Путь возмездия - Максим Александрович Лагно Страница 13

Чуари оценила, насколько это удобно. Можно мгновенно переместиться из Второго Кольца в Восьмое или любое другое, а оттуда — фьють! — и ты уже на одном из Отшибов. Фьють — и обратно! Эти колодцы и есть те самые вокзалы, которые следует захватывать наряду с почтой и телеграфом.

✦ ✦ ✦

«Колодец Молний»… Где-то я уже слышал об этом, где-то что-то читал… Но это было давно, словно в другой жизни. Всё-таки обнуление Внутреннего Взора и Голоса — дрянная вещь. Превращает дивианца в какого-то интеллектуального урода.

Вспоминать было особенно трудно, потому что сами воспоминания уже были… воспоминаниями. Теми самыми, что однажды вернулись ко мне во время плена в каменной башне. Воспоминание о воспоминании — это как картинка с мемом, которую переслали двенадцать тысяч раз, отчего её качество упало до уровня «шакальное».

Но постепенно я кое-что вспомнил.

Я читал о «Колодце Молний» в одной из скрижалей из хранилища Первого Кольца. Да, точно! Я тогда сравнил его с фаст-тревелом из игр. Я вообще многое тогда сравнивал с играми.

Помню, что часть иероглифов и рисунков в скрижали была затёрта белым шумом.

Когда я посещал Нутро в составе собрания изучающих, мы передвигались исключительно пешком. И я не помню ни единого намёка, ни одного упоминания о том, что труженики пользовались какими-то колодцами.

Из этого можно было заключить, что в какой-то момент Правители Дивии решили: телепортирующие колодцы нужно закрыть, а само озарение «Колодец Молний» — запретить.

Впрочем, оставалась вероятность, что первые старшие сословия Поддерживающих Твердь всё же сохранили узоры этого озарения в своих тайных скрижалях. А то и вовсе продолжали пользоваться колодцами для собственных нужд. Очередное чудо Дивии перестало быть общим достоянием и стало частной собственностью какого-нибудь славного рода.

Тьфу! Снова размышляю формулировками Чуари Гонк!

✦ ✦ ✦

Чуари планировала завязать знакомства среди разных слоёв общества Дивии — с жителями окраин, ветроломов, а также выйти на связь с представителями низких царств.

Кроме того, она хотела найти подход к наёмникам, чтобы однажды купить у них жизнь Гуро Каалмана.

На Отшибе Свет Разума имелось всего одно становище небесной стражи — на ветроломе Пятого Кольца. Но и там стражники не патрулировали Кольца и не следили за порядком. Их присутствие служило лишь напоминанием о законах Прямого Пути.

Учителя и священники не доверяли сословию Защищающих Путь, поэтому охраняли себя с помощью отрядов наёмников из гнезда «Тёмные Герои».

Однако девчонка — не тот клиент, с которым наёмники стали бы иметь дело. Тем более что «Тёмные Герои» не брались за заказные убийства. Их специализация — родовые войны и охрана.

В скрижалях учителей о наёмниках было до странности мало. А те сведения, что имелись, не раскрывали сути их существования на летающей тверди.

Упоминалось лишь, что они называют себя «вольнорожденными», но почему — ни иероглифа, ни намёка.

Впрочем, выяснение предназначения наёмников и налаживание с ними связей — дело будущего. Как и более глубокое изучение народа Дивии изнутри.

А пока маленькая Чуари росла, обрастая знаниями, не зависящими от Внутреннего Взора и Голоса, которых у неё всё ещё не было, — и готовилась к схватке с Гуро Каалманом за своё право остаться на летающей тверди.

✦ ✦ ✦

Я проматывал свиток за свитком, не вчитываясь в пространные описания дворца рода Гонк и его обитателей. Пропустил и страницы с обрядами и церемониями, принятыми в сословии Сохраняющих Опыт. Всё это было новым и важным для Чуари Гонк, но не для меня — я знал жизнь в Дивии не хуже неё.

Тем более что некоторые свитки, полные размышлений и догадок о Дивии и озарениях, были перечёркнуты, а поверх наклеены пояснения: «неверно», «ошибка» и «требует уточнения». Видимо, Чуари Гонк вела записи годами, переосмысливая старые гипотезы и сочиняя новые.

Не лишёнными интереса оказались разве что описания её детства. У меня ведь нет воспоминаний Самирана о прошлом. Всё, что я знал о детстве прирождённых дивианцев, было вынесено из скрижалей или обрывочных рассказов товарищей.

Жизнь ребёнка из богатой и знатной семьи могла показаться неожиданно безрадостной.

Чуари не выпускали гулять одну даже в сад перед дворцом. Поэтому при вылазках для изучения Отшиба её сопровождала свита челядинцев: один нёс воду, другой — сундучок с едой, третий нёс зонтик или тёплый халат. Помимо челядинцев, с ней шёл целитель рода Ронгоа и его помощник из рода попроще — вроде Саран или Тахика. Иногда к ним присоединялся молодой священник, направленный старшими для поддержки озарений укрепления граней.

Жизнь во дворце имела и плюсы: там жили не только родители, но и другие отпрыски рода Гонк. У Чуари были сверстники для игр. Правда, игры эти проходили под бдительным надзором той же оравы челядинцев и целителей.

В остальном быт во дворце мало отличался от знакомого мне быта обеспеченных дивианцев.

В этот период жизни у Чуари участились эпизоды проявления Внутреннего Голоса и Взора. Такого опыта у меня не было — и всегда было интересно, как он проявляется у остальных.

По словам Чуари, первые обрывки монологов Внутреннего Голоса появились у неё ещё до десяти лет. Об этом заранее предупредили родители и священник.

Проявления чаще всего возникали на грани сна и бодрствования — при засыпании или пробуждении. Голос повторял фразы или с бешеной скоростью «протаскивал» через память девочки тексты из скрижалей. На обращение к себе не реагировал, на мысленные запросы не отвечал.

Чуари сравнила поведение Голоса с необъезженным жеребцом, что носится по лугу, кося глазом на свою будущую наездницу.

Внутренний Взор проявился в виде тонких линий вдоль пальцев, заметных лишь боковым зрением. При попытке взглянуть на них прямо — рассеивался.

Интересно, что даже у знатных и богатых в этот период использовались особые техники усиления. Священник Ваан Кинаби, проводивший обряд укрепления граней, был в восторге, когда узнал о ранних проявлениях Голоса и Взора у Чуари.

— Мои труды не напрасны, — заявил он её матери.

С тех пор, кроме укрепления граней, господин Кинаби проводил ещё обряды усиления Голоса и уточнения Взора — все в храме Второго Кольца.

После обрядов Голос бормотал без остановки, а линии Взора вспыхивали в центре зрения, мешая смотреть. Но родители и Кинаби лишь радовались жалобам девочки:

— Всё идёт как нельзя лучше!

А священник добавил:

— Пророческий сон получает всё больше подтверждений. Нашу девочку ждёт великое направление на Всеобщем Пути.

Так продолжалось до тех пор, пока Чуари не достигла возраста половины