Лин Картер - Джандар с Каллисто Страница 42

Мы летели уже много часов.

Вынужденное бездействие начало меня утомлять, и, по правде говоря, сидение моего кокпита было ужасно жесткое, сидеть на нем очень неудобно. Я не мог вспомнить, когда в последний раз ел и пил, но желудок требовал внимания.

Мы летели на огромной скорости. Над предгорьями ветер продолжал дуть очень сильно. На такой скорости мы скоро минуем предгорья и, возможно, сумеем приземлиться, поискать дичи и устроиться на ночь.

К югу от нас расстилался обширный черно-алый ковер Великого Кумала, протянувшийся от горизонта до горизонта. Мне пришло в голову, что Лукору стоит повернуть на восток, потому что его родной город Ганатол в том направлении. Мы направляемся туда. Я нагнулся вперед, тронул учителя фехтования за плечо и закричал ему в ухо. Он повернул ко мне свое мрачное и обеспокоенное лицо.

- Вполне согласен с тобой, мой юный друг, - резко сказал он. - И, поверь мне, если бы мог, я повернул бы на восток.

- Как это? Что-то случилось?

Он принужденно рассмеялся.

- Я считал, что мне повезло, когда нас подхватил попутный ветер, сухо признался он, - но увы, удача отвернулась от нас. Воздушный поток становится все мощнее. Пока он нес нас в нужном направлении, я не возражал и не беспокоился из-за усиливавшегося ветра. Но недавно я решил, что пора поворачивать на восток, - и обнаружил, что не могу.

Я не понимая смотрел на него.

- Ветер слишком силен?

Он кивнул.

- Да. Это настоящий ураган. Но дело не в этом. Крылья орнитоптера снабжены элеронами именно для таких случаев: изменяя площадь и угол наклона крыльев, мы могли бы повернуть в самую сильную бурю. Но мы не можем - посмотри - видишь?

Я посмотрел, куда он указывал, - на наше правое крыло. Элероны управлялись ножными педалями из пилотского кокпита, который занимал Лукор. Эти педали соединялись с подвижными поверхностями системой проводов и шкивов, провода выходили из корпуса через ряд маленьких отверстий как раз на уровне крыльев.

Я смотрел.

Мы не ушли из Города-в-Облаках невредимыми!

Стальная стрела из самострела стражника попала в наш правый элерон, заклинив ванты.

Я мрачно сжал челюсти: до меня постепенно доходила важность этого открытия. Не в силах использовать элерон, мы не можем повернуть. Мы утратили контроль над летающей машиной, и все усиливающийся ветер уносит нас далеко от курса... все дальше и дальше в глубь Великого Кумала.

Приближается ночь.

15. РУКА СУДЬБЫ

Нас, беспомощных в объятиях урагана, уносило все дальше и дальше от курса - в бездорожный лабиринт джунглей, известный как Великий Кумал.

Наступила ночь - волшебно быстрый, неожиданный приход ночи на Танаторе. Мне кажется, я еще не рассказывал о необыкновенных рассветах и закатах этой луны джунглей.

День и ночь, похоже, никак не связаны с присутствием и количеством лун на небе Танатора. Это странное небо движущегося золотистого тумана, похожего на завитки янтарного и желтого пламени, остается светлым на протяжении примерно двенадцати часов. Затем темнеет без какой-либо причины, и темнота продолжается такой же период.

На таком огромном расстоянии солнце, конечно, слишком далеко, чтобы так воздействовать на освещенность поверхности Каллисто. (Каллисто в четырехстах восьмидесяти миллионах девятистах тридцати тысячах миль от солнца; таким образом, Каллисто чуть больше чем в пять раз дальше от него, чем наша планета, и получает лишь незначительную долю солнечного света сравнительно с нами. - Л.К.).

Я время от времени замечал, что небо Танатора остается ярко освещенным, когда на нем лун нет совсем; такое же оно и при всех лунах и даже при гигантском шаре Юпитера на небе. Отсюда я заключаю, что через равные периоды Танатор погружается в какую-то неизвестную радиацию, которая вызывает свечение золотистых паров в верхней части его атмосферы; по-видимому, там слой какого-то инертного газа, который светится, когда через него проходит электричество. Может быть, через равные интервалы Юпитер обрушивает дождь электрических частиц, которые взаимодействуют с нейтральным газом в атмосфере Каллисто. Или светлые периоды возникают вследствие совершенно неизвестной силы или феномена. Не могу сказать определенно: могу только рассказать о том, что наблюдал.

На рассвете весь небесный купол вспыхивает мягким свечением, которое за семь-восемь минут проходит полный цикл от бархатисто-коричневого сумрака и до яркого полуденного света. Это зрелище особенно поражает, когда видишь его в первый раз: как будто все небо освещается одним колоссальным взрывом. Освещенность остается постоянной, неизменной, без всякого источника, пока за час до наступления темноты все повторяется в обратном порядке. И снова нужно семь-восемь минут, насколько я могу без часов определить время, чтобы дневной свет сменился бархатисто-коричневой мглой.

Единственный эффект, который это оказывает на луны, заключается в том, что ночью они кажутся более яркими, так как не соперничают с светящимся золотым туманом.

И вот на нас опустилась ночь. Как будто космический волшебник произнес свое заклинание и затмил солнце. Я простонал горькое проклятие.

Исправить повреждение трудно было бы и днем, но ночью это вообще невозможно.

- Ты можешь что-нибудь сделать, Лукор, чтобы освободить провод?

Он мрачно покачал головой.

- Я работал педалями, надеясь высвободить стрелу, но бесполезно, сказал он.

- Что случилось? - неожиданно спросила Дарлуна. Мы с Лукором разговаривали напряженным шепотом, чтобы не распространять панику. Девушка, погруженная в меланхолическую задумчивость, не подозревала о нашем опасном положении. Но теперь она, должно быть, услышала наш разговор, потому что вопросительно посмотрела на нашего пилота, старого учителя фехтования. Он быстро и экономно объяснил затруднение.

- С каждой секундой нас все дальше на большой скорости уносит на юг, - заключил он. - Мы уже на много корадов в глубине Великого Кумала и углубляемся все дальше. Если мне не удастся каким-то образом освободить элерон и повернуть машину, мы окажемся на полюсе.

- Можно что-нибудь сделать? - спросил невозмутимый Коджа своим жестким невыразительным голосом.

- Ничего, - с мрачной уверенностью ответил Лукор. - Я боюсь пользоваться педалями: дальнейшие усилия могут вообще сломать их. Стрела запутала ванты, и они уже могли перетереться от трения о края. Но пока они не порвались. И элерон кажется не поврежденным стрелой. Похоже, стрела застряла между элероном и крылом. Но если мы не сможем удалить это препятствие, мы беспомощны и нас унесет на сотни корадов от курса, потому что мой город Ганатол теперь далеко за нами к востоку.