк вытащил из сумки локатор. Устройство представляло собой пластину с потрескавшимся экраном, к которой были припаяны две антенны из скрученной проволоки. Он включил его. Экран замерцал, засветился помехами, но постепенно на нём проступила схематичная карта. Зелёная точка - он сам. Мигающая красная метка в нескольких кварталах (если это слово было применимо к изгивам труб) - «Узел Тихий плач». Между ними - лабиринт ходов.

Он прикинул маршрут. По прямой - минут тридцать. С учётом необходимости обходить потенциальные посты или зоны активной деятельности Ксин-тарр - все шестьдесят. Время было.

Он двинулся вдоль по течению, прижимаясь к стене. Полка была узкой, покрытой скользким бионалетом. Шаг за шагом, взгляд, мельком скользящий по локатору, чтобы не сбиться. Остальное внимание - на окружение. [Око Шефа III] работало в фоновом режиме, сканируя пространство на предмет угроз и ресурсов. Информация накладывалась на реальность полупрозрачными слоями:

> Лужа тёмной жидкости: Смесь технических масел и органических отходов. Токсичность: средняя. Воспламеняемость: высокая. Возможность использования: ограничена.

> Вентиляционная решётка в потолке: Забита на 80%. За ней - признаки движения воздуха. Вероятность патруля: низкая.

>Труп существа (крысоподобное, с хитиновыми пластинами): Смерть 4-5 суток назад. Причина: отравление тяжёлыми металлами. Ценные части: клыки (низкое качество), имплант в основании черепа (не функционирует, возможен источник редких металлов).

Марк прошёл мимо трупа, даже не замедлив шага. Когда-то, в первые недели, он бы остановился, разделал, вытащил всё, что могло пригодиться. Теперь он знал цену времени и весу. Такая добыча не стоила ни того, ни другого.

Чуть дальше из потока торчала, как надгробие, механическая «рука» - часть какого-то уборщика или рабочего дрона. Пластик был разъеден, металл покрыт коррозией, провода обнажены. [Око Шефа III] отметило возможное наличие микросхем, но их полезность была под вопросом. Он снова прошёл мимо.

А вот следующая картина заставила его на секунду замереть и напрячься. В углублении у стены, возле груды мусора (обломки конструкций, пустые ёмкости, слипшиеся комья непонятной субстанции), копошились фигуры. Трое. Ксин-тарры.

Удача. Не «Воины» в сияющей броне. И не боевые «Исполнители». Эти оказались «Мусорщиками». Низшая каста среди низших. Их комбинезоны когда-то, наверное, были серыми и целыми. Сейчас они представляли собой лоскутное одеяло из заплат, пятен и подтёков. Герметичность - нулевая. Шлемы отсутствовали, обнажая жёсткие, чешуйчатые лица с тупыми, ничего не выражающими глазами. Один методично перебирал клешнями груду металлолома, откладывая в сторону предметы, которые его встроенный сканер (видимо, единственная работающая часть экипировки) помечал как «пригодные для вторичной переработки». Двое других тащили тяжёлый бак с отходами, их движения были идеально синхронными, лишёнными малейшего напряжения или неудобства.

Марк замер, оценивая угрозу. [Око Шефа III] выдало скупые данные:

> Ксин-тарр, мусорщик-утилизатор. Ур. 2. Угроза: минимальная. Поведенческий паттерн: цикл «сбор-сортировка-сдача». Вне протокола: ступор или возврат к базовому циклу. Вероятность агрессии при отсутствии прямого приказа: 0.01%.

Марк медленно выдохнул. Они его видели. Их глаза, тусклые, как у мёртвой рыбы, скользнули по его фигуре, задержались на секунду… и вернулись к своей работе. Он был для них частью пейзажа. Ещё одним куском мусора, движущимся по полке. Неприкасаемым, потому что на него не было приказа.

Он двинулся дальше, стараясь не нарушать их ритм, не создавать резких звуков. Прошёл в двух метрах. Ни один не пошевелился, чтобы остановить. Лишь тот, что сортировал, бросил в общую кучу очередной бесценный хлам - сломанный датчик, с таким же безразличием, с каким смотрел на Марка.

«Артерии, — подумал Марк, ускоряя шаг и оставляя мусорщиков позади. — Несите отходы к сердцу. А я - что? Вирус в кровотоке? Инородное тело? Или просто ещё один сгусток грязи, который рано или поздно будет отфильтрован и выброшен?»

Мысль была горькой, циничной, но в ней была доля правды. Он был аномалией в этом отлаженном организме. И аномалии либо уничтожались иммунной системой – «Стражами Чистоты», либо медленно разъедали его изнутри, как он это и пытался делать.

Впереди локатор показал развилку. Нужно было сворачивать в узкий технический тоннель, подниматься на уровень выше. Марк бросил последний взгляд на мерцающий, ядовитый поток в коллекторе, на уходящую в темноту полку, и нырнул в боковой проход. Здесь было суше, но воздух оказался ещё спёртее. Впереди ждал «Тихий плач».

Технический тоннель оказался не просто узким. Он был похож на пищевод какого-то гигантского, больного червя. Стенки, обшитые когда-то перфорированным металлом, теперь проросли спутанными кабелями, похожими на жилы, и покрылись слоем слизистой, дышащей плесени. Шаги отдавались глухим, влажным эхом, тут же поглощаемым мягкой массой вокруг.

Локатор пищал тихим, раздражающим звуком, указывая, что нужный поворот, прямо здесь, за очередным разломом в стене, за которым виднелось чуть больше пространства и тусклый, мерцающий свет. Не свет грибов, а что-то искусственное. Электрическое. Марк притормозил, прислушался. Ни звука, кроме вечного капанья конденсата и далёкого, глухого гула города-древа. [Око Шефа III] ничего опасного не показывало. Лишь отметило повышенную влажность и следы частого прохождения - пол здесь был протоптан, слизь счищена в узкой тропинке.

Он шагнул в разлом.

Пространство за ним оказалось карманом. Небольшой, неправильной формы зал, образовавшийся, судя по всему, после какого-то древнего обвала или остановки строительства. Одно время здесь, видимо, было техническое помещение. По стенам ещё торчали кронштейны, висели оборванные провода. Сейчас это была свалка. Нагромождение металлолома, разбитых корпусов, обрывков биоплёнки и прочего мусора, характерного для Подкорневой гнили. И в центре этого хаоса горела, коптя и потрескивая, самодельная горелка - банка с каким-то густым, маслянистым топливом, в котором плавал фитиль из тряпок. Она отбрасывала длинные, пляшущие тени, превращая груды хлама в подобие фантастических чудовищ.

Ксеносы. Их было трое, и они явно ждали. Не его, а любого забредшего в этот карман.

Двое - Ксин-тарры. Но не те тупые исполнители из коллектора. Эти стояли с той расслабленной, хищной уверенностью, которая бывает только у тех, у кого есть хоть капля воли. Их броня была кустарной: пластины, снятые со сломанных дронов, нашитые на грубую кожу, заклёпки, проволока. Эмблемы Империи были либо тщательно зачёркнуты, либо закрыты нашивками - косыми чёрными полосами. Отщепенцы. У одного вместо левого глаза был примитивный оптический сенсор, мерцающий красной точкой. У второго на щеке - грубый шрам, похожий на след от когтей. В руках, заточенные куски арматуры, обмотанные у рукояти для сцепления.

Третий был ксеносом гуманоидного типа. Существо чуть выше Марка, тощее,