«Неправильный герой для сломанного мира» Книга первая: Свет и Тень - TamerlanKorolev Страница 14

В голову полезли мысли, от которых он тут же попытался отгородиться стеной иронии.

«Да, конечно, «луч света». Особенно когда она сопит носом как жигуль и ворочается. И ведь знает, что я тут, в этом деревянном орудии пытки, именуемом креслом, мучаюсь. Наверное, святой сон такой — свято-эгоистичный. «Спите все, а я отдыхаю».»

Но на этот раз ирония не сработала. Она разбилась о тихое, мирное выражение её спящего лица. Он просто сидел и смотрел на неё, чувствуя всю тяжесть ответственности и странное, давно забытое тепло, разливавшееся по грудной клетке. Он был её щитом. И в данный момент это значило для него больше, чем любой приказ Режиссёра и все сокровища этого мира.

Вскоре его собственные веки отяжелели. Он так и не лег обратно на кровать, решив, что не стоит её тревожить. Устроившись поудобнее в скрипучем кресле, которое яростно застонало под его весом, он последний раз взглянул на спящую Динэю. «Спокойной ночи, мой тревожный светлячок,» — прошептал он мысленно.

И провалился в беспокойный сон, где каменные великаны с глазами-оползнями молча указывали на него пальцами, а сзади, словно из-за кулис, доносился довольный, низкий смех Режиссёра.

Глава 9: Каменные объятия и неудобная правда

Утро застало Динэю стоящей на коленях у окна, её пальцы были сплетены в молитве, а губы беззвучно шевелились. Лучи солнца, пробивавшиеся в комнату, зажигали в её волосах медные искры, и на мгновение Ракуну показалось, что он наблюдает за самим рождением света. Он постарался двигаться тише, но скрип половиц выдал его.

Динэя обернулась, и в её глазах он увидел не отрешённость, а тёплую, смущённую признательность за прошлую ночь. Она жестом спросила его о планах.

«Я пойду осмотреть город, разузнать дороги и, может, насчёт работы поинтересоваться, — соврал он, пряча глаза. — Сидеть без дела — не моя стихия. Ты отдыхай, восстанавливайся.»

Она кивнула, но в её взгляде читалась лёгкая тень сомнения.

Спустившись в таверну, Ракун заказал завтрак и завёл разговор с хозяином, коренастым мужчиной с лицом, напоминающим сморщенную печёную картофелину.

«Слушай, дружище, я тут про ваши легенды наслушался, — начал Ракун, отламывая кусок хлеба. — Про этого Каменного Духа. А где он, собственно, обитает? Не в соседнем же огороде?»

Хозяин, представившийся Горманом, хмыкнул и пододвинул свою кружку поближе.

«Кудру? Он в Северных пещерах. В паре часов ходьбы от деревни. Но туда никто не ходит. Место проклятое.» Он понизил голос. «Пещеры — это не просто дыра в скале. Говорят, это целое подземное царство на три этажа вглубь. И на каждом этаже свои стражи обитают. Не звери, нет... Существа магические, порождения самой горы. Камнегрызы на первом уровне, Призрачные сталкеры на втором, а на третьем... — он сделал паузу для драматизма, — ходят самые древние и страшные твари. А уж сам Дух... он где-то в самом сердце сидит. На каменном троне, как настоящий владыка. Ждёт, видимо, когда к нему в гости какой герой пожалует.»

«Ну, героем я себя не считаю, — фыркнул Ракун, доедая яичницу. — Любопытство — моя главная черта. Спасибо за информацию.»

«Вот и отлично, — думал он, направляясь к окраине деревни. — Три этажа лабиринта, населённые магическими тварями. И всё это ради того, чтобы встретиться с каменным дедушкой, который, по идее, должен быть «безобидным». Надеюсь, он там хотя бы чай предлагать будет.»

Дорога до пещер оказалась несложной, но сама пещера, зияющая чёрным провалом в склоне горы, выглядела неприветливо. Воздух у входа пах пылью, сыростью и чем-то древним, окаменевшим. Его «Метка» тут же начала ныть тупой болью, предупреждая об опасности.

Первый зал пещеры был огромным, с высоким потолком, с которого свисали сталактиты. И почти сразу же из-за каменной глыбы на него выкатилось существо. Оно было размером с крупного барсука, но его тело было составлено из острых каменных пластин, а морда заканчивалась мощным, вращающимся сверлом. [Камнегрыз, Ур. 9. Опасность: Высокая].

«О, великолепно! — воскликнул Ракун, выхватывая меч. — Первый же местный житель решил проверить мои документы. Или просто хочет проделать во мне дыру для вентиляции!»

Бой был яростным и тяжёлым. Камнегрыз оказался невероятно живуч. Его каменная броня отражала большинство ударов, а вращающееся сверло представляло смертельную опасность. Ракун использовал всё своё умение: уворачивался, парировал, пытался найти слабину. В какой-то момент ему удалось подсечь тварь, и она на мгновение опрокинулась на спину, обнажив более мягкое брюхо. «Теневой клинок!» — мысленно скомандовал он. Клинок, окутанный тьмой, вонзился в уязвимое место. Существо затрепетало и затихло.

[Победа над Камнегрызом, Ур. 9! Опыт получен.]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 7!]

[+5 к очкам характеристик]

Ракун, тяжело дыша, прислонился к стене. Он был весь в пыли и царапинах. Он распределил очки, вложившись в Выносливость и Силу. Приятная волна силы прошла по телу, но он понимал — это капля в море. Он посмотрел вглубь пещеры, откуда тянуло холодом и доносились странные, скрежещущие звуки. Там были десятки, если не сотни таких тварей. А ещё два этажа. А ещё сам Дух.

«Нет, — резюмировал он про себя. — Так я здесь и сгину. Одного едва одолел, а их тут, похоже, целая рота. Нужно отступать. Как говорится, геройство — это когда ты умрёшь старцем в своей постели, а не когда тебя в два счёта превращают в решето в какой-то каменной заднице мира.»

Он вернулся в деревню ближе к вечеру. Динэя ждала его у постоялого двора. Увидев его потрёпанный вид, она бросилась к нему, её руки сразу же засветились целительной энергией.

«Всё в порядке, — успокоил он её, чувствуя, как боль отступает. — Сходил, посмотрел. Твои Северные пещеры... очень гостеприимное место. Прямо как дом родной. Если, конечно, твои родственники — это полчища каменных дрелей с плохим характером.»

Он в красках, с присущим ему сарказмом, описал своё приключение, не упомянув, разумеется, об истинной цели визита. Но чем больше он рассказывал о пещере, о Камнегрызе, о мрачной атмосфере того места, тем больше загорались глаза Динэи. Наконец, она решительно встала и жестами объявила:

«Я пойду с тобой. Я должна увидеть его. Духа. Если он страдает, если он взывает о помощи... моя вера, моя сила... может, я смогу до него достучаться. Успокоить его.»

Ракун смотрел на неё, и в его душе скреблись