Полюс Доброты - Мила Бачурова Страница 94

Через минуту воцарилась мертвая тишина. Только вскрикнул, увидев окровавленный бок Джека, Лазарь. А сразившая Ангелину девушка растерянно произнесла:

— Здравствуйте.

Эри

Эри услышала его раньше, чем увидела. Шагая по дороге в стремлении догнать адаптов, она напряженно вслушивалась в окружающее, и оно ей сильно не нравилось. Воздух будто пропитали какой-то дрянью — страхом, ненавистью, болью. Определить источник Эри не могла, но то, что висело вокруг, с каждым шагом будто становилось гуще. Она спешила изо всех сил — зная откуда-то, что именно сейчас надо поспешить, когда висящую дрянь пронзил безмолвный крик. Отчаянный, крик о помощи. Звуков не было, но чувства вопили так, что источник Эри определила безошибочно.

В кустах у дороги лежал мальчик. Связанный по рукам и ногам, с заткнутым тряпкой ртом. Мальчик мотал головой и мычал. Эри выдернул кляп.

— Что случилось?

Мальчик, не отвечая, настороженно разглядывал ее.

— Ты кто?

— Я? — растерялась девушка. — Меня зовут Эри. Я ищу своих друзей, Серого и Мра...

— Развяжи меня! — вскинулся пацан. — Скорее! Я знаю, где они. Я тебя отведу.

— Да что случилось? — Эри принялась распутывать веревки. — Откуда ты их знаешь?

— Долго объяснять. — Пацан освобожденными от пут руками принялся помогать Эри распутывать веревки на ногах. Больше мешался, чем помогал, но возражать Эри не стала. Пожаловался: — Мать Ангелина сошла с ума! Она меня застыла.

— Что? — не поняла Эри. Кто такая мать Ангелина, решила выяснить позже. — Что она сделала? И при чем тут Серый с Мраком?

— Они пришли спасать своих. Почти убежали, но Шаман догнал. Сказал, что всех отпустит, а мне велел идти домой, с матерью Ангелиной. А она сошла с ума! Сначала сказала, что надо уйти с дороги. Ну, мы отошли. А потом она сделала так, что я перестал двигаться! Связала меня и рот заткнула косынкой. И ушла, даже не сказала ничего. — Пацан дернул за веревку, развязывая последний узел. Выбрался из пут, вскочил на ноги. Махнул рукой туда, куда направлялась Эри: — Мать Ангелина ушла к ним, это точно! Надо ее догнать. Она сумасшедшая.

Рюкзак Эри бросила в тех же кустах. Они с мальчишкой бежали по дороге.

Шаман, мать Ангелина... Эри даже не пыталась выяснить, кто эти люди. Она просто знала, что надо спешить, как никогда в жизни, и неслась по дороге вслед за странным мальчишкой.

Пение они услышали издали.

— Радость нас ведет за руки, — выводил нестройный, фальшивый хор мужских голосов.

Помогает нам в борьбе!

Нас хранит от бед и муки...

От радости так не поют, — мелькнуло в голове у Эри, — это не песня, а молебен какой-то.

Стоящие на коленях мужчины заслоняли от нее происходящее. Эри сначала услышала выстрелы, и лишь потом, обогнув коленопреклонных людей, увидела женщину с пистолетом. Женщина целилась в распростертого на земле, словно прижатого к ней невидимым капканом, мужчину-адапта.

— Мать Доброты! — восторженно крикнул за спиной у Эри мальчик. И тоже запел про радость.

Оглядываться было некогда. Эри бросилась на женщину и толкнула — изо всех сил.

Глава 35

Эри. Горная дорога. 1517 км. от Бункера

На приветствие Эри никто не ответил. Показалось, что вряд ли ее кто-то вообще услышал — мужчина-адапт, в которого целилась безумная мать Ангелина, вместе с Серым и Мраком обступили еще одного адапта, лежащего на земле.

— Жив? — услышала Эри вопрос Серого.

— Да, — сказал мужчина, склонившийся над раненным. Голос звучал слабо — так мог бы разговаривать тяжело больной человек, — но уверенно. Мужчина привык, что к нему прислушиваются. — Хотя, конечно, нужно искать врача... Аптечка есть?

Серый бросился к рюкзаку. Эри подошла ближе. Подумала о мужчине, что это, должно быть, Кирилл.

— С нами, — мотнув на нее головой, пояснил вопросительному взгляду предполагаемого Кирилла Мрак. Он старался не встречаться с Эри глазами. — Там... сложно. Потом расскажем.

Кирилл кивнул — сейчас ему было явно не до Эри. Взял у Мрака нож. Умело и аккуратно, проделывая это явно не впервые, разрезал на лежащем адапте окровавленную рубаху. Эри при виде раны содрогнулась.

— Нужен врач, — осматривая раненного и все больше хмурясь, повторил Кирилл.

Серый повернулся к мальчишке, который привел Эри:

— У вас есть врач?

— Мать Серафима — лекарша, — пробормотал мальчишка. Он смотрел куда-то за спину Эри.

Девушка оглянулась. И увидела, что коленопреклонные люди, один за другим, начали подниматься на ноги. Лица их постепенно обретали осмысленность.

— Мать Ангелина! — ахнул один. И бросился к лежащей на земле женщине.

— Шаман! — крикнул другой. И попробовал ринуться к человеку, которого огрел рукоятью пистолета Серый.

— Стоять! — Серый вскочил.

Секундой позже рядом с ним, спина к спине, вырос Мрак. Оружие адапты выхватили одновременно.

— Что вы с ней сделали? — взревел мужчина, подскочивший к матери Ангелине.

Осторожно опустил неподвижное, с залитым кровью лицом, тело на землю и, наклонив голову, двинулся на Серого. Непохоже было, что пистолет в руке парня его смущал.

— Стоять! — рявкнул Серый.

Мужчина, будто не услышав, шел на него.

Серый выстрелил. В землю перед аборигеном зарылась пуля. Однако его это скорее разозлило, чем напугало — взревев, бросился на Серого.

Эри не успела рассмотреть, что именно сделал Серый — через мгновение мужчина оказался на земле. Но тем самым будто подал сигнал — все, кто недавно стоял на коленях, кинулись на Серого и Мрака. Кирилла отшвырнули от раненного, он упал.

Эри догадывалась, что по части боевой подготовки местные значительно уступают и Серому, и Мраку, и даже изможденному Кириллу. В поединке один на один адапты легко расправились бы с каждым из них — но местных было много, десятеро против троих. А если учесть состояние Кирилла, против двух с половиной. О том, почему не тронули ее саму — прямую виновницу того, что произошло с матерью Ангелиной — Эри решила подумать позже. Сейчас надо было действовать, пока Серый или Мрак действительно не пустили в ход оружие. Но как? Что она может противопоставить десятку